В узких дверях одноэтажной провинциальной гостиницы Сергей Климович столкнулся с двумя шумными очаровательными девушками, только что выпрыгнувшими с большими пакетами модных брендов из новенькой иномарки, намедни купленной Полине Вячеславом Николаевичем Широким в подарок за «скромные труды» на ниве консервного производства. Та, которая потемнее, от столкновения с оперативным сотрудником департамента финансовых расследований у потертой деревянной двери грязно выругалась, но к телу видного мужчины на минуту прилипла, не стесняясь и флиртуя. Подружка, что выглядела построже, подтолкнула ее со словами:

— Понравилось прижиматься к незнакомым красавцам? Иди уже, времени нет!

Сергей подумал, что на местных жительниц парочка совсем не похожа: уж больно ярко и непринужденно вели себя девицы. Ему еще представится случай встретиться с ними, а пока, одевшись поприличней, он отправился в популярный и единственный в городке пивной бар. Третий день командировки подходил к концу. Добиться хоть каких-то маломальских результатов пока не удавалось, так что капитан решил взять небольшую паузу, дабы подумать за бокалом пива, что делать дальше.

Проведенная проверка, инициированная межрайонным отделом управления комитета государственной безопасности, оказалась пустышкой. Да и сотрудников комитета ревизионного управления по сельскому хозяйству и продовольствию охрана попросту не пустила на склад консервного заводика для того, чтобы получить возможность пересчитать сахар, мотивируя тем, что руководство распорядилось «не пущать».

Прибывший после определенного сигнала от сахарного комбината капитан Климович из департамента финансовых расследований с горем пополам на завод прошел, осмотрел цеха и другие помещения, но попасть на склад, где хранился сахар, тоже не смог: то ключей не оказалось, то материально ответственного лица. На второй день служебной командировки от завода неожиданно поступила коллективная жалоба, в которой клеймились позором чекисты с ревизорами, активно и безответственно мешающие работе частного предприятия и даже занимающиеся порчей имущества. На следующий день пребывания в провинции продолжилось психологическое воздействие методом телефонного права неизвестными лицами, впрочем, весьма быстро обнаруженными, поскольку ими оказались известные представители внутренних органов и депутатского корпуса. Это, собственно, убедило Сергея в том, что он на правильном пути, ибо никто еще не отменял закона: «Лучший метод защиты — нападение».

Устроившись в дальнем углу прокуренного бара, капитан Климович, попивая хмельное пиво, отрешенно наблюдал за местными посетителями, шумными, разнокалиберными, с красными потными лицами. За одним длинным столом теплая компания праздновала день получки, за другим двое товарищей жарко выясняли непростые отношения, за стойкой потенциальный кавалер заигрывал с барменшей. И только один тонкий человек с добрыми глазами неопределенного возраста в серой фуфайке бродил от стола к столу, очевидно, с просьбой о подаянии, пока, наконец, не подошел к Сергею и не обратился вежливо, желая присоседиться:

— Не угостишь, часом? Я сегодня на мели… — грустно сказал мужичок в теплой изношенной одежде, приглаживая редкие пряди белых волос.

— Отчего же, пей! — пододвигая пенный бокал, с радостью произнес Сергей, которому и самому давно хотелось непринужденного общения.

Он заказал еще пару кружек пива и разговорился.

— Давно на пенсии? — спросил.

— Мне до нее, родимой, как до ишачьей пасхи… — жадно хлебнул человек, поежился, словно замерз, и закурил самокрутку.

— Служишь, стало быть! — высказал догадку Сергей.

— Можно и так сказать. Как вызовут, так и служу… От случая к случаю. Вот давеча двери кирпичом закладывал.

— Как? — не понял капитан.

— На цементный раствор, — уточнил мужик и сплюнул на пол.

— Зачем?

— Начальство приказало. Полина эта вот уж где строгая, боюсь ее, хоть девка в дочки годится, — почти шепотом вымолвил случайный собеседник, озираясь по сторонам.

— А зачем слушаешь ее? — спросил капитан.

— Так ведь она директор завода.

— Консервного?

— А другого тут и нет.

— Чего ж, молодая такая и уже директор?

— Видать, ученая… Но я тебе ничего не говорил.

— И что, правда кирпичом закладывал на цемент?

— Ага, двери на склад, где сахар был на хранении. И кирпич возил на телеге. Хорошо еще, помощников дали, тяжко, ей-богу. Так что вместе с сотоварищами забаррикадировали двери, а за кирпичной кладкой выложили мешки с сахаром.

— А зачем же их выкладывать, коль там тонны хранятся, — не понял капитан.

— Откуда мне знать, где те тонны… Только там их точно нет.

Теперь-то Сергей точно знал, что делать. Поутру он попытался проникнуть на склад со стороны цеха, однако дверь с навесным замком оказалась заварена. Оставалось идти другим путем — к большим металлическим воротам, перед которыми был вырыт основательный ров, как признак отсутствия заезда и, соответственно, выезда. К темно-красным воротам как раз и прибежали две важные и грозные подружки на высоких каблуках, с коими давеча Сергей столкнулся у парадной местной гостиницы.

— Что вам нужно? Кто позволил хозяйничать, как у себя дома? — прикрикнула Виктория, но, присмотревшись к непрошеному гостю, узнала его и смягченно улыбнулась.

— Сейчас милицию вызову, это частное предприятие! — тут же пригрозила Полина и тоже осеклась.

— Не волнуйтесь, девоньки, милиция уже здесь. Капитан Климович, департамент финансовых расследований. — Сергей показал служебную корочку на расстоянии вытянутой руки. — А вы, по-видимому, и есть та самая Полина Сурикова, директор этого частного предприятия? Вместе со своей подругой, главным бухгалтером Викторией Бултер?

— Да, что вам надо? Мне сказали никого не пускать!

— И кто же может приказать такому милому и юному директору? — рассмеялся Сергей, глядя на важный вид девчонок, словно у напыщенных гусынь.

— Хозяин. Владелец.

— И кто же это?

— Широкий.

— Широкой души человек, я понял, — пошутил капитан.

— Нет, вы не поняли. Широкий Вячеслав Николаевич. Фамилия у него такая.

— Что-то про него не слышал. Открывайте, Полина Сурикова, да побыстрее. Знаете, что бывает за препятствие правосудию? Ордер имеется, не волнуйтесь. В гостинице. И понятых позовите, хоть кого из персонала.

Через четверть часа нехотя приплелся сторож в яркой синей робе, долго возился с амбарным замком, ругаясь. Затем подошли двое рабочих в такой же спецодежде. Наконец со скрипом открылись большие темно-красные ворота, за которыми виднелись не кирпичи, а снизу доверху плотно уложенные мешки с сахаром. Таким образом, после долгих попыток капитан департамента финансовых расследований все-таки проник на таинственный склад. Точнее, не проник, а удостоверился, что мешки с сахаром есть. Первое, что подумал Климович: «И чего только ни скажет спьяну мужик за пивом — неужто информация ложная и сахар на месте? Весь склад им забит».

— Что-то еще? — строго спросила Полина.

— Пересчитать…

— Каким образом? Достать? — скривилась Виктория.

— Сахар не должен навалом храниться, между мешками нет рядов. А так пересчитать количество совершенно невозможно.

— Иначе не поместились бы сорок два вагона…

Никто теперь уже не знает, по какой причине, случайно или специально, но в этот момент большой амбарный замок, которым минуту назад открывали ворота, выпал из рук ворчливого сторожа, и Сергей услышал эхо. «Не померещилось же!» — подумал он и три раза хлопнул в ладоши. И ровно три раза эхо отозвалось. Капитан понял, что склад на самом деле пуст. Во всяком случае, там определенно есть пустоты.

— Доставайте! Будем пересчитывать!

— Вы с ума сошли!

— Доставайте, я сказал!

Двое подсобных рабочих принялись за дело, и очень скоро выяснилось, что мешки с сахаром плотно уложены лишь к дверному проему, с внутренней стороны их поддерживали строительные леса, а за ними — сплошная темнота, поскольку никакого освещения на складе не было. Сергей внимательно осмотрел несколько сложенных мешков, на которых содержалась информация об изготовителе, товарный знак, наименование продукции и масса брутто, нетто в килограммах. Сторож подсветил фонарем, и все увидели: склад абсолютно пуст. Помещение свободно, кроме заложенной под воротами бутафории да нескольких этикеток от производителя на полу.

Капитан Климович с понятыми прошел через все хранилище к противоположным дверям, которые должны были выводить в производственные цеха: там-то как раз и оказался проем, заложенный кирпичной кладкой. И раствор выглядел совершенно свежим. «Не соврал, значит, тонкий человек в телогрейке», — подумал Сергей и глянул наверх, где прямо в крыше был проделан небольшой лаз, к которому вела лестница. «Кому же была предоставлена почетная возможность удрать из сахарного складского помещения последним? По лестнице, ведущей к небу…» — размышлял Климович и вслух произнес:

— От сорока двух вагонов остались только карамельные лужи на мокром полу да эта лестница в небо, прорубленная в виде лаза. Куда пропал сахар? Что вы об этом думаете? — спросил он у сторожа.

— Наше дело маленькое. Откуда мне знать.

— И то правда!