Никитин добрался до места происшествия только к двум часам ночи. Его встретил запыхавшийся Кочкин с фонарем в руках:

– Товарищ майор! Собака взяла след от тела, привела к домику на краю деревни. Лейтенант Орлов уже там ведет допрос.

Они прошли по темной тропинке между избами. В единственном освещенном окне мелькали тени – там шла работа.

Войдя в избу, Никитин сразу оценил обстановку. За столом в одних трусах и майке сидел здоровенный мужик лет сорока, потный, нервный. Рядом – его жена в ночной рубашке, накинув поверх платок, глаза красные от слез. Орлов расхаживал по комнате, как тигр в клетке.

– А, Никитин! – обернулся лейтенант. – Как раз вовремя. Тут у нас интересный тип. Василий Крюков. Пришел домой два часа назад весь грязный, запыхавшийся. На вопрос, где был, отвечает – у друга в соседней деревне. Но путается в показаниях, врет как сивый мерин.

– Не вру я! – взмолился мужик. – У Петьки Зимина был, в Солнышково! Спросите его!

– Уже проверили, – холодно сказал Орлов. – Зимин говорит, тебя у него сегодня не было.

– Да он… он пьяный был… может, не помнит…

Никитин присмотрелся к Крюкову. Тот действительно нервничал, но нервозность эта была не преступника, а человека, попавшего в неловкое положение.

– Товарищ Крюков, – мягко сказал Никитин, – а можно поговорить с вами наедине?

Орлов нахмурился:

– Зачем? Он и так все расскажет.

– Просто хочу уточнить детали.

Никитин кивнул мужику, и тот неуверенно поднялся. Они вышли на крыльцо.

– Слушай, – тихо сказал Никитин, – говори честно. Где ты был?

Крюков оглянулся на дом, потом наклонился к уху майора:

– У подруги… ну, в общем, у женщины был… в Люторецком. Она там одна живет, муж на фронте сгинул… – Голос его дрожал. – Понимаете, товарищ майор, жена, конечно, ничего не знает. Но если узнает…

– Понятно, – кивнул Никитин. – Пешком шел?

– Пешком. Через лес, тропинкой, а потом вдоль железной дороги. Километра четыре будет.

– Кто-нибудь видел тебя?

– Да кто там ночью ходит… Только деревенские собаки лаяли.

Они вернулись в избу. Орлов кивнул Крюкову на табурет и продолжил допрос:

– Крюков, последний раз спрашиваю: где был с одиннадцати до двенадцати ночи?

– Орлов, – вмешался Никитин, – можно слово?

Они отошли в угол. Никитин тихо объяснил ситуацию. Орлов выслушал и покачал головой:

– Ерунда какая-то. Это же классическая отговорка – «был у любовницы». Проверить невозможно.

– Проверить можно. Съездить в Люторецкое.

– Майор, вы что, всерьез верите в эту чушь? – Орлов повысил голос. – У нас особо опасный рецидивист! Он был на месте преступления! Собака взяла его следы! И эти следы привели сюда, а вы готовы поверить байкам про любовниц!

– Я готов проверить все версии.

– А я готов арестовать подозреваемого и провести нормальный обыск! – рявкнул Орлов. – Граждане Крюковы, вы оба задержаны!

Жена мужика разрыдалась, сам он побелел как полотно.

– Орлов, – твердо сказал Никитин, – я против ареста.

– А мне плевать, что вы против! Я здесь старший по операции!

Напряжение в комнате стало таким, что можно было резать ножом.

Орлов еще не знал о том, что Никитин натворил на Курском вокзале.