Никитин и Кочкин бродили по железнодорожным путям, изучая стоящие на запасных путях электрички СР-3. Дождь наконец прекратился, но воздух был сырой и холодный.

– Зайдем в вагон, – сказал Никитин, подходя к одной из электричек.

Они открыли створку и поднялись в тамбур. Никитин осмотрел дверь, попробовал ручку.

– Смотри, Иван. Вот, допустим, пассажиру раскроили череп. Крови будет очень много. Тем не менее мы не слышали, чтобы в транспортную милицию докладывали о том, что в последнее время в вагонах обнаруживают следы крови.

– Это странно, – согласился Кочкин.

– А теперь вспомни часы «Москва». У них кожаный ремешок. На нем нет никаких следов надорванности или того, что их пытались сорвать с руки, не расстегивая. То есть убийца снимал с трупа часы спокойно и аккуратно.

– А серьги у женщины?

– Серьги он выдрал. Видимо, просто не сумел открыть замочки. – Никитин нажал и потянул на себя дверную ручку. – Это говорит о том, что убийца располагал достаточным количеством времени и не боялся, что его кто-то случайно увидит.

Дверь открылась легко.

– Двери открываются легким нажатием на ручку. Потянул – и створка раскрыта. Выкидывай наружу хоть слона.

Они прошли в вагон. Никитин разлегся на первое сиденье сразу у входа – единственное, стоящее не поперек вагона, а вдоль борта. Рядом была пепельница с волнообразной крышкой.

Кочкин приподнял крышку пепельницы, заглянул внутрь:

– Аркадий Петрович, а что, если опытный убийца раскроит череп так, что в вагоне крови не будет?

– Как это?

– Например, двумя ударами. Первым только оглушает жертву, обворовывает. Затем открывает дверь, подтаскивает тело, и когда голова несчастного уже свешивается наружу, добивает более сильным ударом.

Никитин вздохнул:

– Значит, это все-таки один убийца. Но тогда объясни мне – почему он не выкинул Лепешкина, как всех остальных?

Кочкин задумался:

– А может, потому, что он выкидывал только ограбленные жертвы? А Лепешкина он не грабил. Он убил его, потому что раскусил, что это подсадной мент.

– Точно! – согласился Никитин. – Лепешкин вынудил его действовать нестандартно. Убийца понял, что за ним следят, и…

– Эй, вы! – раздался голос снаружи. – Что вы тут делаете?

В вагон вошел смотритель станции – пожилой мужчина в железнодорожной форме.

– Документы есть? – строго спросил он.

Никитин показал справку из архива:

– По служебному делу.

– А разрешение на осмотр подвижного состава?

– Нет разрешения.

– Тогда прошу покинуть вагон. Без разрешения нельзя.

Никитин и Кочкин вышли из электрички.

– Бюрократы, – проворчал Кочкин. – Везде одно и то же.

– Ничего, – сказал Никитин. – Главное, что мы поняли – убийца действительно один и тот же. И он очень хитрый.

Они пошли обратно к станции. Никитин думал о том, что постепенно картина преступлений проясняется.

И с горькой иронией подумал: «Дело осталось за малым: найти самого убийцу».