Отец Ёнчжо покинул этот мир. Сказали, что вчера ночью.

«Успел ли он пожить той жизнью, о которой страстно мечтал?» – думал я, глядя на пустую парту Ёнчжо.

Наверняка он очень хотел передать дочери секреты приготовления сундэ и омука, вот почему, несмотря на свое тяжелое состояние, нашел в себе силы вернуться из больницы. И как мне показалось, Ёнчжо старательно переняла его секреты – в таком случае желание ее отца исполнилось. Времени было слишком мало, Ёнчжо пока не чувствует себя уверенно, поскольку никогда не готовила, и, может, никогда не добьется тех высот, к которым стремился отец, но она знает, чего он желал. У нее есть все шансы однажды стать не менее знаменитым мастером сундэ и омука.

После занятий в школе мы с Чирэ пошли проведать Ёнчжо в ритуальном зале. Лицо ее было опухшим от слез.

– У меня больше никого не осталось.

Девочка призналась, что ее родители развелись, когда она училась в начальной школе.

Я не знал, как утешить Ёнчжо, которая осталась одна на всем белом свете. Не было таких слов, способных уменьшить ее боль, но мне хотелось хоть как-то подбодрить подругу. Я сделал вид, что иду в туалет, а сам позвал ее на улицу.

– Держи!

Я вытащил из пакета мягкую игрушку и протянул ей.

– Что это?

– Подарок на день рождения. Я забыл тебе отдать в тот день.

Она молча взяла мышку и крепко обняла ее. Я подумал, что на какое-то время игрушка хоть немного утешит оставшуюся в одиночестве подругу. При этой мысли на глазах навернулись слезы.

– Знаешь, у меня была мечта, которую я хотела обязательно осуществить в день рождения, – призналась подруга.

Мне известно, о чем она: хочет пригласить друзей и организовать праздник. Мы вчера собирались устроить его, но в ресторане начался наплыв посетителей, и нам пришлось отказаться от этой затеи. Тем не менее мы сможем в следующем году сделать то, что не удалось в этом. Уверен, Чирэ будет за.

– Я мечтала устроить с отцом праздник. Он всегда был так занят, что мы ни разу не отмечали вместе ни мой день рождения, ни его. В следующем месяце я хотела сделать для него сюрприз: надуть и повесить шарики, зажечь свечи на торте. Наверняка ему ни разу в жизни не довелось задувать свечи на свой день рождения. Да и мне тоже после развода родителей.

– Ты мечтала отпраздновать этот день с отцом? Точно не с друзьями? – переспросил я.

– Ну почему же, с друзьями тоже хорошо, – ответила Ёнчжо, лаская мышку по голове.

Она еще долго гладила игрушку, а я смотрел на нее.

– Послушай, я тут подумал… Ты должна быть благодарной мне до самой смерти. Я понял, что в начальной школе относился к тебе слишком хорошо, и впредь буду так относиться. Так что каждый день рождения ты должна приглашать меня и угощать вкусняшками. Долг платежом красен.

Ёнчжо кивнула.

Глядя в спину девочке, я вспомнил ее отца. Вчера ночью он скончался в этой же больнице, при которой работает этот ритуальный зал. Она находится недалеко от ресторана, и все же как человек в предсмертном состоянии смог дойти до своей кухни, взять кухонную лопатку и подняться на пригорок? Загадка, которая навсегда останется неразгаданной. С другой стороны, она наглядно показывает непреодолимость страстного желания. Отец Ёнчжо действительно очень хотел передать дочери секреты своего мастерства. Симхо говорил, что в последний день волшебного срока нужно обязательно сжечь купленную вещь. Наверное, это означало, что только так сбудется самое сокровенное желание.

– Можно спросить тебя? – заговорил я с Чирэ, возвращаясь домой. – Тебе нравится Чжеху?

– Конечно. Как может не нравиться парень с таким характером? Он добрый, всегда улыбчивый, еще и симпатичный. К тому же каким-то образом узнал про мой день рождения и принес подарок. Он чудесный! Не понимаю, как Чжеху умудряется запоминать дни рождения одноклассников. Видимо, в нем есть внимательность к людям, – призналась Чирэ.

Я слушал ее и сожалел о том, что не спросил об этом раньше. Зачем я сделал вывод из глупых догадок, почему не заговорил напрямую?

«Дурак, зря спросил сейчас. Я ведь хотел поговорить совсем о другом».

Я не только не осмелился сказать Чирэ нечто важное – мне не удалось показать ей настоящего себя. Она видела только тщеславного индюка, похожего на надутый шарик; подростка, покупающего золотые кольца, угощающего в дорогих ресторанах и ужасно довольного собой. Ведь это была подделка, а не настоящий я.

– Сону, ты правда не помнишь ничего, связанного с сундэ? – на прощание спросила Чирэ. А потом добавила: – Кажется, я не смогу до конца соблюсти правило.

Мне хотелось остановить ее, сказать, что остался всего один день, что не стоит нарушать табу за сутки до окончания срока, но мне не хватило духу. Ее решимость показалась мне твердой и даже непоколебимой.

* * *

Вернувшись домой, я обнаружил Чжеху, пакующего вещи.

– Хочу сначала сложить свое барахло. На следующей неделе собираюсь съехать к бабушке и перейти в другую школу.

– Ты уже сообщил тете? Она тебе разрешила? Судя по тому, что ты собираешь вещи, она не против. Неужели так легко согласилась? Наверное, ты сказал ей про наследство и потому она одобрила?

– Нет, я пока еще не говорил с ней. Ничего страшного, сообщу, когда буду переезжать.

М-да, братец совсем ничего не боится. Как же он собирается выстоять, когда его настигнет буря тетиного гнева?

– Послушай, не подставляй мою маму. Она и так слишком близко к сердцу принимает твои чудачества. Если с ней что-то случится, я этого не переживу. Надеюсь, ей-то ты сообщил?

– Да, конечно сказал. Она настойчиво предлагает убеждать маму наследством. Мы все решили, вот я и предупреждаю тебя. Теперь мне можно говорить.

Значит ли это, что его волшебный срок истек? Что сегодня последний день?

– Моя бабушка не обещала отписать мне наследство. Мы даже не поднимали эту тему. В тот день твоя мама озвучила такую возможность, а я не стал отрицать. Честно говоря, я сам пошел к бабушке и напросился пожить у нее. Она была против и не желала еще больше обострять отношения с моей мамой, поэтому я навещал ее при каждом удобном случае и упрашивал взять меня к себе. Даже специально ходил без зонтика под дождем, чтобы разжалобить старушку.

– А зачем ты выскочил на дорогу? Чтобы попасть под машину и бабушка пожалела тебя еще больше?

– Как раз в тот день я узнал, что мама хочет остаться подольше за границей.

Чжеху снова начал складывать вещи. Значит, для него стало потрясением, что родители захотели продлить командировку. Я очень удивился, потому что совсем не ожидал от него такой реакции.

– Ты точно хочешь жить у бабушки? Тебе плохо у нас?

Мне стало грустно. Я слишком сильно его гнобил. Каждый божий день говорил сквозь зубы, злился и срывал на нем раздражение. Если бы на его месте был бездомный, вынужденный ютиться у чужих, тот разревелся бы от обиды.

– Нет, вовсе нет. Знаешь, как здорово мне жилось с тобой в одной комнате? Ты даже не представляешь, как хорошо просыпаться среди ночи и слышать рядом чье-то дыхание. Я решил все тебе рассказать. Интересно, почему я на самом деле переезжаю?

Ясен пень, ему хочется находиться рядом с родным человеком, с которым можно вместе дышать, есть, смеяться и спать. И это будет не такой грубиян, как я, а заботливая и любящая бабушка. Внезапно мне захотелось ласково похлопать Чжеху по спине. Эх, если бы я знал об этом раньше! Тогда бы не злился на него.

– Потому что мама вернется, если я перееду к бабушке.

– Что?

– Она не стерпит этого и сразу же возьмет билеты обратно.

Мама тоже так говорила – что это будет самый действенный и быстрый способ заставить тетю приехать домой. Но я не представлял, что Чжеху сам додумается до него.

– Честно говоря, я ни разу не жил с бабушкой. Мы даже встречались изредка, так откуда у меня появилось бы желание пожить у нее? Только, пожалуйста, не думай, что я использую ее в своих целях. Мне стало жаль одинокую старушку, и я решил, что в любом случае для нее так тоже будет лучше.

Оказывается, Чжеху делал это ради тети. Я понял, что больше всего брат желал вернуть ее домой.

– А ты получил свое на сто процентов! – сказал я.

– Пока еще рано говорить, на сто или нет, но все происходит так, как я хочу. Если честно, немного страшно, что мама догадается о моем коварном плане. В таком случае мне не поздоровится. А еще боюсь, что бабушка узнает правду. Представляешь, как она разочаруется? Она ведь думает, что я уговариваю ее, так как очень люблю.

– Чего ты переживаешь? Ведь никто ни о чем не узнает, если я буду молчать как партизан. Ничего не бойся, я никому не выдам твой секрет до самой смерти.

– В самом деле? – улыбнулся брат.

Он добился успеха. Чжеху – единственный из всех посетителей кафе «Кумихо», включая меня и знакомых, у кого исполнилось сокровенное желание. Отец Ёнчжо не сумел устроить праздник в день рождения дочери, его желание не совпало с заветной мечтой Ёнчжо, в итоге его план не осуществился на сто процентов.

– У тебя сегодня последний день? Или вчера был? А ты сжег купленную вещицу? – поинтересовался я у кузена.

Но он уже успел уснуть, плашмя повалившись на кровать.

– Боже мой! Он уже упаковал вещи? – изумилась мама, заглянув к нам в комнату утром. – Чжеху, не зазнавайся, когда станешь богачом, и не забывай свою тетю. Я слышала, что у твоей бабушки огромное состояние. Мне настолько любопытно, что я потеряла сон.

Она упрямо твердила про версию с наследством.

Пока мама готовила нам завтрак, я отрешенно смотрел ей в спину.

– Ты чего? Хочешь что-то сказать? Ты меня прожжешь своим взглядом, – не оборачиваясь, сказала она.

– Нет, не хочу.

– Тогда в чем дело?

– Так, просто. Спасибо тебе.

На меня накатила внезапная волна благодарности за то, что она всегда со мной. Мама резко оглянулась:

– Ты что-то странный сегодня. Такой благодарный, а купленную нам одежду взял и выкинул? Знаешь, как отец расстроился? Скажи честно, ты ведь психанул и выкинул ее, ведь так? Куда ты ее отнес? Может, пойти поискать на том месте? Как думаешь, она все еще там?

– Потом, когда буду зарабатывать, я куплю вам с отцом одежду. В универмаге, в дорогущем отделе премиум-товаров.

– Ой, дождешься от тебя! Быстрее будет попросить денег у Чжеху и купить на них.

Что ни говори, а у моей мамы врожденный талант портить настроение. Но все равно я был ей благодарен.