Магия – Надоело мне, что меня колдуньи да ведьмы используют в своих целях! По ночам под молодым месяцем они зашивают меня в кожаные мешочки или шерстяные сумки и отправляют вместе с черными воронами в какую-нибудь глухомань, сеют меня на кладбищах, перекрестках и даже на водяных мельницах, вырезают таинственные письмена на змеиной коже или на медвежьей шкуре, заворачивают в полотно да бросают в воду…

Мне приходится откликаться на зов каждого, кто призывает меня на помощь. Как будто мне делать больше нечего. Ну да это еще ничего. Вы бы видели, что происходит с моим добреньким братцем Волшебством, когда на него набрасывается какой-нибудь колдун. Он связывает его по рукам и ногам, а потом варит в котле и жарит в кипящем масле.

Если бы не была близко знакома с ведьмами и чародеями, я бы еще могла поверить, что некоторые из них желают людям добра. Они умеют предсказывать будущее, толковать сны и знаки, гадать по зеркалу и небесным знамениям. И чего они только не умеют!

Вот только все доброе, что в них было, они, видно, давно растеряли, и ничего, кроме злобы, в них не осталось. То, что им было дано для того, чтобы помогать людям, они используют для того, чтобы кому-нибудь напакостить.

Вот поэтому я и собрала сегодня все чары и волшбы, даже простые фокусы пригласила, чтобы объяснить им мой простой план. Спрячемся где-нибудь, и дело с концом! Не будем больше вызывать духов и призраков, не будем тревожить покой вампиров. Пусть наконец отдохнут все ковры и скатерти, шляпы и палочки!

Все! Мы уходим. Уходим в поля снов. Там много места, так что мы все найдем себе там приют. А если кому-нибудь (кому-нибудь доброму) захочется нас найти, он всегда может это сделать.

Месяц – Что-то ты побледнел, – сказал однажды Сварог своему сыну. – Тебя что-то мучает?

Месяц, зацепившись золотыми рогами за вершину Златибора, отдыхал после долгого пути. Он прошел многие земли и убаюкал многие беспокойные головы, и всем, кто его об этом просил, подарил здоровье и молодость.

Он так устал, что даже не обращал внимания на то, как выглядит. Его серебряные кудри были растрепаны, а бледное лицо покрыто царапинами и ссадинами. Все ночь он ездил по небу, иногда проносясь сквозь кроны деревьев. Посыпал землю серебряной пылью и приносил людям сны, которых те долго ждали.

Все это вспомнилось Месяцу, когда он наконец едва заметно кивнул, ответив на вопрос своего отца. Сварог задумчиво посмотрел на него. Он очень переживал за младшего сына, который во всем отличался от старшего. Один был нежный и робкий, а другой смелый и решительный.

– Я влюблен, – сказал Месяц, – в одну звезду…

– Я так и думал, – кивнул старый бог. – Она знает?

– Пока нет.

– Лучше бы тебе признаться в своих чувствах и сделать это как можно скорее, – посоветовал ему отец. – Ты можешь показать мне, которая из них тебе нравится?

Месяц исполнил его просьбу и показал на восток.

– Она скоро проснется. Ты легко ее узнаешь. Это самая светлая звезда на всем небосводе.

И только он это сказал, как небо на востоке порозовело – открылись небесные чертоги. Из них на золотой колеснице выехала звезда необыкновенной красоты.

Она крепко держала вожжи, прокладывая путь Солнцу. Ее красота была так поразительна, что и сам Сварог, многое повидавший на своем веку, залюбовался. Он вдруг так широко улыбнулся, что его улыбка стала больше самого Месяца.

– Я тебе помогу, – сказал Сварог и щелкнул пальцами, – нет ничего проще.

В ту же секунду золотая колесница изменила свое направление и полетела в их сторону.

Испуганная звезда изо всех сил старалась удержать коней, но те ее не слушались и все мчались по небу. Наконец, они остановились сами собой, совершенно неожиданно для возницы, которая пролетела над их спинами и упала прямо в руки еще больше побледневшего Месяца.

Очарованный ее красотой, Месяц, с которым никогда раньше не происходило ничего подобного, не знал, как ему быть, что предпринять. Он думал, что красавица вот-вот спрыгнет с его рук и убежит, но та, кажется, никуда не спешила и во все глаза смотрела на него. Сварог же, поняв, что он здесь лишний, почел за лучшее как можно скорее пойти по своим делам.

С тех пор и говорят, когда Месяц краснеет, что это его целует Денница…

Метла – Поднявшись рано поутру, старая метла потянулась, собрала с полей всю росу и превратила ее в бриллианты.

Весь день она только и делала, что трудилась.

Нужно было подмести пол, перепрыгнуть через крышу, чтобы навести порчу на злого человека, а еще – расчистить дорогу свадебной процессии и на обратном пути заглянуть в хлев, чтобы спасти его обитателей от ведьмы.

Кстати о ведьмах: куда же это подевалась ее хозяйка? Неужели опять прихорашивается перед зеркалом? Она все никак не может понять, что ее магия ничего не способна поделать с тем, что она стареет.

Метла бы еще долго ей удивлялась, но у нее было не так много времени, чтобы тратить его на мысли о молодящейся хозяйке. Она стерегла входную дверь, чтобы в случае чего прогнать незваного гостя или ударить больного (так он быстрее поправится), а если позовут, так нужно будет пройти сквозь основу ткацкого станка, чтобы нити не запутывались во время работы.

И только когда пришел вечер, метла смогла немного отдохнуть и подготовиться к празднику… Ей очень хотелось поскорее отправиться на шабаш.

Наконец ее собственная хозяйка, растрепав как следует свои седые космы, оторвалась от зеркала, вышла во двор, села на нее и взмыла вверх.

Словно молния летели они по ночному небу и по пути случайно задели Месяц, у которого на память об этом знаменательном событии до сих пор остался большой синяк.

Мокошь – Жил когда-то на свете молодой бог по имени Перун. Это был скромный и тихий юноша, которого никто особо и не замечал. Его отец Белобог и дедушка Утробог голову себе сломали, пытаясь придумать, как бы наставить парня на путь истинный.

Как же он будет метать гром и молнии, если даже тени своей боится?

Великие боги были просто в отчаянии. Как так вышло, что в их роду оказался такой скромник и недотрога, который еще и дрожит как осиновый лист, когда на солнце набегает тучка?

Может, он бы и остался таким, если бы в один прекрасный день не увидел полную девушку с длинными руками… Она стояла, прислонясь к белой скале. Перун не знал, кто она и откуда, знал только, что она должна принадлежать ему.

Он вышел из своего небесного дворца и спустился вниз, да так тихо, что никто и не услышал. В те времена считалось, что обитатели земли, такие как Мокошь, богиня судьбы, которую увидел молодой Перун, – это проклятые, презренные существа. Все думали, что они сеют страдания и муки, но это было вовсе не так.

Мокошь была покровительницей семьи: особенно она любила рожениц и детей. Она была бесстрашной, веселой и очень красивой девушкой. Ее густые кудрявые волосы, светлые, как самый светлый день в году, развевались под прикосновениями теплого ветерка. И Перун не мог отвести от нее взгляда.

Когда этот пугливый мальчик встал на скалу, она усмехнулась и позволила ему рассказать о том, кто он и какого рода. И пока говорил, Перун думал только об одном: как бы он хотел увести эту девушку с собой на небо, чтобы там, сидя на троне, расчесывать молнией ее кудри.

– Ну что же ты? – прочитала она его мысли. – Чего боишься? Ты мне тоже нравишься.

С этими словами она подошла и поцеловала его бледные губы. Сердце в груди Перуна застучало, как барабан. Никогда еще ему не было так хорошо.

Перун накрутил на палец ее светлый локон и превратил его в облако. Поймал искорку ее взгляда и превратил в молнию. Все эти чудеса пришлись ей по нраву, и она раскрыла глаза так широко, что Перун увидел, как внутри у нее пылают костры. Он стал ловить их одну за одной и превращать в молнии.

Богиня даже расплакалась от восхищения. Еще никто и никогда не делал для нее ничего прекраснее. Ее слезинка упала на ладонь юного бога. Он нежно дунул на нее и превратил в дождь. А чтобы не мокнуть на земле, Перун обнял богиню и полетел вместе с ней к себе во дворец.

Вот так и смогла Мокошь сделать то, что не удалось ни его отцу Белобогу, ни деду Утробогу.

Мора – Я самая младшая и самая красивая из всех сестер. И к тому же самая коварная. Есть у меня одно необычное пристрастие, о котором знает каждый, кого я посещаю. А посещаю я всех без исключения: и старых, и молодых, и низких, и высоких… Внешность – это не то, что меня интересует.

А интересует меня кровь. Она дает мне силы, возвращает молодость.

Наивные люди думают, что смогут спастись, если дадут мне какое-нибудь глупое задание: посчитать, скажем, песчинки в реке или листья в лесу.

Они и не подозревают, что я знаю все, в том числе и ответы на эти вопросы. Я даже знаю, сколько у кого мыслей в голове, сколько дырочек в сите и сколько шерстинок в кошачьей шерсти…

На мой первый день рождения я получила великолепный дар – дурной глаз. Его подарила мне черная курица, пролетевшая над моей колыбелькой. Что ни говори, а глаза у меня красивые: нежно-голубые и глубокие, как колодец, в котором скорее утопишься, чем воды из него зачерпнешь… Не знаю, что бы я без них делала. С их помощью я могу любого околдовать.

Несмотря на все то, что болтают обо мне, я не люблю превращаться ни в собаку, ни в кошку – слишком много мороки. Больше всего я люблю человеческий облик. Благодаря ему я могу средь бела дня гулять по городу и заводить новые знакомства.

Все думают, что я просто милая девушка… Но нет, не просто… Я очень голодная девушка и, в отличие от вампиров, которые охотятся только по ночам, охочусь, когда мне захочется!

Найду какого-нибудь мужчину и мучаю его, мучаю, пока всю кровь из него не выпью. Но мужчины – это, конечно, хорошо, однако это далеко не все. Мне бы хотелось найти родственную душу, какого-нибудь морца или морняка, который сидит у женщин на груди и пьет кровь прямо из сердца! Вот это была бы романтика. Некоторые мне говорят, что таких просто нет в природе, но я все равно верю, что однажды встречу его и мы всегда будем вместе!

Морана – Кто меня разбудил?! Мне снился такой чудесный сон. Будто бы Яровид, бог войны и злости, целовал меня, да так горячо, что все ледники, на которых я сплю, растаяли.

Сейчас я найду этого негодяя, который осмелился потревожить мой покой, и жестоко ему отомщу!

Ничего не могу с собой поделать. Такая уж я мрачная и злая богиня. Люблю морить голодом и мучить холодом. Много есть у меня в запасе и других мук, таких же старых, как само время.

Живу я на севере вместе с моими братьями – Снегом и Льдом – и сестрами – сосульками и снежинками. Мои черные волосы расчесывает Северац, а на моих ресницах отдыхает иней.

Люди меня постоянно будят. Им нет никакого дела до того, что я очень устала и хочу спать. К тому же иногда во сне мне приходят ответы на важные вопросы и прекрасные видения озаряют их своим светом…

Когда меня разозлят, а злят меня довольно часто, я замораживаю воду в реках, тку снежный покров и накидываю его Земле на плечи. А если кто-нибудь встает у меня на пути, кусаю его моими волчьими клыками и дарю вечный сон…

Так что пусть все запомнят: я хочу видеть во сне Яровида! Хочу, чтобы он целовал меня. Так что не мешайте, пожалуйста! Это в наших с вами интересах.