Последующие 30 лет в Крыму было очень неспокойно. За ханский престол дрались братья, племянники, убивали друг друга. Менялись ханы в Бахчисарае и Казани, но походы против Москвы не прекращались. Новая страница противоборства наступит, когда в Москве в 1547 году на царство венчается Иван IV, а в Бахчисарае в 1551 году на ханский престол турки посадят Девлет-Гирея – внука Менгли-Гирея. Он будет править 26 лет, и это время станет для Руси самым тяжелым периодом противостояния двух государств. Подсчитано, что только больших походов было совершено 13, причем 7 из них прошли под личным руководством Девлет-Гирея. Каждое из таких нападений несло русским землям разрушения и поджоги селений, убийства и полон для населения. Причем потери мирного населения превышали гибель воинов в боях.
Мы уже отмечали, что из-за внезапности татарских походов к ним нельзя было подготовиться заранее, приходилось лишь отражать нападения, нередко поспевая к месту бесчинств ханских отрядов с опозданием. Но если было нельзя подготовиться к отражению каждого из нападений, то следовало выстраивать такую систему защиты границы государства, которая не пропускала бы неприятеля вглубь страны. Что делалось для этого? Во-первых, была создана так называемая береговая служба. Она состояла из пяти полков, которые каждый год весной комплектовались из детей боярских и городовых дворян. Общая численность службы достигала 65 тысяч человек, так что ее содержание стоило недешево. Береговой служба называлась потому, что ее полки стояли в определенных местах по берегу реки Оки, которая разграничивала дикие степи и Московское княжество, и поджидали нашествие ханских войск.
Во-вторых, на особо опасных маршрутах движения татар строили так называемые засечные черты. «Другим средством обороны было построение на опасных участках укрепленных линий, которые не давали бы татарам врываться внутрь страны до сбора полков. Такие линии, черты, как они тогда назывались, состояли из цепи городов, острогов и острожков, обнесенных рублеными стенами или тыном, стоячими, остроганными сверху бревнами, со рвами, валами, лесными засеками, завалами из подсеченных деревьев в заповедных лесах, – все это с целью затруднить движение степных конных полчищ»[379].
Еще в XIV веке Великий владимирский князь Иван Калита защищал свою землю засечной чертой от Оки к Дону и далее к Волге. В 1566 году Иван Грозный лично осмотрел и принял вторую оборонную линию, получившую название Большой засечной черты. При сыне его Федоре Иоанновиче появится третья оборонительная линия. Каждая новая линия строилась южнее первой. Так Русь отвоевывала и осваивала дикую степь.
В-третьих, еще одним элементом оборонной стратегии Русского государства являлось формирование сторожевой и станичной службы. Ее задачи были исключительно предупредительные. На расстоянии четырех-пяти дней пути устраивались наблюдательные пункты – сторожи и станицы, расстояние между которыми составляло день, а то и полдня пути. В эти сторожевые пункты из городков оборонительных линий уходили по два-четыре конных ратника. Источники сообщают, что ратники должны были стоять на страже на своих местах, с коней не слезая, а один из них размещался на высоком дереве. Как правило, они приглядывали за речными бродами. Передача сведений осуществлялась так: завидев в степи пыль, один из всадников скакал к следующему ближайшему наблюдательному пункту, а ратник, находившийся там, завидев гонца и не дожидаясь его, скакал дальше с известием об опасности. Оставшийся наблюдатель прятался, дожидался, пока татарское войско пройдет мимо него, определял по глубине конских следов численность неприятеля и спешил сообщить эту информацию. Это была трудная и опасная служба, но она помогала в борьбе со злым соседом. Этой борьбой жили люди в небольших городках и селениях на южных окраинах Московского княжества. «Так боролся со свирепыми и алчными хищниками – крымскими татарами – русский люд этого богатого края. Здесь жить – означало воевать, и только воюя – можно было жить»[380].
Первое нападение на Москву Девлет-Гирей предпринял уже в 1552 году, то есть на следующий год после получения ханского трона. Причиной похода стали планы Ивана IV подчинить Казанское ханство. Московский царь дважды пытался взять Казань – зимой 1548–1549 и в 1549–1550 годах, и оба раза не смог этого сделать. Но всем было понятно, в том числе и крымскому хану, что неудачи не изменили планов Ивана IV, на 1552 год он как раз наметил решающий поход. Девлет-Гирей решил, что настал благоприятный момент для большого похода на Москву, когда русское войско будет находиться под стенами Казани. Таким образом, перед крымским ханом стояли две стратегические задачи, которые он намеревался решить одним походом: разгромить столицу Русского государства и не допустить захвата Казани.
Но реализация стратегических планов Девлет-Гирея не заладилась с самого начала. Во-первых, к нему не присоединись ханы Ногайской Орды и Астраханского ханства. Во-вторых, Ивану IV не только стало известно о подготовке ханского похода, но также о том, что у татар будет 17 пушек, подаренных хану султаном. Потому царь разделил свое войско, направив его часть навстречу неприятелю. Хан по ходу продвижения разорил рязанские земли и намеревался идти дальше под Коломну, но когда узнал, что там его поджидает царь со своим войском, то прервал поход и повернул назад. А чтобы не возвращаться с позором, по совету своих мурз решил захватить Тулу. Защитники крепости, а ими стали не только воины гарнизона, но и жители города – мужчины, женщины, дети, – три дня выдерживали осаду, отражали штурмы и обстрелы горящими ядрами, схватывались врукопашную, пока не показались на горизонте столбы пыли от спешащего к ним на помощь основного русского войска. Этого оказалось достаточно для татарского полководца: он приказал спешно уходить от непокорной крепости. Уходили в такой спешке, что побросали свои колесницы, шатры и все награбленное в Рязани. А самое интересное – тульским защитникам удалось даже заполучить всю турецкую артиллерию, запас ядер и пороха. Так Тула сама себя защитила.
Но не остались без ратного дела и подошедшие к городу московские полки. Дело в том, что к этому времени к Туле стали подтягиваться и татарские отряды, которые промышляли разбоем в окрестностях и не знали о бегстве хана с места схватки. Несмотря на двойное превосходство в численности, они были разбиты и рассеяны. После такого успеха русские полки устремились в погоню за отступавшими ханскими войсками и настигли их у реки Шиворонь. Татар и здесь собралось больше, чем русских, но удача в тот день, 23 июня 1552 года, оказалась на нашей стороне. Войска хана были полностью разгромлены, и к вечеру того же дня Иван IV получил это радостное известие. Таким образом, неудавшийся поход не помог Казанскому ханству сохранить независимость. Казань была взята в августе 1552 года. Через четыре года в состав Русского царства вошло и Астраханское ханство.
Эти завоевания, осуществленные Иваном IV, решили две важнейшие геополитические задачи: обезопасили русские земли от нападений со стороны востока и юго-востока, а также позволили получить контроль над всем торговым маршрутом по Волге с азиатскими странами. «Хан Девлет I Гирей, правивший Крымом, отказывался признавать переход Казани и Астрахани под власть Москвы. Династия Гиреев продолжала претендовать на оба эти ханства. В результате после 1556 года Крым был во враждебных отношениях с Русским государством, не соглашаясь даже на временные перемирия. Напротив, крымцы совершали крупные и опустошительные набеги на южные рубежи русской империи, зачастую действуя в союзе с другим врагом Москвы – Литвой»[381].
Хан понимал, что вернуть силой утраченные территории он не сможет, его армия, наученная разбойничьим внезапным нападениям и грабежам, не выдерживала прямых сражений с русскими войсками. Но очень хотелось получить хоть какую-то компенсацию, желательно денежную, и потому он жаловался, что Иоанн присылает ему мало поминков, обещал, что если царь пришлет больше, то он и помирится крепче. Хочется думать, что русский царь от души посмеялся над таким попрошайничеством крымского хана, потому что приказал ответить, что дружбы подарками не покупает. И принял решение: чтобы мир с ханом был крепким, построить в степи южнее Тулы крепость Дедилов. Оба правителя готовились к следующим схваткам – такова была природа взаимоотношений: от одной битвы к другой.