С 1702 года начинается польская кампания Карла XII, который имел намерение сделать из Речи Посполитой буферное государство между Швецией и Россией. Для реализации плана требовалось немногое – разгромить саксонскую армию Августа II и свергнуть с престола самого короля, которого поляки не жаловали. В результате и то и другое получилось достаточно легко. Надо сказать, что Август II в то время уже не сопротивлялся, а пытался достичь мира с Карлом XII, используя для этого всякие возможности, в том числе и весьма оригинальные. Он отправил к шведскому королю свою любовницу Аврору Кенигсмарк, которой поручалось очаровать юного завоевателя и склонить его к мирным переговорам. Не вышло – шведский властелин не принял красавицу графиню, покорение земель являлось для него более интересным занятием, чем покорение польских дам. В середине мая, не встретив сопротивления, шведы заняли Варшаву.
После неудачи в Варшаве Август II отступил в Краков и там стал собирать войско. И снова попытался договориться о мире через посредника, на этот раз на эту роль был выбран глава польской церкви кардинал Михаил Радзиевский. Шведский король уважительно отнесся к польскому кардиналу и дал ему аудиенцию, но итог короткой встречи оказался весьма неутешительным для Августа II: Карл пообещал согласиться на мир, когда поляки выберут другого короля. В июле 1702 года войска противоборствующих сторон сошлись у местечка Клишов между Варшавой и Краковом. И снова сильнее оказались шведы, их трофеями стали все орудия и вся польская казна.
1703 год знаменателен тем, что польский король бежал с театра военных действий в Саксонию, а Карл XII письменно предложил сейму избрать королем Якова Собесского. А когда выяснилось, что Август II арестовал Якова и его брата, шведский предводитель ничуть не огорчился и предложил сейму в короли познаньского воеводу Станислава Лещинского. Такому бесцеремонному хозяйничанью Карла XII в Польше попыталась противиться Англия, что лишь позабавило шведского властелина, он сколь дерзко, столь и иронично ответил англичанам: нелепо слышать такие замечания со стороны Англии, которая отрубила голову своему королю, тогда как я хочу всего лишь снять с головы корону. На том все в Европе успокоились, никто более роптать не посмел.
В июле 1704 года собрался польский избирательный сейм. В зале заседания присутствовали три шведских генерала, а на улице у здания сейма расположились 800 шведских пехотинцев и драгун. Получилось вполне демократично: шесть часов сенаторы спорили, а потом поступили так, как им велел Карл XII. Польским королем стал Станислав Лещинский.
Август II не смирился с таким исходом, перебрался во Львов, собрал армию в количестве 23 тысяч солдат, в которую входили поляки, саксонцы и русские. Тогда же Август II и Петр I заключили новый договор, в котором обязались не только продолжить совместную борьбу против шведов, но и не заключать с Карлом XII никаких сепаратных соглашений. Петр I уже понимал, каков у него союзник, но других не было, и приходилось поддерживать этого. Царь снова послал 12 тысяч русских воинов в помощь своему незадачливому союзнику, выделил ему 200 тысяч рублей, более того – пообещал выделять такую же сумму ежегодно до окончания войны.
Но скоро царю вновь пришлось убедиться, что сколько бы русских денег ни получил саксонский курфюрст, воевать лучше и честно он не будет. Уже в начале сентября, когда шведский король подойдет ко Львову с одной лишь кавалерией, Август II тут же покинет город и направится к Варшаве. И тогда из Варшавы сбежит король Лещинский. «1704 год принес немало огорчений союзнику Петра – Августу II: саксонские войска с такой же методичностью терпели неудачи, как русские одерживали победы… Все попытки саксонского курфюрста добиться успеха неизменно заканчивались крахом: под Клишевом, при Пултуске, под Торунем. Август II был прозван современниками ”Сильным”, но его сила никакого отношения к государственным и военным делам не имела. Он был сильным физически, гнул тарелки, ударом ножа отсекал голову буйволу, произвел за свою жизнь великое множество детей от целого гарема наложниц. От участия в сражениях он уклонялся, поручая командование войсками своим бездарным генералам»[331].
1706 год начался с трагедии – Фрауштадтского сражения, в котором 30-тысячная саксонско-русская армия под предводительством Маттиаса Шуленбурга не выдержала атаки 8 тысяч шведов, возглавляемых генералом Карлом Реншильдом. «Сначала бросилась наутек без единого выстрела саксонская конница, по пути разграбив русский обоз, а пехота, оставшаяся без прикрытия, частью была истреблена, частью охотно сдалась в плен. Сопротивление оказали лишь находившиеся здесь русские полки. Четыре часа они мужественно сдерживали натиск шведов, но силы были неравны. Шведы проявили невероятную жестокость именно по отношению к русским, зверски убивая раненых и сдавшихся в плен»[332].
Шведский король без оглядки на кого-либо хозяйничал не только в Польше, он чувствовал себя властелином, которому покорилась вся Европа. Так, когда он пожелал добить Августа II после Фрауштадтского сражения, он провел армию через австрийскую Силезию, даже не подумав согласовать с ее императором проход своих войск, вторгся в Саксонию и подверг ее тотальному опустошению. Саксонский курфюрст был загнан в угол и вынужден был в сентябре 1706 года тайно подписать Альтранштадтский мирный договор, который современники называли капитуляцией, не имевшей себе равных в истории. Август II отрекся от польской короны и пообещал вообще не вмешиваться в польские дела. Вся Польша оказалась во власти Швеции. Но Август II, наверное, не был бы самим собой, если бы не попытался скрыть это предательство от русского царя. Более того, саксонские войска под предводительством Августа уже после подписания мира со шведами участвовали на стороне русских в битве при Калише против шведов и польских отрядов ставленника Карла XII Станислава Лещинского, где русские войска, возглавляемые Александром Меншиковым, одержали славную победу. Раздосадованный, но не удивленный действиями своего нового союзника Карл XII велел опубликовать тайный договор. Все это было бы смешно, если бы не изменившаяся характеристика войны – она теперь стала только русско-шведской. Северный союз перестал существовать. У Швеции остался один противник – Русское государство.
Изменившуюся ситуацию хорошо понимал Петр I, равно как и то, что поражения шведских войск в Прибалтике в предыдущие годы вовсе не означали разгром армии Карла XII. И Швеция как государство пребывала в расцвете своего могущества, и шведская армия, находившаяся на континенте, не только не ослаблена, но даже усилилась за последний год, получив пополнение и откормившись на саксонских харчах. У Петра I в это время была головная боль из-за роста недовольства внутри страны, его провоцировали тяготы войны, которые перекладывались на население в виде дополнительных налогов. Это приводило к мятежам и восстаниям, на подавление которых приходилось отвлекать воинские подразделения, в том числе из находившихся на войне. Проявлением такого недовольства властью стало, например, Астраханское восстание 1705–1706 годов. На его подавление царю пришлось направить войска в количестве трех тысяч человек во главе с фельдмаршалом Борисом Шереметевым. И это был лишь один из внутренних вызовов, которые дополняли и усиливали внешний.