Теперь настал черед Нарвы. Русские помнили урок 1700 года и потому к взятию этой хорошо укрепленной и оснащенной крепости отнеслись со всей серьезностью. Крепость имела 432 орудия и насчитывала 4,5 тысячи солдат и офицеров, включая более тысячи кавалеристов. Командир у них оставался прежний – генерал Горн. Все было по-прежнему, как четыре года назад, во всяком случае, так считал комендант крепости, который не просто отклонил предложение русского царя о почетной капитуляции, но и прислал ему грубое и высокомерное письмо с напоминанием о событиях четырехлетней давности. Генерал Горн, судя по всему, не видел дальше крепостных стен и потому не заметил, что ситуация на театре военных действий изменилась кардинально. К Нарве пришла обученная и испытанная в боях русская армия, в которой командовали свои русские командиры.

В конце апреля три полка пехоты и три роты кавалерии окольничего Петра Апраксина закрыли устье Наровы и во время осады Нарвы отбили попытки шведов доставить продовольствие осажденному гарнизону. В конце мая на левом берегу заняли позиции полки генерала Аникиты Репнина. Драгунские полки окружили крепости Нарва и Ивангород, что фактически означало их блокаду. На выручку осажденным поспешил генерал Шлиппенбах, но русские драгуны и пехота отразили их натиск и заставили отступить к Ревелю. А в это время к Нарве подошли высвободившиеся после капитуляции Дерпта войска и артиллерия. Силы русских с 10 тысяч выросли до 43 тысяч. Можно было приступать.

Бомбардировка крепости началась 30 июля. В течение 10 дней на стены бастионов и головы гарнизона упали более 4,5 тысячи бомб. 9 августа начался основной штурм. Это была страшная битва. Шведы поджигали бочки с порохом и скатывали вниз на головы штурмующих. Когда русские все же ворвались в город, пощады не давали никому, убивали всех, кто оказывался на пути. Да и шведы не просили пощадить, дрались за каждый дом. Ожесточение достигало высшей степени: убийства, кровь, настоящая бойня.

Комендант крепости Горн, наконец, приказал трубить капитуляцию двум барабанщикам, но и их убили в горячке битвы, никто ничего не слышал в реве пушек и свисте ружейных выстрелов. Истребление противника продолжалось и после того, как Горн в центре города перед ратушей лично исполнил на барабане сигнал капитуляции. А дальше произошло и вовсе невероятное: Петр I, прибывший на место трагедии, пронзил шпагой двух своих солдат, чтобы остановить неистовство боя. Царь испытывал не меньшее чувство бешенства, чем его солдаты, и потому здесь же на площади отвесил шведскому генералу увесистую оплеуху и сорвался на крик: «Не ты ли виноват? Не имея никакой надежды, никакого средства к спасению, пошто дрался? Глянь на шпагу, генерал! Это кровь не шведская, это русская. Я своих заколол, чтобы удержать прочих от бешенства. Все из-за упрямства твоего дурного!»[329]

Русским достались богатые трофеи: 80 медных и 400 чугунных орудий, 11 тысяч ружей, 1300 пар пистолетов, большое количество снарядов и значительные запасы продовольствия. Оставшиеся в живых жители Нарвы приняли присягу на верность русскому царю. Гарнизон Ивангорода капитулировал через неделю после Нарвы. Любимчик царя Александр Меншиков удостоился генеральского звания. Отчеканили и медаль «За взятие Нарвы». В феврале 1705 года Петр I, подобно римскому императору Юлию Цезарю, устроил «триумф» – торжественный въезд в Москву. Как и в древнеримские времена, в столицу русского государства ввели пленных шведов во главе с генералом Горном.

Битва за Нарву стала одним из ключевых сражений Северной войны. Была достигнута полная победа, и Петр I понимал значение и смыслы этой победы. На одной из триумфальных арок, установленных в Москве в честь нарвской виктории, была сделана надпись: «Мы ни чужой земли не брали, ни господствовали над чужим, но владеем наследием отцов наших, которое враги наши в одно время неправильно присвоили себе. Мы же, улучив время, опять возвратили себе наследие отцов наших»[330].

Итогом военных действий в период 1701–1704 годов стало освобождение от шведов всей Ингерманландии, или Ижорской земли, как называли эти места во времена Новгородской республики. Территории от Ладожского озера до Чудского озера и реки Нарова, включая оба берега Невы и Финский залив, теперь занимали русские войска, которые обосновались в крепостях Шлиссельбург, Петропавловской, Кронштадт и Дерпт. Шведы на южном побережье Балтийского моря продолжали удерживать крепости Ревель, Пернов и Ригу в Эстляндии и Лифляндии. На северном побережье Балтики у шведов оставалась мощная крепость Выборг, откуда еще несколько лет шведы будут нападать на Санкт-Петербург, и через некоторое время Выборг станет целью Петра I.

Еще одним неоспоримым достижением военной кампании первых лет Северной войны стала возможность завести флот на Балтике – самая желанная цель царя – и для торговых дел, и для обороны государства. Говорят, что Петр I изрек такую мудрую мысль: если государь имеет только сухопутное войско, то он имеет одну руку, а если у него и флот есть, то у него имеются две руки. У царя путь от замыслов к действиям был недолгим. Для Балтики первые 43 корабля заложили в 1703 году, царь лично руководил ходом работ и на первом же изготовленном фрегате «Штандарт» по Неве прибыл в Санкт-Петербург, хотя у города было только название… Тогда же одним из объектов строящегося города станет Адмиралтейская верфь, на которой первый военный корабль сойдет на воду уже в апреле 1706 года. С этого события начнется превращение России в морскую державу.

Увлекшись победами русской армии в Прибалтике, мы оставили без внимания действия нашего союзника Августа II и нашего противника Карла XII. Рассмотрим кратко, как развивались события на польском театре военных действий, куда их перенес шведский король после разгрома русских под Нарвой в 1700 году, посчитав, что с армией России покончено и теперь ниже его королевской чести сражаться с поверженным противником.

Союзники Август II и Петр I во время встречи в конце февраля 1701 года подтвердили намерение продолжать сражаться с общим врагом и утвердили новый план совместных действий. Для усиления войск саксонского курфюрста русский царь обязался передать ему несколько полков общей численностью 20 тысяч человек под руководством князя Аникиты Репнина. Несмотря на превосходящую численность, союзное русско-саксонское войско потерпело поражение на Западной Двине и было отброшено шведами от Риги – так бесславно закончилась и вторая попытка Августа II захватить эту крепость.