Несговорчивость Хмельницкого начала раздражать польского короля и магнатов, тем более что Польша вполне оправилась от поражений 1648 года. Казнь посла и вовсе вызвала у шляхты прилив воинствующего патриотизма, король, реагируя на настроение элиты, подписал указ о всеобщей мобилизации. Государственное устройство Польши было таково, что крупнейшие магнаты были в значительной степени независимы от короля, а сейм и вовсе являлся главным органом власти и управления. Влиятельный и богатый князь Иеремия Вишневецкий сформировал собственную армию для войны с Хмельницким. Эти два деятеля считали друг друга заклятыми врагами. Хмельницкий, выдвигая условия Польше, даже отдельным пунктом написал требование, согласно которому Вишневецкий никогда не должен быть коронным гетманом. Свою армию вооружил и литовский гетман Януш Радзивилл.

Начался новый раунд противостояния казаков Хмельницкого и войск Речи Посполитой. На призыв Хмельницкого воевать против Польши откликнулись и горожане, и селяне, из которых сформировали 30 полков численностью до 150 тысяч человек. Войска Хмельницкого были усилены отрядами крымского хана Ислам-Гирея. Соединенное войско осадило мощную крепость Збараж, где гарнизон оказался невелик, каких-то 15 тысяч, но обороной руководил князь Иеремия Вишневецкий, что и определяло ход сражения. Осада продолжалась 35 дней, но успеха Хмельницкий достичь не мог. Хотя победа, казалось, уже близка: в крепости начался голод, поляки ели собак и кошек, умирали от болезней. В это время на помощь осажденным двигался польский король, лично возглавивший 30-тысячное войско. У этого похода была особенность, которую, наверное, и называть особенностью не следует, поскольку она присутствовала всякий раз, когда западные державы шли войной на Русь. И в этот раз папа римский прислал Яну Казимиру освященное знамя и меч и благословил его на истребление схизматиков, то есть православных!

Хмельницкий знал маршрут короля и устроил ему засаду у городка Зборов в пяти милях от крепости Збараж (в настоящее время в Тернопольской области). Здесь в середине августа 1649 года происходили основные события. Казаки Хмельницкого напали на поляков неожиданно с двух сторон во время их переправы через реку Стрипа. И только наступившая ночь уберегла поляков от полного поражения. Чтобы спасти себя и армию, король ночью направил крымскому хану своего посланника с предложением дружбы и мира и, конечно, денег. И случилось то, чего следовало ожидать от Ислам-Гирея: наутро во время новой атаки казаков хан объявил, что выходит из сражения. Предательство союзника изменило ход военных действий, Хмельницкому пришлось соглашаться на переговоры о мире. Что интересно, переговоры с королем вел не Хмельницкий и даже не его послы, а от его имени так называемый союзник – крымский хан, потому что с гетманом, который в Польше был объявлен бунтовщиком, король не мог вести переговоры.

В таких условиях был заключен Зборовский мир, условия которого фактически Хмельницкому продиктовали крымский хан и польский король. Казакам на правах автономии Речи Посполитой отводились три воеводства: Киевское, Брацлавское и Черниговское, которые теперь назывались Гетманщина. Войско запорожское получало свои прежние права и привилегии, его реестровая численность устанавливалась в 40 тысяч человек. Чигирин передавался лично гетману. На территории Гетманщины на административные должности назначения производил король, но только из православных дворян. Важно, что на этой территории не должны быть расквартированы польские отряды и не допускалось проживание евреев.

Одновременно был заключен договор между Польшей и Крымским ханством. Ислам-Гирей за свое предательство казаков, отход от Збаража и посреднические усилия в переговорах получал в общей сложности 400 тысяч талеров. Кроме того, король разрешал татарским отрядам грабить Малороссию и уводить в плен русских людей.

Зборовский мир лишь на время замирил казаков и поляков. В Польше магнаты, тот же Вишневецкий, обвиняли короля в уступках, чуть ли не считали его предателем. Что касается Хмельницкого, то его победа тоже не всеми воспринималась таковой. Были довольны старшины, дворяне, духовенство, так как предполагалось обсуждение прав православных, а митрополиту пообещали место в польском сенате, правда, его туда так и не пустили. Одним словом, довольны были верхи. А внизу общества договор вызвал глубокое недовольство двух основных сословий, которые составляли протестную силу Хмельницкого. Вне реестра оказались более 100 тысяч казаков, которые должны были вернуться к польским панам в качестве крепостных. Еще больше насчитывалось крестьян, которые тоже не хотели возвращаться в польское ярмо.

Таким образом, мир не складывался не только между Польшей и Гетманщиной, но и внутри этих территорий. К полякам вернулась их спесь, паны не хотели признавать казачью верхушку равной себе, признавать права казаков. Масса русского народа продолжала бунтовать, что вынуждало Хмельницкого военной силой подавлять мятежи и карать вчерашних своих воинов. Назревало продолжение войны.

В декабре 1650 года польский сейм разорвал мир и объявил мобилизацию. В январе 1651 года совещание с полковниками и старшинами провел Хмельницкий. Было решено опять звать на помощь крымского хана, одновременно гетман в специальном универсале объявляет о начале новой войны с Польшей и зовет народ к мятежам против шляхты. Ислам-Гирей не спешит откликнуться на призыв гетмана, медлит с отправкой отрядов. Наконец, в начале июня татарские отряды соединились с казаками, и уже в середине месяца состоялась битва у села Берестечко на Волыни – одна из самых крупных битв XVII века. Первый день сражения не принес победы ни одной из сторон, хотя потери в войсках были велики. Без потерь оставался крымский хан, который не участвовал в атаках казаков, дожидаясь, куда повернет военная удача. А на второй день хан и вовсе совершил неслыханную и невиданную подлость: в момент атаки поляков на его отряды он приказал покинуть поле боя, открыв тем самым фланг казаков. Бегство татар изменило обстановку на поле боя в пользу поляков.

Понимая, к чему может привести предательство хана, Хмельницкий кинулся догонять его, а когда догнал, просил вернуть войска в бой. Ислам-Гирей не только отказал союзнику, но и пленил Хмельницкого и увез с собой в Крым. А в это время казаки и крестьяне, находясь в окружении, продолжали сражение еще две недели и отступили с большими потерями, но не сдались, не поверив обещаниям короля. Вот как С. М. Соловьев передает картину бедствия, обрушившегося на казацкое войско: «20 июня враги столкнулись при Берестечке на реке Стыри, с обеих сторон силы были велики, но перевес был на стороне поляков. Татары, любя подавлять неприятеля своею многочисленностию без больших усилий, вовсе не были охотники переведываться с неприятелем более многочисленным. После первого напора поляков хан побежал и увлек за собою татар, увлек и Хмельницкого, который бросился было догонять его, чтобы уговорить возвратиться; оставшиеся козаки окопались и с отчаянною храбростию выдерживали осаду, наконец, попытались было уйти и потерпели при этом страшное поражение»[266].

Почти месяц гетман находился в татарском плену и был освобожден за большой выкуп. Вернувшись из плена и снова возглавив армию казаков и крестьян, Хмельницкий смог остановить наступление поляков только под городом Белая Церковь. Польская армия в ходе наступления грабила и сжигала казацкие города и села, страшному разорению был предан Киев.

Война была проиграна, по ее итогам стороны в сентябре 1651 года подписали Белоцерковский мир. Теперь Гетманщина вместо трех воеводств была ограничена одной – Киевской. Только здесь могли проживать казаки, а число реестровых казаков уменьшалось вдвое – до 20 тысяч. Все остальные возвращались к своим хозяевам – польским магнатам и шляхте. В Брацлавском и Черниговском воеводствах устанавливались польские порядки. Существенно были урезаны и права казачьего гетмана, который не имел теперь права сношений с иностранными державами и находился под властью гетмана коронного – руководителя польского войска. Хмельницкий удержал за собой должность гетмана пожизненно, но после его смерти право назначать на эту должность и освобождать становилось прерогативой короля.

Если подытожить, то по условиям Белоцерковского мира четыре года войны вернули казаков к тому состоянию, в котором они находились в 1648 году, когда начинали протест. Хотя так утверждать можно лишь формально, анализируя права, которые казакам оставили поляки. На самом же деле поражение казаков и крестьян в этой войне породило еще большую жестокость шляхты, которая на правах победителей возвращалась в свои поместья. Мир таким образом привел к еще большему ожесточению против поляков не только низов, но и значительной части казацкой верхушки. «Воспользовавшись своим торжеством, поляки предписали козакам почти такие же условия, в каких находились они до 1648 года, но теперь и для Хмельницкого, привыкшего к царственному положению, и для козаков, и для черни, освободившейся от панов и жидов, привыкшей к воле, условия эти были нестерпимы»[267].

Эта нестерпимость новых старых условий жизни вела к тому, что низшие слои населения не хотели снова возвращаться к ним и нашли для себя лучший выход в массовом исходе на восток. Повторялась ситуация XII века, когда население поднепровской Киевской Руси потянулось на северо-восток, в Русь Верхневолжскую… Люди опять, как и пять веков тому назад, укладывали свои пожитки на телеги, закрывали свои избы, а часто и предавали их огню, чтобы не достались врагам-полякам, и вереницами и поодиночке двигались в Московию. Польские солдаты пытались препятствовать этому народному движению, возвращали, а нередко и казнили попавшихся крестьян, но возвращенные снова уходили, нередко вступали в схватки с жолнерами, кровью прокладывали себе путь на свободу от поляков.

Юго-западные земли Руси, польские и гетманские земли пылали огнем бунтов и восстаний. Повсеместно возникали отряды гайдамаков, которые нападали на польские отряды и вырезали их на местах постоев. Поляки отвечали с такой же жестокостью. Крестьяне восставали и против Хмельницкого, который метался между поляками и народом, защитником которого он объявил себя в начале войны.

Число переселенцев между тем росло, идея исхода от поляков охватывала новые и новые территории, движение становилось массовым. В приграничных русских областях возникали новые поселения, из которых впоследствии выросли города с русским населением, они существуют и сегодня, только на территории современной Украины. Это Харьков, Сумы, Белополье, Ахтырка, Лебедин, десятки других. Ни расправы со стороны поляков, ни запреты Хмельницкого не могли помешать этому процессу. «Поселения назывались вообще слободами, отчего эта земля, заселенная новоприбывшими южноруссами, получила название Слободской Украйны, Украйны свободной, в противоположность старой Украйне, где жители терпели от поляков. Этому-то направлению, этому голосу народа, объявившего, что спасение для него – в Восточной России, был вынужден последовать и Хмельницкий, страшившийся остаться с малым числом народа на жертву польским панам»[268].