Задачи, которые ставило русское правительство в начале кампании, решены не были. На втором этапе войны предстояло сосредоточиться на борьбе с Литвой, которая становится теперь нашим главным противником. Активные военные действия разыгрались в начале 1563 года. Целью наступления стал Полоцк – не только стратегически важный город и богатый торговый центр, но и бывший центр древнерусского Полоцкого княжества. Войска, которые возглавил сам царь Иван IV, 31 января осадили, а уже 15 февраля взяли крепость. Эта сражение было важнейшей политической и стратегической победой царя. Что же делает Иван IV в момент своего триумфа? Он дает Литве перемирие на шесть месяцев! Труднообъяснимое решение, принятое в период наибольшего военного успеха. Оно не привело ни к какому положительному результату для русской стороны ни с военной точки зрения, ни с дипломатической. Послы от Сигизмунда приехали в Москву в начале декабря 1563 года – через четыре месяца после истечения срока перемирия. Литва требовала от Москвы земли новгородские и псковские, а царь в свою очередь также ставил Литве невыполнимые условия: отдать Киев, Волынь, Подолию и даже Вильно, который когда-то принадлежал Русскому государству.

Неудивительно, что военные действия возобновились. Но время удач для Ивана IV осталось в прошлом. В январе 1564 года литовцы из-за беспечности московского воеводы Петра Шуйского силами в пять раз меньшими разгромили на реке Улле 20-тысячное русское войско, которое, убегая в панике, оставило неприятелю весь свой обоз. В июле того же года русские отряды осадили крепость Озерище под Витебском, но проиграли и это сражение. Неудачи 1564 года стали поворотными не только для всей ливонской кампании, но и во внутренней жизни Русского государства, и в судьбе самого царя Ивана Грозного.

Начало трагического периода определила совокупность причин, в которых тесно и взаимообусловленно переплелись внешние и внутренние обстоятельства, они подготавливались и вызревали постепенно, чтобы остро проявиться в определенный момент. Сюда следует отнести и смерть первой жены царя Анастасии, и охлаждение царя к ближайшим друзьям и советникам из Избранной рады, а затем и гонения на них. Особо необходимо выделить измену, бегство в Литву в апреле 1564 года и переход на службу к литовскому королю князя Андрея Курбского, которого царь считал верным другом и соратником.

Конечно, предательство Курбского, а также неудачи на войне не могли не повлиять на впечатлительную и неуравновешенную натуру царя. Иван IV начал винить во всех бедах бояр-изменников, обвиняя их в заговорах и изменах, и, как следствие, без особого разбирательства приступил к казням и репрессиям в отношении феодальной аристократии. Бояре, в свою очередь, боясь впасть в немилость государя и лишиться головы, покидали пределы Московского княжества и переходили в Литву, что еще больше озлобляло царя и приводило к новым казням. Во всех боярах видел он злодеев-изменников. С 1565 года начинается опричнина, за семь лет которой погибли и многие способные военачальники, и тысячи ни в чем не повинных людей. Все вместе взятое ослабляло страну, лишало ее единства царя и бояр, правительства и народных масс, без чего невозможно добиться победы. Общую ситуацию усугубило объединение Польши и Литвы в 1569 году в единое государство Речь Посполитую – это стало важнейшим отрицательным для России итогом второго этапа Ливонской войны. Россия получила на западном фронте более сильного противника и уже теряла шанс на победный исход кампании.

Третий этап Ливонской войны (1570–1576) начался в условиях резкого ухудшения ситуации внутри государства. На это время приходится разгул опричнины. Получив донос, что Новгород Великий и Псков хотят перейти на сторону Литвы, царь с опричниками отправился в карательный поход, в ходе которого грабежам подверглись все города по пути следования. Новгород и близлежащие земли пострадали более всего: были убиты несколько тысяч человек, разграблены и сожжены дома, торговые склады, церкви и монастыри. Был ограблен даже Софийский собор. На захваченных ливонских землях царь был милосерднее, чем в новгородских землях, где казнили, сбрасывали в реку в проруби всех без разбору: стариков, женщин, детей, монахов… Новгородский погром 1570 года – самая черная страница правления Ивана IV. Летом того же года после возвращения царя из Новгорода Великого по его приказу в центре столицы самым жестоким образом были казнены государственные чиновники – более 100 человек, в том числе глава Посольского приказа Иван Висковатый. По свидетельству очевидцев, людей сажали на кол, резали живьем и варили в кипятке.

Поступки царя в эти годы заставляют невольно задумываться о его душевном состоянии, способности реально оценивать действительность. В 1575 году Иван IV неожиданно провозгласил новым русским царем касимовского царевича Симеона Бекбулатовича, а себя приказал считать удельным московским князем. К «чудачествам» царя прибавился двухлетний неурожай, после чего последовали голод и чума. Такой была атмосфера в столице и в стране в целом.

Царь предпринимает попытки получить мир на юге, чтобы воевать на западе. В 1570 году он отправляет в Константинополь посла Новосильцева, в 1571 году посла Кузминского, в грамотах обещает щедрые поминки, высказывает желание жить в братстве и любви, но условия, которые выдвигал султан, Москве принять было невозможно: султан требовал отдать Казань и Астрахань. И требования свои подтверждал силой. В мае 1571 года войска крымского хана напали на Москву, сожгли и разорили ее, уцелел только Кремль. По разным источникам, до 800 тысяч людей погибло и сгорело, а еще до 150 тысяч хан увел в плен. После такого разорения царь уже соглашался отдать Астрахань, но хан был непреклонен – и Казань тоже! На следующий год огромное татарское войско снова двинулось на Москву, но в этот раз князья Михаил Воротынский и Дмитрий Хворостинин сумели в нескольких сражениях при Молодях почти полностью перебить войско крымского хана и обратили его в бегство. Это был большой успех, который позволил не только обезопасить южные границы, сохранить контроль над Казанским и Астраханским ханствами, но и обеспечить в целом независимость Русского государства.

Победа при Молодях позволила Ивану IV сосредоточиться на продолжении Ливонской войны, он приступает к военным действиям против Швеции в северной части Эстонии. Война со Швецией началась с попытки нового союзника русского царя Магнуса взять крепость Ревель, важнейший порт на Балтике. Этот совместный поход русско-немецкого войска в августе 1570 года и почти восьмимесячная осада Ревеля оказались безрезультатными. Однако были и успехи. И через шесть лет кампании к концу 1576 года Москва завоевала всю Эстонию – кроме Ревеля.

Но удивительное дело – царь Иван IV, имея преимущество в войсках, добиваясь побед в отдельных сражениях, по-прежнему прибегает к странным способам закрепить свои достижения. Он пишет одно за другим ругательные письма шведскому королю, которые могли рассорить стороны еще больше, а не помирить, хотя именно этого хотел русский царь. Н. М. Карамзин приводит примеры таких поразительных посланий: «Скажи, чей сын твой отец? Как звали вашего деда? Пришли нам свою родословную; уличи нас в заблуждении: ибо мы доселе уверены, что вы крестьянского племени… Народ ваш искони служил моим предкам… Ты писал, что мы употребляем печать Римского царства: нет, собственную нашу, прародительскую. Впрочем, и римская не есть для нас чуждая: ибо мы происходим от Августа Кесаря»[91].

Казалось бы, после таких грозных слов последуют не менее воинственные дела. А царь как-то неожиданно спрашивает шведского короля: «Хочешь ли мира? Да явятся послы твои пред нами!»[92]

Но послы шведские к досаде Ивана IV не являлись, а завоевание всей Эстонии без Ревеля не могло считаться победой. Гордая и мощная крепость оставалась непокоренной. Она и стала главной целью похода 1577 года. Силы для взятия крепости были собраны немалые – под командованием воевод Шереметева и Мстиславского находилось 50 тысяч человек. Но количество войск не играло в этом сражении существенной роли, и после двух месяцев безуспешных попыток овладеть крепостью было принято решение снять осаду, русские войска вернулись в свои пределы. Так закончился третий этап Ливонской войны, который не только не добавил славы Ивану IV, но и стал предвестником его окончательного поражения и позора.

Ливонская война, которая задумывалась как поход на побережье Балтики с целью возвращения старинных русских земель и утверждения своего господства в этом регионе через торгово-экономические связи, постепенно и незаметно скатывалась к необходимости и невозможности удержания уже имевшихся территорий, а не прибавлению новых. В этом состояла особенность четвертого этапа войны (1577–1583), в котором вновь поменялись и противник, и театр военных действий.