Но беда не приходит одна. На следующий день после захвата японцами Цзиньчжоуского перешейка, 14 мая 1904 года, начальник Квантунского укрепрайона генерал-лейтенант А. М. Стессель без боя сдал порт Дальний. Это являлось откровенным предательством генерала, так при отступлении гарнизон не уничтожил портовые сооружения, не было вывезено военное снаряжение. Трудно представить, но это факт: японцы получили сотню складов, электростанцию, паровозы, вагоны и железнодорожные мастерские, 50 грузовых судов и большие запасы угля. Фактически Стессель подарил японцам огромное богатство, имевшее неоценимое значение для ведения боевых действий. Еще более удивительным стало то, что генерал сохранил должность начальника Квантунского укрепрайона, позднее это приведет к еще большей трагедии русской армии и очередному предательству Стесселя, в обязанности которого входило общее руководство обороной порта-крепости Порт-Артур.

Что происходило в это время в Порт-Артуре? Сначала о флоте. Адмирал Алексеев, опасаясь за судьбу эскадры, приказал ее командующему контр-адмиралу В. К. Витгефту пробиваться во Владивосток. Все, что осталось в Тихоокеанской эскадре, – восемь броненосцев, шесть крейсеров и шесть миноносцев – 10 июня вышли в море, где их дожидалась эскадра командующего Объединенным флотом Японии адмирала Того Хэйхатиро. Вступать в бой с превосходящими силами противника Витгефт посчитал неразумным и вернулся в порт. На военном совете эскадры было решено остаться в порту и помочь артиллерией кораблей гарнизону крепости. Но через полтора месяца Витгефт получает второй приказ адмирала Алексеева: идти во Владивосток. Приказ был исполнен, вице-адмирал Витгефт отправил адмиралу Алексееву последнюю в своей жизни телеграмму: «Согласно повелению… выхожу с эскадрой прорываться во Владивосток. Лично я и собрание флагманов и командиров… были против выхода, не ожидая успеха прорыва и ускоряя сдачу Артура»[532].

Настроение у всех было мрачное, командующий погиб в самом начале боя, эскадра, лишившись командира и управления, уже не могла вести бой, разделилась, корабли ушли, кто куда смог: 10 из них вернулись в порт, другие были повреждены и ушли в нейтральные порты. С этого времени японский флот безраздельно господствовал на море.

Гарнизоном крепости Порт-Артур, который насчитывал более 50 тысяч человек, фактически руководил генерал-майор Роман Кондратенко, хотя общее руководство осуществлял генерал-лейтенант Стессель. Крепость усилиями Кондратенко была достаточно хорошо подготовлена к обороне, имела значительное превосходство в орудиях в сравнении с японцами. Правда, у японцев было больше солдат и пулеметов. Видимо, учитывая это превосходство в силах и опираясь на предыдущие победы, генерал Ноги Марэсукэ отправил в Порт-Артур предложение сдать крепость на почетных условиях, но получил ответ, достойный цитирования не только в военных вузах, но и в школах: «Предложение сдать крепость, как несовместимое с честью и достоинством русской армии и неоправдываемое настоящим положением крепости, не может быть предметом обсуждения»[533].

Первый штурм Порт-Артура начался рано утром 6 августа 1904 года и продолжался неделю. Все атаки японцев были отбиты. Мужественно сражались пехотинцы, моряки-артиллеристы мощными корабельными орудиями поддерживали защитников крепости, уничтожая артиллерийские позиции японцев. Через месяц, 6 сентября, начался второй штурм, который длился четыре дня. Противник, восполнивший солдатские потери и имевший троекратное преимущество в живой силе, продвинулся вперед, захватил Кумирненский и Водопроводный редуты и гору Длинную, но главной цели штурма – овладения горой Высокой – не смог достичь. Третий штурм начался в середине сентября и длился месяц. Нет числа штурмам, атакам противника и контратакам русских, рушились бетонные своды фортов, стены крепости, но солдаты стояли насмерть. Корабельные орудия перетащили в крепость и их огнем уничтожали противника.

Четвертый штурм начался 13 ноября. Главнокомандующий японскими войсками в Маньчжурии маршал Ояма Ивао получил к этому времени сообщение, что русская 2-я Тихоокеанская эскадра, шедшая на помощь Порт-Артуру, уже достигла вод Индийского океана, и потому категорично требовал захвата порта и уничтожения кораблей, находившихся в гавани. Главной помехой для японцев являлась гора Высокая, удерживаемая русскими. Ее захват давал противнику главенствующую высоту для обстрелов порта и гавани. Против нее и бросили основные силы. «По Высокой били практически все орудия японцев, которые в состоянии были сделать это. 14–16 (27–29) ноября 1904 г. обстрел был исключительно интенсивным – японцы ежедневно выпускали по 800–1000 таких снарядов, которые полностью разрушили укрепления в скалах, откалывая глыбы гранита “величиной в половину крестьянской избы”. 11-дюймовые бомбы пробивали скальное перекрытие в 3,5 метра. Дополнительным поражающим эффектом стали каменные осколки. Под огнем противника гора превратилась в нечто подобное вулкану при извержении»[534].

Ценой потерь 12 тысяч солдат и офицеров противник 22 ноября овладел горой Высокой. С этой даты начинается отсчет нового этапа героической и трагической обороны крепости. Началась агония Порт-Артура. Японская артиллерия, благодаря корректировке огня с горы Высокой, прицельно била по русским кораблям. За три-четыре дня остатки кораблей эскадры были потоплены. Единственный уцелевший эскадренный броненосец «Севастополь», которым командовал капитан 2-го ранга Николай Оттович фон Эссен, предпринял дерзкую и изначально обреченную на неудачу попытку прорваться из кольца японской морской блокады Порт-Артура. Экипаж в течение недели отважно сражался против многократно превосходивших японских кораблей, которые выпустили по нему более 40 торпед, сумел потопить 2 миноносца, более 10 повредил. Только после попадания в броненосец 2 торпед, когда стало очевидным, что прорыв невозможен, «Севастополь» был затоплен экипажем. На этом кончилась история 1-й Тихоокеанской эскадры русского флота.

Тягость впечатления от уничтожения эскадры дополнилась еще одной трагедией защитников крепости. 2 декабря 1904 года от артиллерийского обстрела погиб командовавший обороной крепости и душа гарнизона Роман Исидорович Кондратенко, а вместе с ним и штаб форта № 2, где генерал проводил совещание: из 17 офицеров 10 были убиты, 7 ранены. Несмотря на потери, Военный совет гарнизона, который собрал генерал Стессель, проголосовал за продолжение обороны крепости. Но Стессель проигнорировал мнение большинства членов Военного совета и 19 декабря отправил к генералу Ноги парламентера с предложением об условиях сдачи крепости, чем удивил и порадовал японского генерала. Тот был уверен, что крепость продержится еще минимум полтора месяца – это соответствовало возможностям гарнизона, располагавшего и личным составом, и боеприпасами, и запасами продовольствия для обороны. К концу следующего дня был подписан акт о капитуляции Порт-Артура, который сражался 328 дней. Японцы получили крепость, в которой были исправными более 600 орудий и имелось более 200 тысяч снарядов к ним, свыше 32 тысяч винтовок и 2,5 миллиона патронов, около 2 тысяч лошадей, 80 тысяч тонн угля.

Император Николай II, получив от Стесселя телеграмму о капитуляции главной военно-морской базы России на Дальнем Востоке, отправил в ответ свою телеграмму, в которой были слова: ”благодарю Вас и храбрый гарнизон за блестящую борьбу”. Борьба моряков и сухопутного гарнизона действительно была блестящей – японцы потеряли здесь 110 тысяч человек убитыми и ранеными, 15 вражеских кораблей были потоплены и еще несколько выведены из строя. Русские потери составили 27 тысяч человек. Но русское общество, признавая мужество и героизм защитников Порт-Артура, считало генерала Стесселя изменником. Возмущение его предательским решением было так велико, что военный суд в 1908 году приговорил генерала к смертной казни, которую позже заменили на 10 лет тюрьмы, а в 1909 году Николай II помиловал предателя.

Сдача Порт-Артура стала переломным моментом во всей русско-японской войне. И не только. Поскольку царское правительство видело в войне с Японией возможность предотвратить революцию и не дать поколебать власть, то уместным будет привести слова из солидной европейской буржуазной газеты, которые цитирует главный революционер России В. И. Ленин, открывая ими свою статью «Падение Порт-Артура»: «Порт-Артур капитулировал. Это событие – одно из величайших событий современной истории. Эти три слова, переданные вчера по телеграфу во все концы цивилизованного мира, производят подавляющее впечатление, впечатление громадной и страшной катастрофы, несчастья, которое трудно передать словами. Рушится моральная сила могучей империи… выносится приговор целой политической системе…»[535]

После цитирования европейской газеты В. И. Ленин делает свой прозорливый вывод: «Капитуляция Порт-Артура есть пролог капитуляции царизма. Война далеко еще не кончена, но всякий шаг в ее продолжении расширяет необъятно брожение и возмущение в русском народе…»[536] Выводы В. И. Ленина подтвердятся буквально менее чем через месяц, когда 9 января 1905 года в Петербурге состоится расстрел царской властью мирной демонстрации. А пока, помимо негативного морального воздействия от потери Порт-Артура на общество и воюющую армию, было и вполне реальное материальное последствие разгрома гарнизона порта: почти 100-тысячная японская армия, участвовавшая во взятии крепости, была передислоцирована в Маньчжурию, где сосредоточились основные русские силы под командованием генерала Куропаткина. Рассмотрим, как обстояли дела на этом участке военных действий.