Колтон

То, что Колтон куда-то выбирается на выходных, не иначе чем нонсенс. Но ситуация складывается так, что отказаться от поступившего предложения не получается: говорить «нет» беременной женщине приравнивается к восьмому смертному греху. И сам Колтон уже успел соскучиться по Лоуэллам за то время, пока он с ними не виделся. Последний раз они встречались, наверное, несколько месяцев назад, когда у обеих сторон выдалась такая возможность: у Колтона не было аврала на работе, а Лоуэллы только вернулись из своего очередного путешествия.

Живот у Лиз уже приличных размеров, и когда по привычке Колтон пытается её крепко-крепко обнять, то встречается с предсказуемым препятствием.

– Как быстро летит время! – Колтон отстраняется, боясь ей навредить.

– Я не хрустальная! Не бойся, – смеётся Лиз и кладёт руку на живот, – мы вместе сплавлялись по реке, а там было бурное течение.

– Как ты вообще это допустил? – Колтон адресует вопрос стоящему рядом Аарону.

– У меня не было выбора, дружище.

Колтон вспоминает, как нелепо они все познакомились: их втроём оставили после семинара по до сих пор не пригодившейся в жизни философии и отчитывали за то, что их рефераты списаны с одного и того же источника слово в слово. Отработок им дали столько, что трём студентам ничего не оставалось, кроме как пойти в самый дешёвый бар и на свободные деньги взять как можно больше алкоголя.

Сейчас, конечно, они уже в других статусах: Колтон руководит своим делом, у Аарона престижная должность в консалтинговой компании, а Лиз занимается всем, к чему лежит её душа. Обычно её деятельность меняется раз в полгода, но в последнее время, как Колтон успел заметить, Лиз всё-таки остановилась на коучинге.

– Ну давай, делись, – говорит Аарон, когда официант, утвердив их заказ, уходит, – что у тебя интересного в жизни? По-прежнему работаешь или работаешь вдвойне?

– Тебя послушать, так я давно должен был стать миллионером, – парирует Колтон. – Пока что миллионов у меня нет, но я прилагаю все усилия по взращиванию собственной монополии.

После сказанного он садится свободнее и расслабляется. По-настоящему расслабляется: не отшучивается, не делает перерыв в работе, а посвящает вечер приятному времяпрепровождению вместе с близкими людьми, где необязательно выстраивать стену между собой и своим рабочим амплуа.

– Кстати, я отдала нашим проводникам в знак благодарности оставшиеся в коробке батончики, – подаёт голос Лиз. – Организуешь мне небольшую дружескую помощь? А то в последнее время бывают моменты, когда ничего другого мне не хочется, – интересуется она и невинно улыбается, будто её хитрый план не был понятен с первого слова.

– Только батончики?

Да, здесь обязательно нужно это уточнить, потому что Лиз любит начинать издалека. Вероятнее всего, ей нужна половина склада и чуть-чуть больше.

– И коктейли. Я смешиваю с мороженым и поливаю сверху сиропом.

– Протеиновый коктейль? Сиропом? – брови Колтона стремительно ползут вверх от услышанного.

– И ещё взбитыми сливками. Я предпочитаю сочетать приятное с полезным.

– Ладно. Хорошо, и коктейли.

– А вообще, – глаза Лиз горят энтузиазмом, – пустите в производство низкокалорийные сиропы. Тогда полезного в моём приятном будет ещё больше.

– Лиз, милая, такое уже есть. Но не у нас в линейке.

– Ну, кстати, это не аргумент, – в разговор подключается Аарон, – можно сделать круче, лучше, вкуснее. И постоянные покупатели будут охотнее выбирать уже знакомый им бренд, чем какой-то неизвестный с полки здорового питания в супермаркете.

– Я подумаю над этим.

Хорошо, что на стол подают блюда, иначе эта парочка от Колтона бы не отстала. Но предложенная ими идея стоит того, чтобы её хотя бы рассмотреть. Уже, само собой, в новом году. До конца же текущего работы столько, что о новых продуктах (кроме запланированных) или даже размышлениях о них речь не идёт.

Когда с обменом новостями покончено, разговор приобретает более личную и интимную тональность. Аарон сетует на кредитные ставки, сложности в работе и начальника-кретина, который слишком отстал от последних веяний или тенденций. Вопрос жилья Лоуэллов, как успевает выяснить Колтон, тоже волнует, и это понятно: у них будет пополнение, идея продолжать жить в квартире обоих не прельщает, а брать ипотеку на дом слишком боязно даже с учётом их хорошего среднегодового дохода.

Колтон мастерски увиливает от вопросов про личную жизнь. С их последней встречи ничего не изменилось: у него с женщинами всё еще перекати-поле и разгуливающие неподалёку верблюды. Колтона эта ситуация не напрягает, тем более что времени задумываться об отношениях нет. Об Айле коллективным собранием тараканов в голове решено было не упоминать. Да и как Колтон бы это пояснил? Вот, так и так, есть одна особа, которая то ли раздражает, то ли пленяет, а ещё она на меня работает? Тогда Аарон вызвал бы бригаду санитаров прямо в ресторан по причине сумасшествия Колтона, настолько это не вязалось бы с Келли в представлении его друзей.

– О, какое красивое у девушки платье! – Лиз даже приподнимается со своего места, чтобы разглядеть незнакомку получше. – Как рожу, сразу же куплю и надену такое же.

Колтону становится любопытно, что же там за платье. Он видит девушку лишь со спины, но её короткое красное мини из какой-то блестящей ткани действительно выглядит потрясающе. Отсюда не видно, но на ногах у неё, кажется, чёрные колготки с какими-то стразами, потому что что-то точно отражает свет в некоторых местах. Девушка не одна – со спутником, и они садятся ближе к середине зала.

Но когда удаётся разглядеть профиль незнакомки, Колтон не понимает, как смог не узнать её до этого. На эти ноги он смотрел уже не раз. И эти волосы видел как распущенными, так и собранными. Какова была вероятность встретить Айлу этим вечером в ресторане? И почему удача – или же неудача – сегодня на стороне Колтона?

Чем дольше он на неё смотрит, тем больше убеждается, что это свидание. У Айлы. С другим мужчиной. Невольно Колтон оценивающе смотрит на парня, который сидит напротив Айлы. Вроде как тот одет относительно неплохо, но выглядит так, будто ему по статусу больше закусочная при заправке, чем ресторан: он разваливается на стуле, широко расставляет ноги, будто бы он здесь хозяин, и всё время прокручивает часы на запястье. Безвкусные, кстати, потому что выполнены они в цвете жёлтого золота.

И он совершенно точно не подходит Айле.

– Дружище, кажется, дама не одна, – одёргивает его Аарон, – а ты подозрительно долго на неё смотришь.

– Мы просто знакомы.

Лучше уж сказать правду, пусть и очень ограниченную, чем выдумывать что-то и этим же себя подставлять.

– Да? Встречались? – в разговор втягивается Лиз.

– Работаем вместе.

– И всё?

– Да.

И снова правда: они всего лишь работают вместе. И у Колтона нет никакого права буравить Айлу взглядом и уж тем более оценивать её спутника. Но после того, как Колтон узнаёт её в девушке за столиком неподалёку, вернуться к прежнему настроению не получается. Теперь он всё время оборачивается, проверяя, сидит ли ещё этот малец (он явно младше самого Колтона) на своём месте и тратит время Айлы.

И этого точно не надо было делать: в один из таких разов их с Айлой взгляды пересекаются.

Айла

Собственную красоту Айла никогда не отрицала, поэтому не собирается этим заниматься и сейчас, чувствуя, как на неё обращено множество взглядов. Это нормально и нисколько не смущает. Она и сама порой обращает внимание на девушек в людных местах и предпочитает делать им комплименты в знак женской солидарности. Но сейчас она уверена, что ей в спину уж слишком настойчиво смотрят. Ощущается это даже на физическом уровне, причём так, что ей становится уж очень сложно продолжать следовать за Стивеном к забронированному столику.

По-хорошему, Айлы здесь быть вообще не должно. Изначально собственную идею зависнуть на пару вечеров в приложении для знакомств она воспринимала как попытку отвлечься, но, видимо, если Дэвидсон уже сидит здесь в не самой приятной компании, то остановиться вовремя не получилось. Нет, Стивен не подпадает под классическое определение «не самой приятной компании»: он в общем-то абсолютно нормальный, просто Айле общение с ним не нужно. Наверное, ужасно некрасиво так поступать и идти на свидание только с целью отвлечься. В свою очередь Айла обещает себе по-честному оплатить свою часть счёта, чтобы в дальнейшем не страдать от чувства вины за потраченные на неё деньги из кошелька другого человека.

Когда они наконец усаживаются за столик, Айла на всякий случай ставит таймер на телефоне. Максимум, который она продержится, если всё пойдет уж совсем не очень, – полтора часа. Приличное время, и притом его не слишком мало. Уйти через сорок минут было бы точно не особо красиво. Тем более полутора часов точно хватит, чтобы понять Стивена. Может, он ещё сможет Айлу приятно удивить.

Но пока что Айла чувствует, что Стивен в ней видит то ли соперницу, то ли мишень для самоутверждения. Из раза в раз он упоминает о том, как не понимает специалистов её профиля, ведь они то ли маркетологи, то ли фотографы, но на самом деле не разбираются ни в том, ни в другом. Сам Стивен фотографирует профессионально, но занимается коммерческой съёмкой, что с профессиональной сферой Айлы никак не пересекается. Конечно, бренду одежды нужны фотографии для каталогов, но показать, как платье, например, смотрится при обычном освещении на теле среднестатистической женщины – совсем другой разговор.

– А чем ты ещё увлекаешься? – спрашивает Стивен, вальяжно рассевшись в кресле.

Айла, до того момента скучающе крутящая бокал с вином, некоторое время думает над ответом, будто позабыв о собственных увлечениях:

– Астрономией. На любительском уровне.

И это правда: у неё в квартире даже есть два телескопа – поменьше, которым можно пользоваться из квартиры, и побольше, которым лучше всего пользоваться на улице, чтобы увидеть более дальние объекты.

– И чем пульсар от квазара отличается, мм? – Стивен что, до сих пор жуёт свою жвачку?

Нет, это точно ничем хорошим не закончится. По переписке казалось, что он ведёт себя иначе. Айла была уверена, что они смогут обсудить какие-то любимые моменты в работе, потому что их профессии смежные, или придумать идеи съёмок для какого-то гипотетического бренда. В общем, вариантов того, чем они могут заняться и что у них получится обсудить на первом свидании, была масса, только вот итог отчего-то выходит совсем неудовлетворительным.

– У меня нет учёной степени в этой науке, чтобы объяснить тебе это.

– А говоришь, что увлекаешься.

Нет, высидеть даже полтора часа со Стивеном у Айлы не получится. Столько пренебрежения к себе от другого человека она давно не испытывала.

– А ты? Сможешь объяснить, что есть что?

Если Стивен позволяет себе не держать язык за зубами, то почему Айла должна контролировать свою речь?

– Нет, мне это неинтересно. Я предпочитаю жить в нашем мире и заниматься по-настоящему полезными вещами. Деньги зарабатывать, например.

Понятно. Значит, даже этот вопрос задавался с целью принизить Айлу. Может, она всё воспринимает слишком остро, но в её картине мира мужчины не позволяют себе так общаться с девушками, тем более на первом свидании. И аромат, витающий в воздухе, ситуацию лучше не делает: духи Стивена могут быть бесконечно дорогими, но пахнут они просто ужасно – кофейные ноты слишком удушливые, а какая-то непонятная сладость делает только хуже. Вздыхая, Айла отворачивается, делая вид, что что-то увлечённо рассматривает.

А заглядываться есть на что: на Колтона, сидящего за столом у стены и пристально на неё смотрящего.

Айле хочется рассмеяться от комичности сложившейся ситуации. Даже непонятно, что хуже: Стивен, разглагольствующий о том, как сильно он не одобряет увлечений большинства людей, или Колтон, наверняка уверенный в том, что это недоразумение, сидящее с Айлой за одним столом, её молодой человек.

– Поэтому я и не понимаю, почему люди предпочитают заниматься какими-то глупыми вещами, а не развиваться в своей области в свободное время, – подытоживает Стивен и явно ждёт реакции Айлы.

Чтобы ответить на это, Айле даже не нужно было слышать всё то, о чём Стивен говорил до этого.

– И ты каждый субботний вечер посвящаешь профессиональному обучению?

– О, нет, конечно. По субботам мы обычно собираемся с друзьями, смотрим бейсбольные матчи и пьём пиво. Кстати, если у нас с тобой всё сегодня сложится, – Стивен расплывается в улыбке, и Айла без уточнений понимает, что именно он имеет в виду, – можешь присоединиться к нам на следующей неделе. Моя любимая команда будет играть за выход в плей-офф.

Боже, это просто отвратительно. То есть человек, распинавшийся о том, как важно уделять каждую минуту своего времени улучшению профессиональных навыков, из увлечений имеет только пиво по субботам?

Нет, выносить это Айла больше не может. Пусть идея, возникшая в голове, кажется глупой, но всё же попытка не пытка. Даже если Колтон не поймёт намёк, то Айла хотя бы передохнёт от нравоучений Стивена про то, как неправильно она живёт, если не может объяснить отличие пульсара от квазара.

Айла смотрит в сторону в надежде поймать взгляд Колтона, и удача оказывается на её стороне. Теперь остаётся только верить в то, что он, чёрт, поймёт её. О том, что Айла будет делать, если Колтон действительно за ней последует, мыслей пока нет, но импровизация никогда ещё не подводила.

– Извини, я отойду ненадолго, хорошо? – говорит Айла, прежде чем подхватить клатч и подняться со своего места.

– А, попудрить носик? А ты знаешь, откуда пошло это выражение и что под ним изначально подразумевалось?

– Потом расскажешь, – Айла натянуто улыбается, будто ей действительно это интересно.

И да, она уже знает историю, которую Стивен собирается ей поведать. Айла идёт в сторону уборных, зная, что в этом ресторане есть также зона, где можно просто отдохнуть от музыки и окружающих людей, и она как раз прямо перед туалетными кабинками.

В огромном зеркале, расположенном в фойе ресторана, Айла не упускает возможности сделать пару снимков. Как бы вечер ни был омрачен поведением Стивена, выглядит она и впрямь шикарно. И никакой придурок, сетующий на то, что цвет года сейчас даже не в гамме красных оттенков, её мнение не поменяет. Дальше уже Айла идёт к той самой зоне отдыха. И даже тут есть зеркало, расположенное над рядом раковин. И освещение здесь другое, поэтому рука сама тянется к телефону, открывая камеру.

– Выглядишь потрясающе. – О, этот голос Айла знает.

Теперь, когда их разделяет несколько шагов, получается рассмотреть Колтона лучше. Он впервые не в рубашке и брюках – даже пиджака на нём не наблюдается: прямые чёрные джинсы, пуловер в тон и грубые ботинки на шнуровке. Таким он Айле нравится определённо больше, пусть и на его мышцы теперь залипнуть не получится. Но его изменившийся стиль в одежде не идёт ни в какое сравнение с тем, как уложены волосы – точнее, не уложены. Наверняка Колтон с его старомодностью предпочитает оставлять их короткими. Но вариант, который есть сейчас, Айле нравится куда больше. Если в те дни, когда она пересекалась с ним в офисе, Колтон укладывал их так, что отросшая длина была не особо заметна, то сейчас перед ней предстаёт совершенно другой человек.

– Спасибо, – Айла улыбается и достаёт из клатча помаду.

Всё что угодно, лишь бы не смотреть на него.

– А кавалер портит всю картину.

От неожиданности Айла дёргается и выходит за контур губ. Нет, секунду, ей точно не показалось? Только что Колтон без всяких вежливостей и приличий, за которые так ратует, сказал ей, что думает о Стивене? То есть Колтон, даже не зная статус отношений Айлы, позволил себе так выражаться? Пусть у Айлы мнение касательно Стивена идентичное, но ей определённо не нравится услышанное.

– Имеете что-то против, мистер Келли?

Боковым зрением Айла, занятая тем, чтобы исправить ситуацию с неровным контуром, видит, как Колтон приближается шаг за шагом, пока не оказывается прямо за её спиной. Ещё и надушился он так, что Айла ощущает себя окутанной его ароматом. Чёртов Колтон Келли, он точно её ни до чего хорошего не доведёт.

– Его золотые часы – полная безвкусица. И сидит он так, словно владеет этим местом. А я точно знаю, что он к ресторану никакого отношения не имеет.

То, что никто в эту зону не заходит, кажется насмешкой судьбы. Они наедине, и даже музыку из зала практически не слышно. Есть только голос Колтона, раздающийся из-за спины, и его лицо, видимое в отражении зеркала. Недовольное, кстати.

– Не слышу в этом ответа на свой вопрос.

Надо держать марку, делать вид, будто присутствие Колтона как в ресторане, так и за собственной спиной не представляет ни малейшей помехи. «Мне всё равно», – как мантру повторяет себе Айла.

– Он тебе не подходит.

– Мне кажется, мистер Келли, вы лезете туда, где ваше мнение не учитывается. Представляете, – Айла усмехается и убирает помаду в клатч, – такие ситуации существуют.

– Это не мнение, а констатация факта.

Жаль, что других косметических штук у Айлы с собой нет. Так хотя бы была возможность занять себя чем-то, а не смотреть на Колтона через зеркало. Перед ней будто совсем другой мужчина. Не в плане внешности, а именно поведения: он более открытый, в какие-то моменты дерзкий, с той же присущей ему властностью, но совсем в другом проявлении.

– И вы, мистер Келли, не задумываетесь, кем этот человек мне приходится, констатируя такие факты?

«Держать лицо», – только и убеждает себя Айла. Колтон же только и делает, что провоцирует её, но так умело, что хочется накричать на него и врезать, чтобы слова точно дошли туда, куда надо. Айлу раздражает его прямолинейность, но в то же время его интерес, который он проявляет таким образом, интригует. И совсем чуть-чуть нравится.

– На брата похож не особо, – Колтон пожимает плечами, поднимает руку и загибает первый палец.

Ладно, это смешно, из-за чего Айла едва сдерживается от смеха.

– Да, мимо.

– Вместе с тем я не думаю, что один из твоих заказчиков позволял бы себе такое поведение, – теперь уже Колтон загибает второй палец.

– Предположим.

– Я мог бы предположить, что это, например, парень твоей подруги, и вы обсуждаете детали того, как он будет делать ей предложение, но сложившаяся ситуация на это не особо похожа, если честно, – третий палец Колтона оказывается загнутым.

– Да, это явно не про него.

Колтон едва заметно кивнул и, опустив подбородок на грудь, продолжил:

– Друг? Вряд ли. Думаю, твоё чувство стиля не позволило бы общаться с обладателем таких вычурных часов.

У Колтона остаётся всего один незагнутый палец – и Келли даже не дожидается подтверждения Айлы, как и все разы до этого.

– Четыре наиболее предсказуемых варианта я отмёл – получается, остаётся только один, но озвучивать его я не хочу.

– И почему же? – уточняет Айла, не понимая, к чему он клонит.

– Не хочу тебя им оскорблять. Буду надеяться, что это нелепая случайность.

Кто просит его так выражаться? Почему каждое слово, произносимое Колтоном, одновременно и злит, и, к собственному стыду, возбуждает?

Его руки оказываются прижатыми к столешнице по обе стороны от Айлы, запирая её в своеобразную клетку и не оставляя возможности для побега.

– Так я прав? – Колтон подаётся вперед, и теперь расстояние между ними становится минимальным.

– У девушки всегда должны быть секреты, разве нет?

Айла пересекается с Колтоном взглядами в зеркальном отражении. Все следующие действия Колтона Айле кажутся замедленными, хотя они точно происходят намного быстрее: вот она видит, как он становится ещё ближе, окончательно сокращая расстояние между ними, прижимается губами к её оголённому плечу, чтобы секунды спустя проследовать выше, прямо к шее. Айла ощущает его горячие губы в местах, где кожа наиболее нежная и чувствительная, и сама не замечает, как склоняет шею к другому плечу, давая Колтону больше пространства для манёвра.

Хочется зажмуриться, чтобы не встречаться с Колтоном взглядами. Он точно знает, что делает и с кем – в этом сомнений никаких. И Колтон наслаждается происходящим – это заметно по его блестящим глазам. Но если Айла не будет смотреть в зеркало, то окончательно потеряет связь с реальностью. Пока она наблюдает за происходящим, у неё получается не забывать, что с ней сейчас происходит и с кем она сейчас.

Колтон сам поворачивает её голову и, не мешкая, целует уже по-настоящему. И Айла сдаётся, позволяя себе отдаться моменту и отпустить все мысли, поэтому она уже сама полностью разворачивается к Колтону.

Айлу целовали много раз и по-всякому, но чтобы так, что не получается даже задумываться о чём-либо, – впервые. Чужие руки требовательно сжимают талию, притягивая вплотную. Айле настолько хорошо, что она позволяет себе тихо стонать в моменты, когда ей становится особенно приятно. Губами она чувствует, как Колтон ухмыляется, довольный полученной реакцией.

Есть слишком много мест, куда Айла могла бы положить свои руки, начиная от твёрдой мужской спины и заканчивая мышцами пресса Колтона. Вспоминается кусочек татуировки, увиденной на днях, и Айла даже жалеет, что поцелуй настолько хорош: оторваться от него ради удовлетворения недавнего любопытства кажется преступлением против собственного возбуждения.

Совсем некстати звенит таймер, поставленный на полтора часа, и Айла по привычке сразу же тянется к телефону, чтобы выключить неприятный звук. Вся таинственная и возбуждающая дымка, которая окутала её, будто испаряется, и сразу же приходит понимание того, что они натворили. Точнее, натворил-то Колтон, а Айла позволила. Но она, справедливости ради, могла бы не поддаваться его обаянию.

– Мне пора, – Айла хватает клатч и стремится как можно быстрее оказаться где-нибудь, лишь бы не рядом с Колтоном.

Она не слышит, что тот говорит в ответ, потому что сбегает. Снова.