Глава стаба стоял у окна. Он задумчиво смотрел, как из дверей центрального офиса стаба вышел высокий крепкий мужчина и пошел прочь по небольшой площади. Дедом его назвать было трудно: высокий, широкоплечий, с буграми мощных мышц, он больше походил на кваза с человеческим лицом.

«Может, еще станет квазом», – подумал глава стаба.

Его мысли прервало появление хорошенькой секретарши.

– Босс, – произнесла она с придыханием, – к вам Берия.

– Пусть заходит, – произнес глава и сел на свое место.

Вошел невысокий лысоватый мужчина кавказской внешности в хорошем деловом костюме, радостно ощерился в широкой улыбке.

– Звал, босс? Только давай быстрее, у меня дела.

– Садись, Берия, – указал глазами на стул глава стаба. – Знаю я твои дела. Грабишь и воруешь людей в стабе. Совсем оборзел.

– Босс, что ты говоришь, не было такого…

– А что, Горилла действовал по своей воле и хотел отобрать груз у Маугли для себя?

– Ну… – замялся Берия.

– Что «ну»? Если он самовольничал, я его расстреляю как мародера. Я тебя предупреждал, чтобы твои люди не творили произвол в стабе?

– Э-э-э, босс, к чему все это? Отобрать товар у лоха – это святое. Я для стаба старался.

– Как же, для стаба, – невесело усмехнулся глава. – Ты знаешь, что с нами не хотят торговать? Говорят, опасно посещать стаб «Железный лес», там Берия всем заправляет, грабит, отнимает, заставляет продавать все по дешевке.

– Наговоры, босс, не было такого, – вполне искренне возмутился Берия.

– А я говорю, что есть такое, – сурово проговорил глава. – Теперь еще скандал с похищением девочки.

– Я тут ни при чем…

– А Конь в пальто говорил, что ты дал такое указание.

– Какой конь в пальто? – изумленно переспросил Берия.

– Гвоздь. Тот, что наехал на Маугли и вызвал патруль. Он назвал себя конем в пальто, теперь это погоняло за ним. Он подговорил патруль заранее ждать его крика. И они послушались. Вот тут у меня, – он показал на пачку листов, – расследование твоих дел, Берия. За один день – грабеж, незаконное помещение человека под стражу, попытка похищения девочки, стрельба в гостинице, заложники и угрозы хозяину гостиницы… Это тянет на расстрел.

– Босс, ты чего? Мы бы замяли это дело, как всегда. Если этим шакалам дать свободу, они никого бояться не будут. Это плохо кончится. Я стараюсь для тебя и стаба…

– Ага, поэтому ты подменяешь меня и, прикрываясь мной, творишь беспредел? – сухо рассмеялся глава. В его смехе чувствовался сарказм.

– Босс, я не подменял тебя, – побледнел Берия. – Давай отпустим моих людей, и я их отошлю из стаба подальше, а потом все уляжется…

– Нет, Берия, ты вконец обнаглел. Люди думают, что это ты управляешь стабом, а я – ширма…

– Босс, я делаю все для тебя. Золото, оружие от муров – это для стаба…

– А мне не нужно золото и оружие муров, у нас есть свое. То, что ты наладил с ними сотрудничество, это твое личное дело. Я к нему отношения не имею. А лох, которого ты хотел ограбить, – связной стронгов из группы Волка. Ты хочешь, чтобы они начали на нас охоту? Они не прощают обид. В общем, слушай меня и запоминай: тех, кто напал на девочку, завтра расстреляют на площади. Всем будет донесено, что ты не имеешь власти в стабе, ты никто, простой снабженец и не мой зам. Просто возглавляешь службу снабжения. Твои люди – просто грузчики, их будут охранять на въездах дружинники. Все свои темные делишки делаешь за пределами стаба. Если на тебя пожалуются, что ты кого-то притесняешь или это делают твои люди, я тебя расстреляю без суда и следствия. Хватит творить беспредел, ты мне надоел. Понял меня?

– Понял, – тихо ответил Берия. – Значит, все дела с мурами закрываем?

– Как хочешь, меня в это не втягивай. Попадешься – вини себя. Иди.

Берия встал, поджав губы, посмотрел на главу стаба, покачал головой и медленно вышел.

«Торгаш остается торгашом, – подумал глава стаба. – Куда бы он ни попал. Родную мать продаст. А кто я?.. А я хозяин», – ответил он на свой вопрос. И Берия стал мешать. Много власти взял, пора с этим заканчивать.

Двумя часами ранее

– Что удалось узнать в ходе расследования? – спросил Смелый.

В кабинете главы стаба было еще два человека: Шериф и командир дружины, он же зам по бою, Поручик.

– В стаб прибыл некто Маугли. Бродяга, как он себя называет, – начал доклад зам по безопасности. – На самом деле он связной стронгов и выполняет их особые поручения: разведка, ликвидация важных муров. Это он ликвидировал вместе с Валерьянкой группу Абрека. Обитает в районе спортивного центра и плотины, где точно – неизвестно, скорее всего постоянного места нет. С ним прибыла девочка, найденыш. Он говорит, ей двенадцать лет, но выглядит на все пятнадцать, такая же крепкая, как Маугли. Ну, это понятно, он обучил Валерьянку и накачал ей мышцы. Девочка сильная и неимоверно быстрая, легко справилась с двумя налетчиками Берии. Двух расстреляла. Одного в ногу, второго в грудь. Действовала решительно и быстро, обозначила себя как жертву и подняла шум. Ее заказал Берия, любитель малолеток. Он же хотел ограбить Маугли, отобрав у него груз оружия.

– Известно, откуда прибыл груз? – прервал его глава стаба.

– Предположительно из города Энергетиков, который «окучивают» муры возле плотины, но это неточно. Он еще ходил к инженерному складу, но сказал, что не попал в него, вроде там был элитник, что растерзал муров. Проверить это невозможно.

– В городке Энергетиков была встреча Института и англичан, как я знаю, – проговорил с задумчивым видом Смелый. – Слухи пошли, что там порезвился элитник. Убил всех на этой встрече, и там пропал очень ценный груз. Но вот что интересно. Ничего из того, что было у спецов Института, не тронуто, ни оружие, ни снаряжение. А вот тела сасовцев пропали. Остался выпотрошенный элитник. Маугли может иметь к этому отношение?

– Судя по маршруту, он ехал по дороге, ведущей от городка Энергетиков. На подходе к мосту и проезд по нему наши патрули не видели, – ответил Шериф. – Значит, он не появлялся на территории, контролируемой арийцами. Так что вполне возможно, что он имеет к этому какое-то отношение…

– Но у него не было с собой снаряжения сасовцев. Груз принял я, – тут же ответил Поручик.

– Это ни о чем не говорит, – подумав, произнес глава стаба. – Надо за ним организовать наблюдение, груз Института чертовски привлекательный для любого. За него институтские могут дать много, очень много… Что у него за оружие?

Поручик положил страницу доклада перед главой стаба.

– Это оружие военных, АКМ 7.62, мины, гранаты, патроны, пистолет Макарова, маскировочные сетки и, – Поручик сделал паузу, – водолазное снаряжение, автоматы для подводной стрельбы. Все это указывает на то, что он забрал оружие подразделения, что охраняло электростанцию. Или привез из инженерного склада.

– Это вряд ли. Он тогда должен был проехать по мосту со стороны арийцев, – отмел эту версию зам по безопасности.

– А что муры не позаботились забрать это оружие? – недоверчиво посмотрел на своего зама Смелый.

– Не знаю, – пожал тот плечами. – Может, он отбил груз у конвоя.

– У конвоя?.. С трудом верится. Их всего двое, он и девочка. Какие у них дары?

В разговор вмешался зам по бою.

– Я навел справки. Маугли и Валерьянка спасли троих наших дружинников-разведчиков, их захватили муры. Так вот, Маугли вышел к ним и представился своим, и ему поверили. Затем этот дед гвоздодером убил всех муров, а наших отпустил на машине муров и приказал девушку-стюардессу довезти до стаба.

– Вот как? Муры считают его своим? – удивился глава стаба. – Это что-то новое. Он что, работает там под прикрытием?

– Не знаю, – ответил зам по безопасности. – Валерьянка говорит, у него дар притворяться своим.

– Ясно. Хотя ничего не ясно. Положение у нас сложное. Народ разбегается. Разносит слухи, что тут всем заправляет бандит Берия. Он грабит и отнимает товар. Теперь вот громкое дело о попытке похищения девочки. Если мы спустим это Берии, то народ будет роптать, может случиться бунт, – произнес глава стаба. – Маугли и девочку окружить вниманием. Бандитов Берии, что участвовали в нападении, завтра расстрелять на площади. Издать указ, что Берия больше не мой зам, просто снабженец. Патрульные не должны выполнять его приказы и приказы его людей. Дайте им указание: если узнают о том, что люди Берии пытаются наехать на кого-то или еще как-то проявить себя как хозяева стаба, их арестовывать и расстреливать. Хозяина гостиницы оштрафовать на десять гороха. Пока это все, – закончил Смелый, – идите работайте, я сам поговорю с этим Маугли.

* * *

Берия вышел от главы стаба, глаза его горели гневом. Опустив голову, он прошел мимо соблазнительной секретарши и покинул офис, направившись на улицу. Не оглядываясь, он шагал к складу, где располагался его кабинет. Охранник, заметив его, вскочил, но Берия не обратил на него внимания, продолжая свой путь.

Он вошел в кабинет и, не теряя времени, вызвал по селектору Жанар. Ее голос, мягкий и в то же время решительный, отозвался в его ушах. Жанар, его секретарь и любовница, была казашкой, девушкой-проституткой из последнего пополнения. Берия сразу заметил ее и, несмотря на ее прошлое, нашел в ней идеального помощника.

– Жанар, – произнес он.

– Я здесь, шеф, – ответила она, в ее голосе звучала готовность выполнить любое его поручение.

– Немедленно ко мне Гориллу, – приказал Берия, его голос был полон властности.

Жанар не ответила, лишь крикнула в коридор:

– Гориллу к шефу.

Вскоре хмурый и мощный помощник Берии вошел в кабинет. Он остановился у дверного проема, избегая взгляда своего начальника.

Берия прожигал его взглядом и молчал. Не выдержав, Горилла прижал к груди свои длинные руки и проговорил:

– Прости, шеф, я облажался. Кто знал, что этот дед такой хитрый и имеет связи в стабе? С виду он был свежаком, голый и босый…

– Хватит, – оборвал его Берия, – того, что сделано, не вернешь, садись. Рассказывай, что передали муры?

– Муры ищут нечто, что привезли спецы из Института, и это что-то пропало. Ищут англичане, они перерыли весь городок Энергетиков. Своих живых не нашли, нашли выпотрошенного элитника и разорванные тела.

– А что именно ищут? – спросил Берия.

– Не знаю, шеф, не говорят, сказали, что хорошо заплатят.

– Ага, заплатят они. Иди туда, не зная куда, найди то, не зная что…

– Не совсем так, шеф. Это что-то в стальном кейсе, его и надо искать.

– Кейс? – повторил Берия. – Это уже что-то. У тех, кто приехал сюда, что-то удалось узнать?

– Нет, здесь только машина Маугли и торговцы с запада. Живой товар привезли, ну, тех, что вояки не взяли. Смотреть будете?

– Нет, сам проверь и выбери, узнай, какие дары имеют. И еще… – Берия грязно выругался. – Наших я не вытащил из камеры. Их завтра расстреляют. Ищи новых людей, не таких дурных, как те, что не могли девчонку схватить. И еще, по стабу ходи тише воды, ниже травы. Если будете кого-то задевать и на вас пожалуются, то вас расстреляют. Смелый в таких делах не шутит. Его достали ваши выходки, торговцы жалуются, грозятся перестать сюда ездить. За пределами стаба делай свои дела.

– Понял, шеф. А может, Смелого взорвать?..

– И что? Вместо него Поручик станет главой, у него сила – дружина, и стаб его поддержит. Тогда нас просто казнят, и все. Начинай думать, Горилла, а не просто подковы гнуть своими ручищами. Хотя, говорят же, сила есть – ума не надо.

– А может, ну его, этот стаб, может, к мурам податься? – спросил Горилла.

– И кем мы там станем? Пешками? На фермах будем охранять иммунных и ходить в набеги? Нет уж, я тут посижу, дождусь своего часа. Ты присмотрись, кто больше всех радоваться казни будет, и запомни. Как только их вывезут из стаба на прогулку, будем убирать по одному.

– Понял, шеф, все сделаю.

– Ну, раз понял, то иди, занимайся делом.

– А что с этим Маугли? – спросил Горилла. – Может, подловить его за пределами стаба?

– Делай что хочешь, мне сейчас не до него.

– Хорошо, шеф, я пошел, – улыбнулся Горилла и вышел из кабинета Берии.

* * *

– Дед, почему ты не взял у мужа Валерьянки черную жемчужину? – Эльза недовольно смотрела на Сан Саныча и сопела. Они шли от автомобильной стоянки к гостинице. Только что закончилась торговля, и зам по бою выполнил свое обещание: проверил груз и хорошо за него заплатил.

– Потому что, Звереныш, это черная жемчужина. Она не нужна ни тебе, ни мне. С ней ходить опасно, и она притягивает неприятности. Долго таскать с собой жемчуг нельзя. Он или пропадет, потеряется, или его украдут. Или попробуют отобрать. А горох он всегда горох.

– Откуда ты это знаешь? – недоверчиво спросила Эльза.

– Слухи, Звереныш, люди так говорят.

– Фр-р-р, – насмешливо фыркнула Эльза, – ты, дед, как маленький ребенок, веришь всему, что говорят люди…

– Не всему, – спокойно ответил Саныч, – а тому, что укладывается в моем сознании. У тебя сознание муравья, и ты в него ничего, кроме леденцов и косметики, не укладываешь.

– Каких леденцов, дед?

– Срамные штаны, которые врезаются везде, где есть место, – ответил Саныч. – Не всегда болтай, а иногда слушай взрослого деда, он плохому не научит, – заговорил о себе в третьем лице Саныч.

– Сам ты срамные штаны, – обиделась Эльза, – это легинсы, я тебе уже много раз говорила.

– У меня этот срам в сознании не удерживается, – невозмутимо ответил Саныч. Они вошли в фойе гостиницы и осмотрелись. За стойкой сидел Красавчик, он приветливо помахал рукой.

– Слышал я, что вы договорились с Арамом о помещении для салона, это правда?

– Да, – важно ответила Эльза. – Тебе, Волшебник…

– Не называй меня Волшебником, девочка, не прижилось это имя. Просто Красавчик.

– Хорошо, Красавчик. У тебя горох, начинай выбирать три комнаты и проводи ремонт. Одна комната для посетителей, другая для оборудования, третья под жилье – когда нас нет, ты будешь в ней жить, когда мы прибудем в стаб, то там будем жить мы. Это наши помещения, за них платить не надо.

– Отлично, – потер руки Красавчик.

– А чего ты за стойкой? Ты же банщик? – спросила Эльза.

– Меня Медок попросил подменить его на десять минут, – ответил Красавчик.

У Саныча засосало под ложечкой, он оставил Эльзу и поспешил наверх. Оттуда начало исходить давление. Кто-то был в их номере, это Саныч осознал отчетливо.

У дверей номера его догнала Эльза, Саныч прижал палец к губам, ускорился и, вставив ключ в замок, открыл дверь. Оба увидели молодого парня, который вытащил рюкзак Саныча из шкафа. Для него он был слишком тяжел, и он, надрываясь, пытался дотащить его до дивана, но увидев постояльцев, замер. Саныч, не останавливаясь на пороге, рванулся к молодому парню. Тот вскрикнул от ужаса, по-заячьи ловко перепрыгнул диван и, обежав Саныча, бросился к двери. Но там его ждала Эльза, ухватила рукой за горло и скрутила.

– Не задуши, – предупредил ее Саныч. Он закрыл дверь, схватил вора за ворот и встряхнул. – Ты кто? – спросил он.

– Я в гостинице работаю, – пролепетал тот. Он задыхался от хватки Эльзы. А она, оскалив зубы в хищной улыбке, впилась взглядом ему в глаза.

– Я ему горло разорву, – не скрывая ненависти, прошептала она.

– Не надо, я ничего не сделал, просто хотел посмотреть, что у вас есть.

– Врешь, – ответила Эльза и, отпустив горло, ухватила парня за пах, сильно сжала. Парень заорал так, что зазвенели стекла. Саныч зажал его рот своей рукой, и крик захлебнулся.

– Говори, что ты тут делал, – тихо приказал Саныч, – или останешься без яиц.

– Больно, больно, – хрипел парень и извивался.

– Отпусти, Эльза, он не может говорить, – попросил Саныч, и Эльза разжала пальцы.

– Я Медок, работаю в гостинице, меня попросили посмотреть ваши вещи…

– Кто просил и для чего? – напирал Саныч.

– Люди, я их не знаю, дали горох…

– Врешь, – прервала его Эльза и вновь вцепилась ему в пах.

– Ой, больно… Горилла приказал искать стальной кейс… Отпусти…

– Отпусти, – приказал Саныч. – Какой стальной кейс? – спросил он.

– Не знаю.

– А почему ты его послушал? – спросила Эльза.

– Он страшный человек, он продает людей мурам, я боялся…

– Ясно, понятно, – произнес Саныч, усадил Медка на диван и обратился к Эльзе: – Сгоняй к Араму, позови его сюда.

Эльза быстро поняла, что он хочет, и убежала.

– Не выдавайте меня, – захныкал парень. – Меня уволят и определят в грузчики.

– Тебе там самое место, научишься не бояться, – отмахнулся Саныч, – сиди ровно и не шевелись.

Эльза вернулась через пять минут вместе с обеспокоенным Арамом.

– Вот, – указала она рукой на парня, – это вор. Лазил по нашим вещам. Как это возможно, дядя Арам? – Тот не знал, что ответить, растерянно переводил взгляд с парня на Саныча и молчал. Потом Эльза толкнула его в бок. – Дядя Арам, говори, – нажала она голосом. Хозяин гостиницы откашлялся.

– Медок, что ты делал в номере гостей? Как ты взял ключ?

– Я давно сделал дополнительные, дядя Арам, ваши ключи подходят ко всем дверям.

– Вот как, – возмущенно произнесла Эльза. Арам обеспокоенно затоптался.

– Не говори чепухи, – невнятно произнес он. – Не было такого. Что ты тут делал?

– Хотел проверить вещи постояльцев, и только, я не воровал…

– А зачем ты это делал?

– Мне приказал Горилла, грозился отдать мурам на ферму, я испугался. Он искал стальной кейс.

– Какой кейс? – удивился Арам.

– Стальной кейс, – повторил Медок. – Велел проверить вещи этих, – Медок взглядом указал на Саныча.

– Проверил?

– Не успел…

– Вот так, Арам, снова люди Берии. Давай вызывай наряд патрульных, пусть этого парня арестуют. Ты свидетель, что парень сознался, что его заставил это сделать Горилла. Пойдем к заму по безопасности разбираться, почему Горилла хозяйничает в стабе и гостинице.

Арам тяжело вздохнул и, опустив плечи, вышел.

Берия был в неописуемой ярости, он схватил Гориллу за горло и кричал, разбрызгивая слюни:

– Идиот! Я тебе только что приказал сидеть тихо, а ты… Мне позвонила секретарь Шерифа, тебя будут искать, быстро собирай команду и уходи из стаба, дурак.

– Шеф, я ничего, это просто проверка, кто знал…

– Кто знал? Я знал, ты знал. Быстро прочь. Я от тебя отрекаюсь, так и знай, скажу: знать не знал, что ты творишь. Для всех ты на меня больше не работаешь, у тебя полчаса, пока не дали команду тебя найти. Быстро, быстро…

Когда Горилла выбежал, Берия дал волю раздражению.

– С кем работать? – вслух произнес он. – Одни тупицы, людей нет…

– Снова люди Берии, – тихо произнес Смелый. – Ищут, говоришь, кейс стальной? Значит, муры Берии передали весточку о том, что кейс может быть в стабе. У Маугли что-нибудь обнаружили?

– Не знаю, – ответил зам по безопасности, – я допросил Медка, ему дал указание Горилла, но он не успел заглянуть в вещи Маугли, тот его поймал и допросил. Что делать?

– Ты же у нас занимаешься безопасностью. Уже дал команду задержать Гориллу?

– Нет, ждал указаний, – ответил Шериф.

Смелый усмехнулся:

– Ты дал ему время сбежать. Уверен, что его и его банды уже нет в стабе. – Он нажал кнопку селектора: – Марина, узнай, выезжала интендантская группа из стаба?

– Слушаюсь, босс, – ответил женский голос, и через несколько секунд добавил: – Да, пятнадцать минут назад. Главный у них Горилла.

– Ну вот, концы, как говорится, в воду, – невесело усмехнулся Смелый. – Но это к лучшему. Горилла теперь в стабе долго не покажется, и на время все стихнет. Объяви его вне закона и Берии сообщи, что его люди вне закона, те, что уехали с Гориллой. Берию не трогай, следи за ним, он будет искать кейс.

– Понял, – ответил Шериф.

* * *

– Жаль, дед, что этот Горилла сбежал, – недовольная Эльза мерила комнату шагами.

– Ему дали сбежать, – ответил Саныч.

– Почему ты так решил?

– Сама подумай, – ответил Саныч. – Ты давай собирайся, скоро за нами придут, а мне надо к Алмазу сходить, – ответил Саныч. Эльза замерла посреди комнаты.

– О чем надо думать? – спросила она. – Почему Горилле дали сбежать или почему ты пойдешь к Алмазу?

– Сама думай, – отмахнулся Саныч и вытащил рюкзак из шкафа.

– А рюкзак тебе зачем? – спросила Эльза и под взглядом Саныча прикусила язык.

– Я вернусь, и ты мне расскажешь, почему Горилле дали уйти и почему я отнесу рюкзак Алмазу. – Саныч закрыл рюкзак на молнию и вышел.

Он вышел из гостиницы и включил внутреннее зрение. Следом за ним из гостиницы вышла аура человека и последовала за ним. Саныч спокойно дошел до трансформаторной будки и вытянул ажурный щуп в сторону преследователя, «присосался» и потянул из шпиона энергию. Преследователь оперся о стенку, а затем опустился на асфальт. Саныч оглянулся и подошел к лежащему человеку. Это был невзрачный мужичок лет сорока, лысоватый, с опухшим от пьянства лицом.

– Вам плохо? – участливо спросил Саныч и неожиданно резко ударил его в скулу. Мужичок откинулся на спину и потерял сознание.

Саныч подхватил тело и зашвырнул внутрь ограждения трансформаторной будки. Раздался короткий разряд, и тело человека упало на камни черной тушкой. Саныч как ни в чем не бывало отправился к Алмазу. Он был уверен, что их никто не видел.

Знахаря он нашел дома. Тот с тревогой посмотрел на Саныча, на его рюкзак.

– Ты чего пришел, Маугли? – спросил он.

– Кейс ищут, у меня были воры в номере. Кейс я оставлю у тебя, пока не уеду из стаба. Если у тебя его украдут, я не стану волноваться. – Саныч вытащил кейс и поставил на стол. Теперь он успокоился и подумал, что это надо было сделать раньше.

Саныч вернулся со своим рюкзаком и увидел, как у зеркала прихорашивается Эльза. Она так намазала глаза и губы, навела такой макияж, что Сан Саныч не выдержал и забулькал, сдерживая рвущийся наружу смех.

– Звереныш, ты куда так собралась идти?

– Как куда? – повернулась к нему Эльза. – В гости к этой ведьме.

– Тогда вытри все с лица, сейчас ты похожа на дешевую гулящую девку.

– Что? – выпустила иголки Эльза. – Ты хочешь, чтобы я смыла свою красоту?

– Это, Кукла, не красота. Толстый слой краски, румяные щеки, тени и красные губы – это настолько вульгарно и смешно, что даже страшно. Увидишь тебя ночью на улице – подумаешь, что мертвец поднялся или зараженный пришел… Пожалуйста, поди смой этот ужас.

Эльза уперла руки в бока и произнесла:

– Ни за что. Я лучше умру.

Саныч спорить не стал, он схватил девочку под мышку и понес ее в ванную комнату. Эльза стала сопротивляться и кричать, даже попробовала применить свой дар вампира, но Саныч сразу же заблокировал ее дар. Он поднес ее к умывальнику, сунул голову под струю и намылил голову и лицо, не обращая внимания на ее вопли и бульканье. Смыл пену. Посмотрел на Эльзу, намылил еще раз и снова смыл. Затем стал вытирать полотенцем ей голову.

Эльза ревела как белуга, ее тело содрогалось от плача, и сам плач напоминал вой волчицы. «У-у-у-у-ы-ы-ы», – раздалось в комнате.

Из разгрузки Саныча вылез обеспокоенный зверек, он побежал к кровати, залез Эльзе на плечо, встал на задние лапки и возмущенно засвистел.

– Ты еще тут мне поуказывай, – буркнул Саныч и подал Эльзе фен: – Суши волосы, Кукла. – Девочка, продолжая плакать и всхлипывать, прошла в ванную комнату.

В дверь осторожно постучали, обеспокоенный голос Арама спросил:

– Маугли, у вас все в порядке?

– Да, все в порядке, – ответил Саныч.

– А кто тогда выл? – спросил Арам.

– Мой зверь, он проголодался, – ответил Саныч и открыл дверь. – Заходи, Арам, тебя что-то беспокоит? – спросил он.

– Э-э-э, – оглядывая комнату, протянул Арам, – меня нет, но гости жалуются на шум. Где твоя внучка?

– Она в ванной голову сушит, слышишь, фен работает, мы в гости идем. К заму по бою.

– А-а-а, – покивал Арам, – тогда ладно. Но ты это, Маугли… покорми своего зверя.

– Хорошо, в гостях и покормлю, – покивал Саныч, выпроваживая Арама и закрывая за ним дверь.

– Ты деспот, ты самодур, ты хам, дед, я тебе этого не прощу, – Эльза выглянула из ванной и кинула в Саныча фен. – Сам иди в гости, я дома останусь.

– Как хочешь, – ответил Саныч.

– Что? Ты пойдешь без меня? – насторожилась Эльза.

– Конечно. Я не могу тебя заставлять ходить по гостям. Сиди дома, сходишь в кафе, пообедаешь бесплатной едой. Не жди меня, я приду к утру.

– Что? К утру? Я с тобой. Я не отдам тебя этой коварной обольстительнице.

Саныч закатил глаза.

– Кукла, если ты будешь меня ревновать ко всякой женщине, то сделаешь мою жизнь невыносимой. Я тебя перевезу в стаб и там оставлю. Мне такие скандалы не нужны, – он говорил твердо, веско, и каждое слово было как гвоздь, который он забивал в самомнение Эльзы.

– Как мне одеться? – тихо спросила она, смотря пришибленным взглядом на Саныча.

– Надень простую удобную одежду и не выпендривайся. Она взрослая женщина, жена VIP-персоны. Не устраивай скандалы и не говори ей гадости.

– Хорошо, – кротко ответила Эльза. – Но ты не оставишь меня в беде?

– Оставлю, если ты будешь меня мучить своей ревностью.

– Я не буду, правда, – заторопилась Эльза и стала надевать другую одежду: джинсы, футболку и джинсовую курточку. На ноги надела босоножки. – Можно я губы подкрашу? – спросила она.

– Нет, – отрезал Сан Саныч. – Ты и так красивая.

– Правда? – В глазах девочки ожил огонь радости.

– Конечно, – уверенно заявил Саныч. Эльза уже забыла произошедшее, она вообще не могла долго злиться, но если мстила, то мстила жестоко. Саныч это знал и был настороже.

Затем Эльза нахмурилась:

– А ты так пойдешь? Старые шорты, разгрузка? – Саныч, не думавший об одежде, поглядел на себя в зеркало.

– Я надену охотничий костюм-сетку, – ответил он, – другого у меня нет.

– Ага, и бабочку нацепи, – насмешливо скривилась Эльза. – В стабе нужно ходить, как ходят люди, – наставительно произнесла она.

Саныч отвечать на колкость не стал. Вошел в ванну, помылся, надел чистые трусы и вышел. Стал лазить в своем рюкзаке. Достал кроссовки, носки и охотничий маскировочный костюм. Его надевали поверх одежды, но Саныч был таким большим, что костюм выглядел на нем как приталенный. Он оделся, но Эльза осталась недовольна:

– Нужно побриться, сходи к Красавчику.

Саныч не стал спорить, бомжом выглядеть он тоже не хотел. И ушел. Вернулся он через полчаса, освеженный и пахнущий лосьоном после бритья.

– Без подарка как-то идти в гости не принято, – размышляя вслух, проговорил он.

– А что мы можем подарить этим богатеям? – Эльза криво усмехнулась и посмотрела на Саныча: – Отдай им жемчужину.

– Вот еще чего! – возмутился Саныч, но понял, что Эльза просто его троллит. – Ладно, пойдем без подарков, – решил он.

– Вот это правильно, – поддержала его хозяйственная Эльза, – нечего транжирить наше на всяких баб. – И с вызовом во взгляде посмотрела на Саныча.

– Песня та же, пою я же, – со вздохом ответил Саныч и лег на диван. – Отойди, я телевизор посмотрю, – попросил он вертящуюся по комнате Эльзу.

За ними явился дружинник, молчаливый, словно тень из прошлого, и с едва заметным кивком предложил следовать за ним. Они шли по тротуару, обсаженному цветами, по дорожке, которая вела к ВИП-зоне, где прятались уютные коттеджи начальства стаба. Территория, окруженная высоким бетонным забором с колючей проволокой, казалась неприступной крепостью. У ворот стоял часовой, чья фигура сливалась с сумерками. Увидев гостей, он молча отступил в сторону, пропуская их без единого слова.

Внутри ВИП-зоны царила атмосфера уюта и защищенности. Шесть небольших домов, окруженных ухоженными садами, стояли в ряд, словно стражи порядка. На просторной стоянке блестели хромированные кузова автомобилей. Охрана, вооруженная до зубов, патрулировала территорию, следя за каждым движением.

На крыльце первого дома их ждала Валерия в изысканном вечернем платье. Волосы были уложены, а золотые серьги и цепочка с кулоном на шее придавали ей элегантность.

– Даже ногти покрасила, – прошипела Эльза, выдавливая из себя улыбку.

– Проходите в дом, – с искренней приветливостью пригласила их Валерия. Она как бы случайно встала рядом с Санычем, отодвинув Эльзу. Та бросила на нее злобный взгляд, но промолчала. Валерия взяла Саныча под руку и, прижавшись к нему, пошла вперед. – Муж еще не вернулся, будет через полчаса. Мы можем пока выпить и поговорить. Эльза, можешь пока поиграть в соседней комнате, – обернувшись, она одарила Эльзу теплой улыбкой.

– Во что? – спросила та. – В куклы?

– Там у меня много интересного, тебе понравится, – ответила Валерия.

– Иди, Эльза, – кивнул Саныч. Эльза едва не заплакала, но послушалась, ушла в соседнюю комнату и громко хлопнула дверью.

– Ревнует? – продолжая улыбаться, произнесла Валерия. – Я ее понимаю, ты для нее и отец, и дед, и будущий любовник, и она растет быстро на стероидах, гормоны так и бурлят.

Саныч промолчал, огляделся и сел в кресло. Валерия налила виски, подала ему бокал.

– Расскажешь, как жил… без меня? – с небольшой заминкой спросила она с живым интересом.

– Расскажу, – ответил Саныч. – Жил. Учился выживать. Охотился. Собирал хабар, где мог. Оборудовал остров, там и живу. Вот девочку нашел…

– А что других девушек не спасал, которые появлялись на месте спортивного центра?

– А они не прыгали в воду, как ты. А последних арийцы расстреляли.

– Расстреляли? – удивилась Валерия.

– Да, арийцам оказали сопротивление, убили нескольких вояк, а они, в свою очередь, убили всех: и зараженных, и иммунных. Вот так.

– Да уж, – проговорила Валерия. – А девочка все это видела?

– Видела.

– А ты как был сухарем жестоким, так и остался, – грустно кивнула Валерия. – Не хочешь девочку оставить тут? Я ее приму как дочь.

– Она сама решает, где ей жить, – невозмутимо ответил Саныч, – так же, как и ты, – он пригубил бокал и посмотрел прямо на женщину. – Ты счастлива?

– Счастлива? – переспросила она. – Нет. Тут нет счастья и покоя. Но зато есть уверенность, защита. Не надо бояться проснуться в лапах мутантов. Хоть какая-то цивилизация, вернее, ее осколок. Я нашла мужа, делаю свою работу, тренирую спецназ, выезжаю на задания… А мои вещи? – резко сменила она тему разговора.

– Ждут тебя.

– Не выбросил?

– Нет.

Лицо Валерии разгладилось.

– Значит, обо мне вспоминаешь? – тихо спросила она. – Я по тебе скучаю, и вот увидела… и знаешь, я тебя хочу. Приходи завтра по одному адресу. Без этого волчонка. Придешь?

– Приду, – ответил Саныч. – А как же муж?

– А что муж, он всегда со мной. Я не люблю его, а тебя полюбила… – Она отвернулась, стараясь скрыть слезы. – Мог бы, – не поворачиваясь, произнесла она еще тише, – поехать со мной и сделать меня счастливой в этом уродливом мире…

– Не мог, – ответил Саныч, – у меня свой путь, у тебя свой.

– Ты как был непреклонным мистиком, таким и остался… Откуда привез груз? – Она вытерла глаза уголком платка.

– Оттуда, – ответил Саныч.

– Секрет?

– Секрет. Ты не со мной, – ответил Саныч.

– Думаешь, я тебя предам?

– Тебе лично эти знания не нужны. А другим я раскрывать не буду. Это не любит Улей. Он это отдал мне.

– Да-да, он у тебя живой и всемогущий, всепроникающий. Дураков наказывает, умных награждает.

– Примерно так и есть, – покивал Саныч.

– Вот я смотрю на тебя и чувствую, что за слова твои я тебя ненавижу, – стараясь говорить спокойно, произнесла женщина, – но при этом я тебя люблю. Ты уже не старик, хотя таким притворяешься. Красив, больше сорока пяти тебе не дашь. Вот побрился, совсем помолодел. И эта девочка тоже видит тебя таким, как и я, и другие женщины тоже будут сходить с ума. Гад ты, Маугли. – Она встала, налила виски, залпом выпила свой бокал. – Пойду мужа встречать, – и, шурша платьем, ушла.

Из другой комнаты приоткрылась дверь.

– Она ушла? – спросила Эльза.

– Пошла мужа встречать.

– Я тут еще побуду, вы сами как-нибудь без меня, – произнесла Эльза и закрыла дверь.

Саныч не стал удивляться. Он уже понял, чем можно было приманить Эльзу.

Саныч держал бокал виски в руке и разглядывал богатую обстановку гостиной в доме Валерии. Неожиданно ему в голову пришли мысли, что все, что окружает Валерию и ее мужа, вся эта роскошь, является для них очень опасным претендентом на сокращение жизни. Жизнь в покое и показном богатстве делает их уязвимыми перед опасностями в Улье. Она не дает им понимания того, что здесь вся жизнь – это борьба, и выживают только самые стойкие и способные понять Улей. Тут как дома на Земле – тихо и спокойно. Это расслабляет и делает живущих тут беспечными и благодушными. Их сознание не сможет быстро перестроиться и осознать степень опасности, когда она возникнет… И однажды они не вернутся домой.

Он даже закрыл глаза от осознания этой, как ему показалось, истины. Никто не знал, правда ли, что тут живут вечно, никто из его знакомых не видел таких, кто прожил тут хотя бы сто лет. Десять лет – это был крайний срок жизни в стабе. Люди уходили, люди не возвращались, а стаб наполнялся новыми жителями. Нет, Саныч не хотел себе такой жизни, он хотел понять Улей. А для этого ему нужно быть там, среди бурлящей отвратительной жизни, где людоеды и бандиты всех мастей делили этот мир между собой.

В комнату зашел мужчина в дорогом синем деловом костюме, и Саныч открыл глаза. Встал и подождал, когда мужчина подойдет и протянет руку.

– Здравствуйте, Маугли. Вы, я вижу, сегодня при параде. На охоту собрались? – пошутил он над нарядом Саныча. Но тот благодушно рассмеялся:

– Мои размеры делают меня человеком, который бегает по Улью почти голым. Подобрать одежду, которая бы не стесняла движения и не натирала, почти невозможно. Вот я и одеваюсь в шорты и разгрузку. А так как был приглашен, как я понимаю, на званый ужин, то решил принарядиться в самое лучшее, что у меня есть, – при этом он слегка пожал руку мужу Валерии, и тот сморщился от силы пожатия. Саныч отпустил руку и извинился: – Простите, господин Поручик, не всегда могу рассчитать силу.

– Ничего, зовите меня Сергей, – натянуто улыбнулся мужчина.

– Пройдемте в столовую, – сияя улыбкой и воркуя, пригласила Валерия.

Она пошла первой, открыла двустворчатую дверь, и Саныч увидел накрытый длинный стол, заставленный холодными закусками. У стола стояла служанка в белом переднике. Женщина средних лет, с непроницаемым лицом. Слегка полноватая, с волосами, укрытыми чепчиком.

– Нина, можешь подавать горячие закуски, – проворковала Валерия.

Саныч позвал Эльзу:

– Кукла, идем ужинать.

Из комнаты выглянула девочка и ответила:

– Я не голодна, садитесь без меня.

– Как хочешь, – ответил Саныч и сел за стол. Он не стал пользоваться салфеткой, как это сделал Сергей. Он, не чинясь, доел салат из морепродуктов, выпил виски, подняв бокал за гостеприимных хозяев, и закусил. Изобилие деликатесов на него не произвело впечатления, хотя он ел все с огромным удовольствием. Ели молча, поглядывая друг на друга.

Неожиданно из кухни раздался громкий визг служанки, и она выбежала с метелкой в руках. Впереди нее несся зверек, стащив кусок лососины размером с самого зверька.

– Крыса, крыса! – визжала женщина, а Бро прошмыгнул в другую комнату и скрылся под диваном.

Валерия громко и заразительно засмеялась.

– Нина, – смеясь, остановила она служанку, – это не крыса, это соболь, зверек наших гостей. Оставь его в покое.

Женщина остановилась, убрала прядку волос с лица и недобро глянула в проем двери гостиной, затем развернулась своим дородным телом и, подняв голову, не скрывая своего неодобрения, вышла.

– А он занимательный воришка, – произнесла Валерия. – Ты, Маугли, его разбаловал. Однажды он может попасть в неприятную историю.

– Пусть сам думает, – отмахнулся Саныч. Сергей поднял голову от тарелки и спросил:

– Вы фаталист, Маугли?

– Нет, я оптимист.

– Да-а, а говорите как человек, который смирился с тем, что будет, – ответил Сергей.

– Я готов к неожиданностям, но подставляться не собираюсь, – ответил Саныч. – Зверек – хищник, он ищет добычу.

– Все равно, Маугли, – Валерия приобрела серьезный вид, – в стабе есть кошки, и они могут сожрать вашего Бро.

– Ну, значит, он оказался недостаточно ловким, – ответил Саныч.

– Все же вы фаталист, Маугли, – улыбнулся Сергей, – так рассуждаете, словно вам все равно, что будет со зверьком. А не читали ли вы такое утверждение, что мы ответственны за тех, кого приручили?

– Это Экзюпери, – усмехнулся Саныч, – писатель, философ, но он мог ошибаться. Я дал Бро шанс выжить. Как он им воспользуется – всецело в его лапах.

– То есть вы хотите сказать про естественный отбор? – спросил Сергей.

– Вполне может быть. Я, конечно, огорчусь, если Бро погибнет, но страдать не буду.

– А девочка? – спросила Валерия. – Она будет страдать?

– А что девочка? Она видела много смертей, а это защищает ее сознание от излишней скорби. Мы живем в преддверии ада, и кто знает, что там за горизонтом…

– Там внешники, – ответил Сергей.

– А эта Земля круглая? – спросил Саныч. Сергей пожал плечами:

– Не знаю, я даже не знаю, планета ли это или кусок материи, огражденный от вселенной барьером.

– Ну а физические законы тут несильно отличаются от земных, – не раздумывая, произнес Саныч. – Только что-то вроде магии существует. – Он задумался, глядя на дверь гостиной. – Я недавно читал книгу «Дюна», – тихо проговорил он. – Нашел в спортивном центре. В книге описывалась планета фрименов, где люди выживали в тяжелых условиях и становились сильными бойцами, которым нет равных. Были еще гвардейцы императора – сардаукары. Они тоже обитали на планете с суровыми условиями жизни. Вот я подумал, а не является ли Улей местом, где куются бойцы для какого-нибудь императора. Я слышал, что люди, достигшие силы, уходили и не возвращались…

– Да вы мистик, Маугли, – рассмеялся Сергей.

– Я тоже ему об этом говорила, – поддержала мужа Валерия. Саныч лишь улыбнулся.

– А где вы жили, бродяжничая, Маугли? – поинтересовался Сергей.

– А ваша жена вам не рассказывала? – в ответ спросил Саныч.

– Нет, она сказала, что это не ее тайна.

– Правильно сказала, – ответил Саныч, – но секрета в этом нет. Вы бывали на той стороне водохранилища у плотины?

– Один раз я проезжал эти места. Видел спортивный центр и дом отдыха, но это было давно.

– Хорошо. Тогда вы должны были заметить поселок у дома отдыха из шести коттеджей.

– Да, я видел этот поселок.

– Вот там мы и обитали, вполне приемлемое житие.

– А как же мутанты?

– А они нас снабжали споранами, и там Валерия добыла свою черную жемчужину – пристрелила рубера и спасла меня, когда рубер размозжил мне голову. Она вообще дважды меня выходила. Я ее должник. – Он улыбнулся напрягшейся Валерии.

– А как вы попали в этот мир? Вместе со спортивным центром? – продолжал расспрос Сергей.

– Нет. На стороне, противоположной спортивному центру. В прошлой жизни я был пенсионером и по совместительству журналистом областной газеты, и мы прибыли в один колхоз на юбилей. Вечером была пьянка, а утром должна была состояться охота на козлов с луками и стрелами. Вот такая забава. Но я так нахлебался вечером самогонки, что уснул. А перед этим в бане, где мы парились и пили, нацепил наряд индейца на голое тело. Так и проснулся на сеновале. Утром вышел, гляжу – вместо бани озеро, а бани нет, только стол на дворе и останки моих товарищей. Их собака Бальба и две доярки подъедали. Я так оторопел, что не успел испугаться, а собака, огромная такая, с красной мордой, бросилась на меня, повалила и хотела загрызть. А я ей сказал: «Фу, Бальба, я свой», – сказал первое, что пришло в голову, я еще не успел испугаться. Правда, это было в первое мгновение, а во второе мгновение она с меня слезла и пошла доедать свой ужин… Или завтрак. А я побежал прочь.

Добежал до большой дороги, увидел людей, бегущих по ней, и побежал за ними. Только не сразу понял, что они ненормальные. Кто-то голый, кто-то полуголый. И в глазах нет разума. Они тянули ко мне руки, а я отмахивался и говорил: «Я свой», – и они перестали обращать на меня внимание. А потом появились грузовики с военными. Я обрадовался и направился к ним. Странные грузовики, как мне тогда показалось… Ну, сами знаете, как тут оборудуют машины. Я крикнул: «Стойте», а мне один военный крикнул: «Ты кто, дед?» Я ответил: «Я – свой». «Ну, так беги дальше», – ответил военный и засмеялся. Машины, набрав скорость, уехали, а я заплакал. Я подумал, что американцы применили биологическое оружие и все в этой местности сошли с ума, и я тоже. Выглядел я, конечно, комично, мне шестьдесят пять стукнуло тогда, я задыхался, голова с перепоя болела, и тут я услышал зов: «Мужик, помоги». В кустах лежал раненый, ему Бальба ногу перекусила, а он ее пристрелил. Он попросил помочь, я помог. Его звали Ветер из стаба «Железный лес». А военные, что ехали на машинах, были муры. Я для них оказался старым.

Дотащил я Ветра до места, где появился, до сеновала. Помог ему, а он мне. Он ушел, а я остался. С собой он меня не взял, сказал, что я не дойду, опасностей много, а тут у меня есть шанс выжить. Я им и воспользовался. Прятался, питался рыбой и протеином, занимался в спортивном центре, хотел силу поднять…

– А как же арийцы? – спросил Сергей. – Это же их территория.

– А я от них прятался, то на острове в кустах, то в воде. Так и плавать, и бегать научился, стал меняться, а потом вот Валерию встретил, помог ей выжить, а она меня научила, как правильно тренироваться. Я ее выходил и отпустил, – улыбнулся Саныч. – Вот такая моя история, история бродяги.

– А говорят, что вы связной стронгов и что уничтожили группу мура Абрека, – с прищуром произнес Сергей.

– Врут, – спокойно парировал Саныч. – Вот про вас тоже говорят, что тут есть прирученный рубер, который грабит торговцев, и что вы людей продаете мурам.

– Брехня, – нахмурился Сергей. – Наговаривают.

– Вот я и подумал, что наговаривают, – спокойно отозвался Саныч. – Так что верить слухам не стоит. Стронгам мы помогли отбиться от преследователей. Нужда заставила. Они зашли в наш с Валерией поселок. Деваться было некуда. Да я ничего и не сделал толком, а Валерия пристрелила то ли троих, то ли четверых сасовцев, я точно не помню. Стронги все сами сделали. Валерия захотела с ними уйти и ушла, а я остался.

– А откуда машина с оружием?

– Оттуда, – ответил Саныч.

– Откуда оттуда? – переспросил Сергей.

– Откуда надо, мил человек. Проще сказать, я ее нашел, повезло. Я вообще пока везучий.

– Это заметно, – улыбнулся Сергей. – Может, чем помочь? Посодействовать? Я могу, – поменял тему хозяин коттеджа.

– Можно посодействовать, чтобы нас отпустили. Тухло тут у вас. Нам с Куклой воздуха не хватает.

– Послезавтра будет показательная казнь ваших обидчиков, – ответил Сергей. – Не хотите присутствовать?

– Не хочу, я вообще не любитель таких кровавых церемоний.

– Я поговорю завтра с главой стаба, – сказал Сергей. – Думаю, вас отпустят без проблем.

– Вот за это спасибо, – улыбнулся Саныч и поднял свой бокал.

– Вам придется остаться у нас переночевать, – убрал с лица улыбку Сергей. – Сейчас комендантский час.

– Я не против, – кивнул Саныч. – Постелите на полу.

– У нас гостевые комнаты, – улыбнулась Валерия. – Вам как – вместе стелить или отдельно? – В голосе слышались нотки, не понравившиеся Санычу, но он не изменился в лице.

– Как хотите. Кукла любит спать со мной, я люблю спать один.

– Ты же храпишь, как она высыпается? – спросила Валерия.

– Кукла говорит, что ты все врешь, я не храплю.

Валерия рассмеялась:

– Вот же хитрунья. Вам постелют на большой кровати. Я отдам распоряжения, – она встала и вышла.

– Маугли, оставайтесь в стабе, – предложил Сергей. – Я возьму вас инструктором в дружину, выделю комнату в нашей гостинице в ВИП-зоне. И вам, и девочке тут будет лучше.

– Кукла решает за себя, Сергей, а я за себя. В стабе мне душно. По натуре я бродяга. Люблю свободу и отсутствие начальства, и жить в стабе – это укорачивать себе жизнь.

– Почему укорачивать? Наоборот, стаб ее продлевает, тут можно избежать многих опасностей…

– У меня сложилось стойкое впечатление, Сергей, и я хочу с вами поделиться этим. Подождем Валерию, и я расскажу. А пока давайте выпьем за вашу семью.

Они выпили и подождали прихода Валерии.

– Ну, говорите свои впечатления, Маугли, – улыбнулся Сергей и обратился к жене: – Представляешь, Валя, Маугли говорит, что стаб укорачивает жизнь человека.

– Валя? – удивился Саныч.

– Да так короче, – улыбнулся Сергей. Саныч пожал плечами и не ответил. – Хотя, – подумав, произнес он, – укоротив имя, вы укоротили ее жизнь.

Сергей нахмурился.

– Объяснитесь, Маугли.

– Это мои впечатления, Сергей, не обижайтесь. Жизнь в стабе делает человека благодушным и слабым, он может не успеть среагировать на опасность, вот и все впечатление.

– А жизнь бродягой дает еще большую возможность встретить опасность, которую невозможно будет преодолеть, и умереть еще раньше, – скептически улыбнулся Сергей. – Так что это не доказательства.

– А я и не говорил, что это аксиома, Сергей. Это мое впечатление от жизни в стабе. Если я вас обидел, прошу простить меня за мою откровенность.

– Ничего, все нормально, – хмуро ответил Сергей. – Но уже поздно, мне завтра рано вставать, я пойду спать. Валя, ты со мной?

– Да, дорогой, конечно. Провожу гостей в их комнату и приду. – Она поцеловала мужа в щеку, тот встал.

– Спокойной ночи, гости, – холодно произнес он и ушел.

– Ты, Маугли, как всегда нетактичен и груб, – недовольно произнесла Валерия.

– Прости, я хотел тебя предупредить. И только. Это предназначалось не для него, а для тебя.

– Мог бы это сказать завтра при встрече. Сиди около десяти дня в кафе, за тобой придет Нина и проводит ко мне. – Она встала и, шурша платьем, ушла.

Пришла Нина. Саныч по взгляду женщины понял, что она пришла проводить его. Он сунул ей в руку споран. Лицо женщины стало добрым.

– Спасибо, господин Маугли, – прошептала она. – Меня тут не балуют. Вот ваша комната. Отдыхайте. За зверька не беспокойтесь, я его покормлю. – Она вышла, прикрыв за собой дверь.