Он не поддавался.

Без ломика, монтировки или специального инструмента было не обойтись. Медвежий капкан держался так крепко, словно собирался отпустить лодыжку Нильса лишь тогда, когда ступня полностью сгниет и отвалится. К тому же у капкана была цепь. Он был прочно прикован к бетонному полу, на котором сидел Нильс, крича от боли.

– Не двигайся! – крикнул я Алине.

Я осторожно посветил фонариком, выискивая другие ловушки.

Не обнаружив ни одной, повернулся к Алине.

– Схожу за помощью, – пообещал я.

Мучительные крики Нильса превратились в булькающее гортанное завывание, эхом отражающееся от голых стен.

– Что я могу сделать? – спросила Алина.

Лучше всего было бы ей пойти со мной, ведь если мы нашли тайник Собирателя глаз, медвежий капкан мог оказаться наименьшей из всех опасностей, с которыми мы могли столкнуться. Но я подозревал, что ничто на свете не убедит ее оставить Нильса одного, поэтому сказал:

– Ты останешься здесь, говори с ним, поддерживай его. Я сообщу Кину и вернусь через несколько секунд.

Она кивнула, сжав губы. Я оставил ее и поспешил обратно тем же путем, которым мы пришли. Взбежал по шатающейся деревянной лестнице.

И закричал от ужаса.

Нет!

Нет, нет, нет!

Ни света, ни сквозняка, ни малейшего изменения запаха.

На мгновение я подумал, что заблудился, но другого пути не было. И шкаф, через который мы только что протиснулись, все еще стоял на месте.

Однако теперь он был заперт.

Я бил кулаками по металлической стене, бросался на нее плечом.

Но все было так же безрезультатно, как и попытка поймать сигнал мобильной сети здесь внизу.

«Шолле!» – подумал я на грани отчаяния.

Нильс первым попался в его ловушку.

Теперь мы все оказались в ней.