Семь лет назад

– Какие новости? – Акулов сидел в новом кабинете в своей гостинице.

Стройка затянулась, но оно того стоило. Огромное стеклянное здание выглядело именно так, как представлял себе Богдан. О «Белом небе» уже написали в СМИ, журналисты договаривались об интервью на несколько недель вперед. И самый частый вопрос, который слышал Акулов: почему именно в этом городе? Почему не там, где туристический поток ощутимо больше?

– Мне тут так понравилось, – отвечал Акулов, – что захотелось, чтобы больше людей узнали о местной природе, легендах и чтобы им комфортно тут жилось.

В своих интервью он не забывал упомянуть и местных жителей, которые не препятствовали стройке. Они прекрасно понимали, что принесет в их город «Белое небо».

Первое время, когда заборы убрали, на огромных окнах рисовали непотребства, пришлось закупить моющие средства, чтобы оттирать рисунки с окон. Как-то рисунок накорябали чем-то острым, – заменили всю стеклянную панель. Рисунки прекратились, когда в очередном интервью Акулов заявил, что гостиница оборудована самой эффективной системой камер слежения.

– Безопаснее места не найти во всем городе. – Он хитро улыбнулся в камеру. – Мы знаем каждого кота, который гуляет по дорожкам возле гостиницы. Нам важно, чтобы гости чувствовали себя защищенно.

Тулуп зашел в кабинет, положил на стол ноутбук и сел напротив.

– Богдан Тимурович, – начал он, – а как мы объясним смерть Бурова? Он единственный открыто выступал против гостиницы, и теперь, когда «Белое небо» построено, Буров вдруг резко умирает.

– У него ведь сердечный приступ случился. – Акулов посмотрел в окно, было видно, как искрятся в морозном воздухе снежинки. – Умер в больнице, мы тут ни при чем.

– Думаете, не докопаются, что этому поспособствовали?

– Ну если твоя ведьма не подскажет. – Акулов перевел взгляд на Тулупа.

– Это исключено, – напрягся тот. – Как я понял, ведьма тут весь город держит, а люди этого не замечают.

– Маленькую вотчину себе устроила, – усмехнулся Акулов. – Главное, что нам не мешает, за все время сотрудничества ни разу не было никаких эксцессов. В отличие от ее предшественницы. Вот что значит молодая и свежая кровь.

Тулуп кивнул.

– Так какие новости? – повторил свой вопрос Акулов. – Ты топчешься на месте уже три года, даже подсказки ведьмы не помогают.

– Как будто что-то тормозит. – Тулуп потер шею и тяжело вздохнул. – Я убрал старшего Бурова, надо посмотреть, что скрывает младший.

– Он ведь твой ровесник, – заметил Акулов.

– Да, к нему сейчас семейный бизнес перешел, маленькая «Горка», которая дико мешается тут под боком.

– От «Горки» избавимся, – пообещал Акулов. – А ты попробуй наладить контакт с этим Буровым, – может, он будет сговорчивее, чем отец. Очень интересно, что за скелеты хранятся в шкафу у самой древней семьи города. Так вроде?

– Да, – подтвердил Тулуп. – Они живут здесь очень давно, можно сказать, этот город строили.

– А его сын знаниями обладает?

– Не замечал, – пожал плечами Тулуп. – Если он что и знает, то никак это не показывает. Я вообще заметил, что знатки чаще скрывают свои секреты, чем делятся ими. Если кто-то делится, значит, жди беды.

– Думаешь, проблем от него ждать не стоит?

– Не знаю, если честно, надо ближе подойти. Я чем больше изучаю эту тему и все вокруг, тем больше понимаю, что абсолютной уверенности тут вообще ни в чем не может быть. Вроде столько всего с вами узнали, а ощущение, будто вообще ничего не нашли.

Акулов покачал головой. Не согласиться с Тулупом было сложно, главная цель – найти того, кто управлял толпой, – так и не была достигнута. В своих исследованиях они не приблизились к разгадке ни на дюйм. Все, что находил Тулуп, не сопоставлялось по масштабам, и, кроме того, нигде не фигурировали пчелы. Почему-то они казались очень важным звеном в этом уравнении.

– Как думаешь, – подумал вслух Акулов, – наш мальчик сможет пролить на это свет?

Тулуп пожал плечами.

– Пойду проверять. – Он встал, взял ноутбук со стола и направился к выходу.

– Возьми машину, – кинул ему вслед Акулов.

– Спасибо! – Тулуп радостно улыбнулся.

Бурова он нашел в загсе. Парень сидел возле кабинета в ожидании своей очереди, бесцельно листая ленту в телефоне. Остановился на мгновение на аккаунте какой-то девушки и пошел листать дальше. Открыл чат, что-то хотел написать, передумал. Снова стал листать ленту. Вышел из приложения. Снова зашел. Тяжело вздохнул, выключил телефон и убрал его в карман. Тулуп подсел рядом.

– Женишься? – Ничего лучше не придумал, чтобы начать разговор.

– Отца хороню, – бесцветно ответил Буров.

– Ох… – Тулуп постарался изобразить на лице ужас. – Очень извиняюсь, никогда не мог запомнить, что тут не только браки регистрируют. Я вот расписаться хотел.

– Зал бракосочетания в другой стороне, – отозвался Буров, глядя перед собой.

– Да? – Тулуп посмотрел на дверь, напротив которой сидел Буров. – А тут симпатичнее, не так вытоптано. Да и мне уже не очень актуально.

Буров медленно повернул голову.

– Бросила меня прямо перед дверью зала, – на ходу сочинял Тулуп. – А я ведь ради нее в этот город приехал, мы в интернете познакомились.

Буров молча слушал, изучая собеседника. Точно новенький, так-то его отец тут всех знал, со всеми знакомил, а этого он впервые видел.

– Давно приехал? – уточнил Ярослав.

– Две недели, – соврал Тулуп, надеясь, что Буров-младший не замечал его все это время.

Тот покачал головой.

– Да, говно история, – согласился он.

Значит, сработал отвод глаз на младшем, отец быстро раскусил бы все эти фокусы.

– Да я особо не переживаю, жизнь продолжается, – тараторил Тулуп. – С этой не получилось, другую найду. Девок много, а у вас – все красивые.

Буров угукнул и опять уставился перед собой.

– А где у вас можно покататься? – не отставал Тулуп.

– За городом, – лениво отозвался Буров.

– Ясно. – Разговор не клеился. – Меня, кстати, Тулупом зовут.

Он протянул руку.

– Ярослав, – пожал в ответ Буров. – А почему Тулуп?

– Так в детстве прозвали, с тех пор прицепилось.

– Ясно. – Буров не стал расспрашивать, какое настоящее имя у Тулупа, не хотелось вообще ни с кем общаться.

– Там, кажется, закрыто. – Тулуп потянулся и подергал ручку двери. – Может, вместе покатаемся? Мертвый никуда уже не денется.

От мрачного взгляда Бурова хотелось убежать, тот снова оценивающе осмотрел Тулупа, ничего не сказал и отвернулся.

– Мне надо дождаться, там какие-то проблемы.

Невозможно было понять: он отказывается, потому что Тулуп уже достал или его на самом деле держит чувство долга.

– Ладно, тогда, может, еще встретимся, город маленький.

Было досадно, что не получилось с первого раза разговорить Бурова. Отвод на него действовал, а вот природное обаяние Тулупа не сработало. Все-таки есть что-то в сыне от отца.

Бурова ждать пришлось долго, он вышел из загса, когда на город уже опустились сумерки. Уставший, с синяками под глазами и огромной папкой документов. Он смотрел на папку с таким видом, будто самое лучшее, что можно с ней сделать, это сжечь. А жечь нельзя.

Тулуп уже прикидывал, каким образом засунуть нос в эти документы и что там вообще скрывал старший Буров.

– Подбросить? – крикнул он, пока Ярослав копался в телефоне, видимо вызывая такси.

– Опять ты. – Не вопрос, а констатация факта.

– Да я тут в городе почти никого не знаю, – поспешил оправдаться Тулуп. – Кроме бывшей. Но сейчас к ней лучше не соваться.

– Ты весь день ждал? – уточнил Буров.

Тулуп не нашел что ответить. На любую фразу Буров с одинаковой вероятностью мог ударить или ничего не сделать.

– Водителя пришлось отпустить, ему платить нечем. – Ярославу очень не хотелось принимать взрослые решения, он сам только-только стал взрослым по паспорту. – А мне надо в несколько мест еще съездить.

Тулуп понимающе улыбнулся и кивнул на машину за спиной. Черная тонированная иномарка, слегка припорошенная снегом, была готова отправиться куда угодно.

– Бак полный, можем хоть на край света проехаться. – Тулуп с готовностью плюхнулся за руль.

– Туда, слава Древу, пока не надо. – Буров уселся рядом.

– Древу? – переспросил Тулуп.

– Отцова присказка, – махнул рукой Ярослав. – Он еще иногда говорил: «Великое древо». Это какие-то его личные заморочки и мамины сказки.

«Великое древо». Тулуп мысленно улыбнулся. Значит, он на верном пути.

– А что-нибудь еще такое странное отец говорил?

Буров пожал плечами:

– Не думаю, что это интересно, бредни старика.

– Мне интересно, я на этнографа поступил, учусь заочно. – Тулуп вывел машину со двора загса. – Куда едем-то?

– Сначала в архив, я покажу дорогу.

Тулуп надеялся, что удачно прикидывается, будто не знает дорогу. Архив казался родным: завяжи глаза, и он на ощупь пройдет туда от любой точки города.

– А что в архиве? – Тяжело было скрывать интерес за ничего не значащей беседой.

– Что-то забрать надо, – отозвался Буров, вытаскивая какой-то лист из папки и засовывая его обратно. – Вся жизнь превратилась в сплошные бумажки.

– Однажды это все закончится, – поддержал Тулуп.

До архива они ехали в полной тишине. Буров периодически подсказывал, куда поворачивать, но делал это лениво и временами слишком поздно. Если бы Тулуп не знал дорогу, они бы никогда не доехали.

– А потом надо в «Горку», – сказал Ярослав, когда они остановились возле архива. – Я больше не буду тебя гонять.

Тулуп кивнул, он надеялся, что Буров оставит папку с документами в машине, но тот прихватил ее. С собой не позвал, и то слава Богу. Или, как говорил Буров-отец, Великому древу. Хорошо звучит.

В архиве Буров проторчал около часа. Тулуп боролся с сонливостью, вышел из машины попрыгать на холоде, чуть не упал, поскользнувшись на подмерзшей луже.

Ярослав вышел в странном настроении. Никаких бумаг в руках не держал, хотя мог уже спрятать в папку.

– До «Горки» я сам доберусь, – сказал он, не подходя к машине.

– Все хорошо? – спросил Тулуп.

В ответ он только махнул рукой, вытащил сигарету из кармана и затянулся.

Ярослав кашлял, курил и стряхивал пепел на свежий снег. Тулуп не решался подойти ближе, чувствовал, что новое знание Бурова может сыграть плохую службу ему, Тулупу.

– Езжай, все хорошо, – повторил Ярослав, закуривая еще одну.

Тулуп не стал спорить, сел в машину, но не завел, наблюдал, как младший Буров ходит возле двери архива, впечатывая старые бычки в асфальт.

– Жаль, нельзя влезть в твою голову, – проворчал под нос Тулуп и все-таки завел машину.

Буров уже начинал на него коситься.

На следующий день Тулуп хотел первым делом поехать к «Горке», но с трудом сдержал этот порыв. Надо было чем-то объяснить столь горячее желание дружить. Придумывать не пришлось, как и ехать. Написал Акулов, он срочно звал в офис.

– Ты знаешь, что этот дебил вчера подписал? – с порога набросился Акулов.

Тулуп непонимающе смотрел на босса.

– Заявление на подтверждение, что эта чертова «Горка» – историческое наследие города!

– И что теперь? – все еще не понимал Тулуп.

– Теперь рассматривать будут. – Акулова трясло.

Тулуп не разделял его переживаний, но спорить не стал. Пока идет рассмотрение, что угодно может случиться с гостиницей, в том числе случайный пожар или еще какой катаклизм.

– Ты загрузился с ним? – перевел тему Акулов.

– Закинул удочку, – уклончиво ответил Тулуп. – Он человек закрытый.

– У него есть девушка.

Тулуп удивленно уставился на Акулова.

– Почему я это знаю, а ты нет? – пришло время удивиться Акулову. – Еще скажи, что ты с этой девочкой не знаком. Всю библиотеку с ней обсидели.

Тулуп хлопал глазами.

– Маша?

У него не укладывалось в голове, что умная девочка-хохотушка могла встречаться с мрачным, постоянно огрызающимся типом вроде Бурова.

Да даже если встречалась, как? Когда? Почему за три года он ни разу не видел их вместе, город ведь маленький, все знают, кто с кем и сколько раз спал.

– Чудны дела, – покачал головой Акулов. – Что бы ты без меня делал, тетеря.

Тулуп нахмурился, хотел было возразить, но Акулов нетерпеливо махнул рукой:

– Через Машу попробуй к нему подкатить.

– Не получится, я сказал, что всего две недели в городе.

Акулов хотел что-то сказать, но не нашел подходящих слов.

– Зачем?

– Само получилось. Надо было как-то завести разговор с ним в загсе.

– А после никак? Он всю ночь глушил настойки в баре, лучшего места для знакомства не найти.

Тулуп мысленно отругал себя, что поспешил, надо было срочно исправлять ситуацию.

– Мне кажется, он сам нам ничего не скажет, надо искать по-другому.

– Делай свое дело.

Тулуп ненавидел, когда Акулов так говорил, ничего хорошего за этим не следовало.

– Тогда я пойду.

– Иди.

Дверь в кабинет закрылась громче, чем хотелось, оставив Тулупа одного со своими мыслями. Надо было написать Маше, узнать у нее все про Бурова. Главное, не испугать ее лишними вопросами.

«А ты с Буровым давно встречаешься?» – написал Тулуп в чате.

«Внезапный вопрос. – Маша всегда сразу отвечала на сообщения. – Класса с шестого, а что?»

Тулуп задумался. Укол ревности, ворох мыслей. Как он вообще пропустил это все?

«А он как вообще?» – По ходу дела вырулит на нужную ему тему.

«Тяжело, – честно написала Маша. – Он и так не подарок, а тут отец умер, вообще закрылся».

«Я с ним вчера познакомился. – Тулуп немного подумал и добавил: – Выглядел устало».

«Не спит почти. – Маша так легко рассказывала о нем. – Мы с ним вообще в последнее время мало общаемся, только в переписке. Экзамены у него, у меня. В общем, не лучший период».

Тулуп не нашелся что написать дальше, убрал телефон. Пришло уведомление о новом сообщении.

«Хочешь с нами сегодня в горы сходить? – спросила Маша. – Мы недалеко, только одевайся теплее, там сейчас снега навалило».

Тулуп сразу согласился. Осталось только придумать, как свести его легенду и то, что они с Машей уже давно знакомы.

Маша сообщила, что встречаются они возле «Горки», еще раз напомнила, что с собой надо взять теплую одежду, и посоветовала не бояться Ярослава, поскольку он только на первый взгляд хмурый, а вообще душка.

– Удушка, – проворчал под нос Тулуп, выкапывая на складе Акулова зимние вещи.

Возле «Горки» стояла машина, тоже черная, как у Тулупа, но больше в несколько раз. Возле машины возился Буров и бегала кругами Маша.

– Я очень хочу фото в лесу, ты положил плед?

– Положил.

– А термос?

– И термос.

Маша радостно прыгала вокруг.

– Кстати. – Она увидела Тулупа. – С нами еще кое-кто поедет.

– Кто? – Буров резко выпрямился и ударился головой о дверцу машины.

– Тулуп, я его с нами позвала.

Буров мрачно уставился на девушку, перевел взгляд на подошедшего Тулупа и снова стал копаться в машине.

– Я надеюсь, ты не против, – жалобно мяукнула Маша.

– Ты его уже позвала, – глухо отозвался Буров из недр машины. – Не гнать же теперь.

– Я не помешаю, – заверил Тулуп.

– Поможешь, – заявил Буров. – Фоткать будешь, а то я не умею.

Радостная Маша уселась на переднее сиденье, готовая отправляться.

– Что, моя очередь катать? – Буров посмотрел на Тулупа.

Тот улыбнулся и окинул взглядом машину:

– На такой я еще не катался.

– От отца досталась. – Буров смотрел на машину с какой-то смесью боли и гордости.

– Думаю, он был бы рад, если бы узнал, что машина у тебя.

– Скорее, ругался бы, узнав, что я постоянно сцепление жгу.

Тулуп хохотнул и залез в машину.

Буров водил резко, дергал на старте, внезапно тормозил. Маша несколько раз его одергивала, просила не разгоняться. Когда машина выехала за город, стало легче. По прямой Ярослав быстро набрал скорость и уверенно вел машину к лесу.

– У нас есть любимое место. – Маша перегнулась к Тулупу. – Там елки, лавочка, все очень красиво.

– А главное, – поддержал разговор Буров, – там почти никого нет. Мало кто добирается.

Если бы не Маша, то Тулуп, наверное, решил бы, что его везут закапывать в этом укромном месте. Буров за всю дорогу больше не произнес ни слова, хмурился, что-то ворчал под нос. Маша не обращала на это внимания, развлекая Тулупа разговорами.

Перед тем как свернуть на лесную дорогу, Буров остановил машину, вышел и немного постоял возле деревьев.

– Это он чего? – не понял Тулуп.

– С лесом здоровается, – пояснила Маша. – Отец научил. Теперь каждый раз такой ритуал.

– Я уж подумал, что поссать пошел.

Маша поморщилась:

– Для этого дела он отошел бы, этичный.

Буров что-то говорил, двигая руками в воздухе.

– Его отец верил, – продолжила Маша, – что в лесу живет какая-то сила, если ее попросить, то дорога через лес будет спокойной.

– Сила – это ведьма.

Тулуп оглянулся, не едет ли кто по дороге, – было бы неловко.

– Не, – замотала головой Маша, – эта шарлатанка никакого отношения к силе не имеет. Там что-то древнее живет. Если верить сказкам, конечно.

– А ты веришь?

Маша посмотрела на Тулупа, и по одному только взгляду стало ясно – эти сказки ей уже надоели.

Остаток поездки прошел на удивление спокойно. Буров молча помогал Маше фотографироваться, периодически пихая Тулупа. Маша прыгала по сугробам, обнималась с елками.

Обратно ехала, перебирая фотографии.

– Опять у нас с тобой ни одной общей! – Буров мысленно порадовался Машиному возгласу, он терпеть не мог фотографироваться. – Никто не верит, что мы встречаемся.

– А мы это для кого-то делаем?

Вопрос заставил Машу удивленно посмотреть на него, потом перевести взгляд на Тулупа.

– Мне было бы приятно, – сказала она тихо, – если бы у нас было совместное фото.

– Как-нибудь сделаем. – Он отвечал так каждый раз, когда Маша затрагивала эту тему.

За эту поездку Тулуп понял одно – Буров сам ничего не расскажет, он даже Маше почти ничего не рассказывает. И правильно, если так подумать. Маша радостно сделала бы все народным достоянием. Ей огромного труда стоило не трезвонить везде об их отношениях.

– Скажи, – спросил Тулуп, дождавшись, когда Буров заедет на заправку и выйдет из машины, – а ты хотела бы расстаться с ним?

Маша удивленно посмотрела на Тулупа и замотала головой:

– Да ты чего? Мы столько лет вместе. Да, он странный, но хороший.

Тулуп не стал уточнять, что хорошего в Бурове.

Первой закинули домой Машу. На вопрос, куда завезти Тулупа, тот махнул на «Белое небо».

– На номер раскошелился, – пояснил он. – Они только-только открылись.

– Не слышал, – буркнул Буров.

Перед тем как выйти из машины, Тулуп протиснулся вперед между сиденьями и щелкнул пальцами перед самым носом у Ярослава:

– Забудешь меня.

– Что? Зачем? – не понял Буров.

Тулуп не ответил, молча вылез из машины и ушел, оставив Бурова чесать нос и пытаться понять, что вообще только что произошло.

* * *

– Мне согласовали снос! – заявил Акулов с порога.

– Что? – Тулуп и Кара переглянулись, пытаясь понять, послышалось им или нет.

– «Горке» отправлено официальное уведомление о выселении. – Акулов чуть не подпрыгивал от радости. – Я десять лет этого добивался! А знаешь, что это еще значит?

– Что? – спросил Кара.

– Что мы на верном пути и скоро попадем в Ладный мир! Какой хороший день! Я поехал в офис, не могу пропустить такое!

С этими словами он выбежал из дома, оставив озадаченных Кару и Тулупа переварить информацию.

– А она разве не должна была стать историческим достоянием? – спросил Кара.

– Получается, не стала. – Тулуп не смог сдержать улыбку.

– Уходит эпоха… – меланхолично протянул Кара. – Помню, как я первый раз там остановился, прежде чем к вам попасть.

Тулуп не стал его слушать. Сложно было поверить, но «Горку» на самом деле решили снести. Интересно, о чем в этот момент думал Медведь?

* * *

Буров получил сообщение на телефон, и все проделки качицы тут же померкли. Внимательный Мангуст подвинулся ближе.

– Нашли Дарину? – спросил он.

– «Горку» сносить собрались. – Голос Медведя прозвучал очень тихо, но услышали все.

– В смысле? – Агата наносила на ногу мазь от синяков. – Прямо сейчас будут сносить? Там вещи остались.

– Там люди остались! – рявкнул Медведь так, что все подпрыгнули. – Мне сейчас всех постояльцев надо срочно выселять. Как ему вообще это удалось? «Горка» имела статус неприкосновенности.

– Вода камень точит, сам знаешь, – сказала Мира.

– В нашем случае – короед. – Бурова трясло. – Этот гад готов сделать что угодно, лишь бы подмять под себя весь город! Столько лет ничего не получалось, что же в этот раз произошло? Почему получилось?

Мира молчала, Мангуст стучал пальцами по столу. Агата боялась подать голос. Она чувствовала, как пропавшая Дарина отходит на второй план. Какие тут поиски чужого человека, когда собственная жизнь разваливается?

– Что делаем? – спросил Мангуст, не побоявшись нарушить тишину.

– Поговорим с лесом и едем в «Горку», – ответил Медведь. – Надо узнать, сколько времени они дают на сбор вещей.