Начальник СБ оказался не такой уж и растяпа, как мне подумалось изначально. Тревогу не объявил именно потому, что расставил ловушки в ключевых точках. Ждал, куда я направлюсь, чтобы взять меня с поличным. Тактика тихой охоты — дать зверю почувствовать свободу, а потом загнать в угол.

Транспортник был очевидным местом. Неужели он посчитал, что это единственная возможность для меня покинуть станцию своим ходом, без необходимости просить помощи или пробиваться силой. Хотя наверно любой другой в первую очередь попытался бы добраться до своего корабля, и даже мне пришла в голову такая мысль. Я усмехнулся, с мрачным удовольствием наблюдая за четырьмя киборгами, терпеливо ожидавшими в пустом ангаре. Они стояли неподвижно, лишь изредка поворачивая головы, сканируя пространство ангара своими сенсорами.

Ждите дальше, тупые железяки, — мысленно передал я им привет. — Можете стоять там хоть до следующего тысячелетия. Я там не появлюсь.

Отключился от системы наблюдения, закрыв все соединения и тщательно замаскировав следы своего присутствия в сети.

Вариант с кораблём отпадал. Больше того, теперь я знал, что начальник СБ не дурак и активно меня ищет, просто делает это тихо и без лишнего шума. Это значит, нужно быть ещё осторожнее.

Здесь, в этой вонючей каюте техника-алкоголика, на нижних технических палубах, было намного безопаснее, чем в каюте на собственном корабле.

А забавно, — подумал я с кривой усмешкой, разглядывая грязь на потолке. — Адмирал императорского флота, прячется в грязной каюте на нижних палубах станции, пока киборги службы безопасности караулят его корабль. Вот уж действительно судьба любит пошутить.

Жизнь порой полна иронии, жестокой иронии.

Закрыл глаза, пытаясь расслабиться и ещё поспать. Организм по-прежнему требовал отдыха и сна. Но последнее время мне всё время не давали времени на сон. Вчерашние сутки были изнурительными. Но сон не шёл. Мысли продолжали крутиться в голове, не давая покоя, цепляясь одна за другую.

А ведь начальник СБ сам бы не затеял такую сложную игру, — размышлял я, глядя в темноту. — Или это можно назвать проверкой? Тестом на лояльность?

Уверен, он видел и слышал весь мой разговор с императором, скрытые камеры и микрофоны в камере однозначно были, и начальник СБ имел доступ ко всем записям. А зная содержание того разговора, он прекрасно знал, что император лично заинтересован в моей персоне, он ни за что не сделал бы ни одного шага, не согласовав свои действия с высшим руководством. В данном случае с императором лично.

Слишком хорошо я его изучил за время, проведённое на флоте. Он был осторожен, расчётлив, никогда не рисковал собственной шкурой без крайней необходимости. Такие люди не импровизируют — они действуют строго по инструкциям, по приказам, прикрывая свою задницу на каждом шагу.

Значит, это либо приказ сверху, либо он действует с молчаливого одобрения, — заключил я. — В любом случае игра ведётся на уровне выше, чем простой начальник службы безопасности станции.

Мысли плыли, становились вязкими, расплывчатыми. Усталость брала своё. Я почувствовал, как проваливаюсь в сон, как реальность начинает расслаиваться на странные образы…

Не заметил, как заснул.

В этот раз мне, к счастью, как прошлой ночью никто не мешал, ни киборги с дубинками, ни начальник СБ, ни адмирал. И я с чистой совестью проспал до обеда, погрузившись в глубокий, тяжёлый сон без сновидений.

Уже следующим утром, я решил, что мне несколько дней нормального сна, мне точно не повредят, — потягиваясь на койке и чувствуя, как хрустят затёкшие суставы. — Пусть СБ ищет. У них своё время, у меня своё.

Хотя по факту был уже день, я с удовольствием, почти с радостью, выполнил тренировочный комплекс теней. Разминка, растяжка, дыхательные упражнения, медитация для пси.

Старые навыки возвращались легко, удивительно легко, словно я никогда и не прекращал тренировок. Тело отлично помнило каждое движение. Мышцы налились приятной теплотой, кровь побежала быстрее, разум прояснился, туман усталости рассеялся. Сорок минут интенсивной тренировки и я почувствовал себя живым, собранным, готовым к действию.

Потом хотел принять душ, втиснутый в угол каюты. Но не судьба. Он не работал.

После чего активировал планшет и проверил, что творится на станции.

А на станции творился полный дурдом — хаос, переполох, настоящий улей потревоженных пчёл. Станция практически стояла на ушах. СБ, похоже, проснулось после вчерашней спячки и теперь всем своим составом, мобилизовав каждого сотрудника, искало меня.

Судя по многочисленным отзывам в местной сети станции, по сообщениям в чатах, сотрудники безопасности были необыкновенно злые. Нет, не просто злые — взбешённые, озверевшие. Сообщения пестрели угрозами в адрес неизвестного преступника, обещаниями щедрых вознаграждений за любую информацию, предупреждениями о «крайне опасном преступнике, вооружённом, который не остановится ни перед чем ».

Крайне опасный преступник, — мысленно усмехнулся я, читая очередное предупреждение, — особенно позабавило про вооружённого. — Ну да, конечно. Особенно опасен для киборгов, которые слишком близко подходят. Для них я действительно представляю опасность.

Читать всё это было, признаюсь, занятно. Почти развлекательно. Видеть, как большая машина безопасности мечется в поисках одного разумного, который спокойно сидит в каюте.

У меня сразу, почти мгновенно появилось подозрение относительно причины такой активности. После моего вчерашнего обновления колонки того журналиста император наверняка поинтересовался, как именно я это сумел сделать, находясь в специальной камере для псионов и под присмотром парочки киборгов. Поинтересовался, как статья была обновлена из совершенно изолированного помещения СБ. Он ведь прекрасно понимал, что статью написал не Ральф Рингер, а я.

И здесь выяснилось неприятное. Жуткое, неприятное для начальника СБ. Нужный императору Алекс Мерф, ценный исполнитель или кто я там для него, сбежал. Просто взял и испарился из-под носа службы безопасности.

Представляю, что по этому поводу высказал император начальнику СБ флота, — подумал я, с мстительным удовольствием, представляя себе эту сцену. — Наверняка император не скупился на эпитеты и на угрозы. Император не из тех, кто спокойно переносит подобные промахи подчинённых. Особенно когда речь идёт о деле, которое его лично интересует.

Интересно, сколько начальнику СБ дали времени на поиски меня? Сутки? Двое? Неделю? Или уже начали подыскивать ему замену, присматривая кандидатуры на освобождающуюся должность?

И сразу же, видя всю эту суету и панику, я решил никуда не торопиться. А зачем? Здесь мне, как выясняется, не так уж и плохо, и я уже привык к специфическому аромату каюты техника. Мой нос адаптировался, перестал так остро реагировать. Здесь я прибрался. Пахло сейчас не так уже и сильно. Вытяжка, к счастью, работает хорошо. Даже пищевой синтезатор есть в углу, старьё, конечно, полное, но ещё вполне рабочая, как я убедился. Вода бежит из-под крана, плохо, но бежит, жаль что только холодная, душ только не работает, и это плохо, но это я как-нибудь переживу.

Чего ещё желать? — иронично подумалось мне. — Почти курорт.

Из этого древнего синтезатора я извлёк нечто отдалённо напоминающее кофе. Тёмную жидкость с горьким вкусом и слабым кофейным запахом. Синтетика, конечно, но лучше, чем ничего. По крайней мере, тёплая. Жить точно можно здесь пока. Главное, чтобы владелец не вернулся, впрочем, ему точно станет плохо после того, как он увидит, что я здесь прибрался.

СБ методично, с немецкой тщательностью, прочёсывало жилые секторы, все пустующие каюты в них каюты, методично каюту за каютой. Проверяло все возможные места, где можно было отсидеться, разные вспомогательные узлы, вроде насосных станций. Пустые ангары. Опрашивало, судя по комментариям в сети, моих знакомых, на предмет не видел ли кто меня, не обращался ли я к ним за помощью, а также тех, кто мог что-то видеть или слышать.

Работали на удивление тщательно, профессионально, не жалея времени и усилий. Но совершенно в неправильном направлении. Они искали беглеца, который пытается покинуть станцию, который стремится сбежать отсюда как можно дальше, который ищет способ улететь.

А я не собирался станцию покидать. Совсем. Наоборот, я планировал остаться здесь надолго, пока не выясню, что случилось с моей семьёй.

Ищите, ищите, — мысленно подбодрил я сотрудников СБ. — Чем дольше ищете не там, тем больше времени у меня.

Глупо было бы, конечно, полагать, что это продлится вечно. Рано или поздно — скорее рано, чем поздно — кто-нибудь из них додумается провести тотальную проверку не только жилых секторов, но и технических уровней. Начнут проверять каюты технического персонала, складские помещения, подсобки. И тогда могут нарваться на меня.

Но пока у меня есть время. Время подумать, время спланировать, время действовать.

Мне нужен был план. Не просто план побега — таких вариантов, я мог набросать добрый десяток за полчаса, с запасными вариантами и аварийными выходами. Украсть челнок, пробраться на торговое судно, подкупить капитана частника, взломать систему безопасности дока — вариантов масса.

Мне нужен был план. План, которого у меня не было. План, который вернёт мне семью.

Факты. Начнём с фактов.

Факт первый: Императору нужна моя персона, и я бы сказал, очень нужна. Срочно нужна. Зачем — понятно даже ребёнку. Он думает, он считает, что я сумею вытащить её племянницу из аварской тюрьмы. Честно говоря, это похоже на жест отчаянья. Потому что, как я понимаю, они уже перепробовали всё, что было возможно. Аварцы в ответ только радостно потирают руки и зовут вновь в гости. Ведь, как я понял, от главы дипломатической службы, каждая такая попытка обходиться весьма недёшево империи. Это если не считать потери. Я имею в виду компенсации, которые приходится выплачивать аварцам после каждой из таких попыток.

Вот только с императором было всё совсем непросто. Меня прежде всего интересовал вопрос, а что он, собственно, сделает со мной после операции? Ведь неизвестно, какой она получится — эта операция. Далеко не факт, что там всё сложиться так, как утверждает имперский псион. И я могу оказаться совсем не тем диким, который им нужен. Или просто псион уже старый и увидел что–то не то. Сам император говорил об этом. Что псион совсем плох становится. Похоже, тому уже много лет.

Впрочем, волновал меня и совсем другой вопрос, связанный напрямую с императором. И этот вопрос звучал так — А доверяет ли мне император? Судя по тому, что он приставил ко мне тёщу и Багиру явно не доверяет. Думаю, он прекрасно понимает, что вдвоём они не представляют для меня угрозу и при сильном желании я решу с ними вопрос. Впрочем, я постарался поставить себя на его место и вскоре понял, что я бы тоже не доверял, тому, кто отказался вернуться, по его приказу, и тому, кто удрал от посланного за ним имперского спецназа. Тому, кто потом сам появился на флотской станции и сбежал почти сразу. Вот только почему и зачем он мне вернул адмиральские погоны и титул? Ответа на этот вопрос у меня не было. На мой взгляд, это было совсем нелогично. Но я не император и мне не влезть в его шкуру. Обычно он всегда действовал более прямолинейно. Делал всё так, как считал нужным. Что сделает сейчас, после моего побега? Ответов на эти вопросы у меня не было. Одно для себя я понял точно, я бы точно на месте императора не отправил такого как я, на операцию по спасению единственной племянницы. Ведь неизвестно что я, такой непредсказуемый, там выкину. Доверил бы я ему корабли или нет? И ответил сам себе однозначно. Нет не доверил бы. Вдруг я уже работаю на аварцев и прилетел сюда по их заданию? Честно говоря, прилетев сюда, я сильно рассчитывал как–то утрясти все разногласия и вернуть семью, но сейчас, всё взвесив, понимал, что всё идёт скорее к обратному результату. С непредсказуемыми последствиями.

Факт второй: СБ получило приказ найти меня живым и желательно невредимым — иначе давно объявили бы меня террористом, диверсантом и ещё непонятно кем. А пока только объявили просто опасным преступником. Можно сказать, ласково назвали, почти с нежностью.

Так и что дальше? — спросил я себя, перебирая в голове варианты.

На след жён я так и не напал, как ни пытался вчера. Они исчезли со станции. Здесь нет никаких записей их перемещений после определённого момента, никаких следов в базах данных, словно они исчезли со станции в один миг. Мой личный челнок, на котором мы прибыли, взорван примерно в это же время. Кто-то очень, очень старался, чтобы они не могли покинуть станцию на нём. Саботаж, подрыв, уничтожение. Для меня сейчас было очевидно, что всё это, звенья одной цепи событий.

Почему и зачем так? Ответить на этот вопрос было сложно, почти невозможно, если не знать, что именно происходило тогда на станции, и не только здесь, а ещё и в столице. Вот только слишком много времени после этого прошло.

Идём дальше, — продолжил я мысленный анализ.

Академик явно замешан в интригах на станции, это было очевидно из его поведения. Мой тесть и адмирал, находится под подозрением. Под них явно готовиться обвинения в коррупции, в злоупотреблениях, в саботаже, хотя это явная, грубая подстава. Вопрос ключевой: кто стоит за всем этим? Кто дёргает за ниточки?

Академик? Вряд ли сам. При всём моём неуважении к нему у него не хватило бы мозгов на такую сложную, многоходовую комбинацию. Хотя он в академии преподавал раньше? Кто знает, на что он способен. Хотя он больше похож на исполнителя, на марионетку в чьих-то опытных руках, которую двигают по доске более умные игроки. Может этот главный дипломат империи стоит за ним? Чего он вдруг нарисовался? Возможно, но он ничего не говорил про него.

Если не он, тогда кто? Командование имперских флотов? Возможно, но зачем. У них есть все возможности для этого. Им по какой-то причине зачем-то нужна смена руководства восьмого флота. Зачем и почему — непонятно.

Наверняка раньше, много лет назад, тесть занял свою должность в командовании флотом не просто так, не по одним заслугам. Этому обстоятельству явно поспособствовала тёща, дама с серьёзными связями при дворце императора. Использовав нужные связи, правильные контакты, она пробила ему эту должность.

А сейчас она в опале у императора, вернее, была в опале. Император её отстранил, отодвинул, лишил прежнего влияния. Хотя, император, похоже, решил, что этой опале пора заканчиваться. Время прошло, урок усвоен. И отправил её сюда, на станцию, возможно, как знак примирения? Он прекрасно понимает, что она на себе будет лифчики рвать и сделает всё, чтобы я никуда не исчез. Вот только я уже исчез. Но вряд ли она сможет сейчас помочь тестю в случае серьёзных проблем у него. У неё уже нет той власти, того влияния, которое было раньше.

С другой стороны, сколько можно сидеть в командовании? Десять лет? Пятнадцать? Уйдёт тесть в отставку по возрасту или по собственному желанию — ничего страшного не случится. Молодым тоже надо давать дорогу. Так, всегда было, так будет и дальше.

Хотя заметил я с иронией, — Академик не моложе тестя и командующего флотом. Они все примерно одного возраста, с небольшой разницей в несколько лет.

Честно говоря, я думал в прошлый раз, что я закрыл тему с Академиком навсегда, но он оказался чрезвычайно скользок, живуч, как таракан после ядерного удара. Вывернулся, выкрутился, избежал наказания и вернулся.

Но ещё больше я был уверен, что за ним стоят весьма серьёзные разумные — влиятельные разумные из каких-то мощных, старинных кланов в столице империи. Они и продвигают его вновь на адмиральское кресло, используя свои связи, своё влияние, свои ресурсы.

Вот только кто эти разумные и что за кланы — я не знал. Совершенно не представлял. В этой придворной, клановой политике я разбирался плохо. Даже не интересовался никогда. Я умел воевать, командовать, но не плести интриги в столичных салонах.

Да и связей в столице у меня, если честно, практически не было. Если, конечно, исключить две фигуры: главу имперской безопасности и самого императора. Но с обоими отношения были сложными.

Глава имперской безопасности? Почему-то я был абсолютно уверен, что именно по его приказу мне поменяли внешность и отправили на Авар, а не по приказу императора, как официально говорилось.

Эти мои убеждения подтверждались тем фактом, что именно его голос, я услышал первым, когда пришёл в себя в медицинской капсуле, летя к Авару на неизвестном транспорте.

Так много вопросов, — подумал я, открывая глаза и делая глоток остывшего напитка. — И так мало ответов. Нужно копать глубже. Нужно…