Чтобы понять личность Луи-Венсена Тардана, надо обратиться к его семейному окружению, которое было описано в 1887 г. Анри-Алексисом Тарданом [Henri Alexis Tardent] (1853–1929) в письме к его дальнему кузену в Париже[183]. Будучи сыном Жака Давида Тардана-Шери [Jacques David Tardent-Chérix] (1757–1828) и Мариан Шери [Marianne Chérix] (1757–1800), Луи-Венсен находился больше под влиянием своего деда, Давида Иосиаса Тардана-Мартена [David Josias Tardent-Martin] (1737–1819), чем своего отца. Его дед, родившийся в Сепе [Sépey] в приходе Нижнего Ормона [Ormont-Dessous], в 1756 г. женился на Эстер Мартен [Esther Martin] (17321799) родом из того же прихода. В 1760 г. он открыл школу в своей родной деревушке, где он использовал новые методы преподавания, что обеспокоило власти, которые считали его излишне новатором. Это, без сомнения, явилось причиной, по которой он уехал, чтобы занять пост учителя младших классов в школе в деревне Шерне [Chernex] в приходе Монтрё. Но и там он очень быстро привлек

к себе внимание. Наделенный великолепной памятью, он проявлял любознательность и имел хорошие знания в математике и в естественных науках, особенно в ботанике. Прочитав Руссо, роман которого «Эмиль, или О воспитании» только что был опубликован в 1762 г., он заинтересовался активной педагогикой, отказавшись от преподавательской рутины своей эпохи. Его быстро заметили, и это привело к тому, что ему предложили в 1771 г. стать главным учителей в колледже в Веве – городе, в котором хотели провести реформу школьного обучения. Давид Иосиас Тардан-Мартиен, пользуясь авторитетом и уважением, применял свой талант педагога в течение 44 лет, вплоть до 1815 г. Результаты его педагогической практики нашли свое отражение в книге «Краткая история Гельвеции или Швейцарии» (Лозанна: Игну), которую он опубликовал в 1809 г. Перед этим он внес вклад в распространение книги «Общие принципы для всех лиц, которые изучают орфографию, не зная латыни», написанной женевцем Жаном Исааком Дюраном [Jean Isaac Durand] и опубликованной впервые в Женеве в 1755 г. Эта книга имела большой успех, так что в 1814 г. в Лозанне у типографа Игну появилось ее шестое издание.

Старший сын Давида Иосиаса, Жак Давид Тар дан [Jacques David Tardent] (1757–1828), отец Луи-Венсена, в 1779 г. женился на Мариан Шери [Marianne Chérix] (1757–1800) из Бе [Bex] и был по профессии сапожником[184] в Веве. Он быстро превратился в алкоголика, и его грубый язык отражал его пристрастия, как свидетельствует об этом Франсуа-Давид Нуар, который имел случай встретиться с ним в Лозанне в момент отъезда группы в Шабаг. Франсуа-Давид подчеркнул это в своем дневнике: «Отец Тардана отдавал мне приказы в такой вульгарной и грубой манере, что я вынужден был поставить его на место»[185].

Имея высокий рост, Жак Давид Тардан был тамбурмажором в вевейской милиции. Будучи старшим из тринадцати детей, половина из которых умерли на первом году своей жизни, он имел в живых только одного брата и двух сестер в момент смерти своего отца в 1820 г. В своем завещании от 22 июля 1819 г. последний, учитывая пристрастие своего сына, принял все необходимые меры. Он оставил детям капитал в 26000 франков того времени, но добавил одно условие по отношению к старшему, «принимая во внимание возможность, что тот не сможет управлять своей частью»[186]. Он попросил судью не давать тому ничего, кроме процентов с унаследованной суммы, боясь, что тот ее быстро растратит. Итак, начиная с 1825 г. мировой суд округа Веве определил Жаку Давиду опекуна Даниеля Монне [Daniel Monnet], «без помощи которого господин Тардан не может действовать в случаях, упомянутых в статье 229 Гражданского кодекса»[187], а это значит «подавать жалобы, заключать сделки, занимать деньги, получать оборотный капитал, давать расписки, отчуждать свое имущество или отягощать его ипотекой». Это не помешало Жаку Давиду Тардану умереть в нищете около 1828 г.

Полной противоположностью отцу-алкоголику были дяди и тети Луи-Венсена Тардана, интересующиеся искусством и наукой и относящиеся к культурному обществу Веве. Несомненно, новаторские принципы образования Давида Иосиаса Тардана оказали хорошее влияние на его дочерей и сыновей. Таким образом, из шести дядей и теть Луи-Венсена, достигших взрослого возраста, Сюзанна Мари [Suzanne Marie] (1759–1815) покинула Веве в возрасте 21 года, чтобы стать воспитательницей юных принцесс из семьи герцога Анхальт-Дессау в Дессау в Верхнем Саксе, где она работала вплоть до 1808 г., а затем окончила свои дни в Веве. Луиза (1775–1853) пошла по стопам старшей сестры и тоже стала воспитательницей в Дессау в семье военного писателя Георга Генриха фон Беренхорст фон Бюлоу [Georg Heinrich Berenhorst von Bülow] (1733–1814), а затем в семье герцога, где и закончила свою жизнь. Третья сестра – Жанн Эстэр [Jeanne Esther] (1768–1842) вышла замуж в 1791 г. за Жака Бювело [Jacques Buvelot] (17701842) из Ниона, ставшего в 1820 г. биржевым агентом и куртье в Веве.

Из трех братьев Жака Давида первый брат, Жан Давид [Jean David] (1769–1793), умерший в возрасте 24 лет, был лейтенантом в полку Веве и преподавателем каллиграфии в коллеже города. Второй брат Шарль [Charles] (1779–1825) был по профессии бухгалтером в Берлине, но переехал в конце своей жизни в Веве. Наконец, третий брат – Луи Марк Самюель [Louis Marc Samuel] [(17721801) – умер в возрасте 29 лет. Но он успел за свою короткую жизнь организовать немецкую церковь в Веве, стать директором хора и чтецом во французской церкви во Франкфурте, а затем пастором прихода Ярльдорф в Дармштате.

Итак, это была семья предприимчивых людей, хорошо образованных и интересующихся искусством, в которой родился и рос в Веве тот, что впоследствии стал основателем водуазской колонии Шабаг. Будучи культурными и хорошо образованными людьми, его дяди и тети без колебаний покидали свою страну. Особенно их привлекали страны с немецким языком, где они занимались такими профессиями, как преподавание, бухгалтерия или пасторство. При этом они сохраняли свои вевейские связи между многочисленными родственниками.

Луи-Венсен жил в Веве до тридцатипятилетнего возраста. Алкоголизм отца и тот факт, что Луи-Венсен остался единственным из своих братьев, кто выжил, объясняет и то, почему его образованием занялся его дед. Последний нашел в нем «не только наследника, но и того, кто способен хорошо продолжить его дело, так как внук обладал похожим характером, был такого же маленького роста и так же элегантно одевался, имел выразительные глаза и моральные и интеллектуальные достоинства»[188].

Он также унаследовал от своего деда любознательность. Интересуясь новыми течениями в педагогике, дед отправил его учиться в Институт для юношей, который открыл в Ивердоне в 1804 г. Иохан Генрих Песталоцци [Johann Heinrich Pestalozzi] (17641827). Луи-Венсен завоевал уважение Песталоцци, с которым переписывался вплоть до смерти великого педагога. Благодаря помощи своего деда, Луи-Венсен в 1805 г. тоже стал учителем начальной школы в коллеже в Веве, где он получил пост преподавателя естествознания и каллиграфии, который занимал до 1813 г. Как и его дед, который, возможно, и приобщил его к этому, он интересовался ботаникой и в 1819 г. стал членом Водуазского общества естествознания. Любя музыку и пение, он также участвовал в организации Музыкального общества Веве. А в мае 1807 г. он открыл свой Институт для юношей[189], которым он руководил, использую методы преподавания Института в Ивердоне. Как было указано в проспекте Института, созданного Тарданом, в программу включались «уроки, построенные и по традиционной методике, и по методике знаменитого Песталоцци».

В 1806 г. Луи-Венсен женился в Веве на Сюзанне Генриетте Урании Гранжан [Suzanne Henriette Uranie Grandjean] (17891852), отец которой Шарль Огюст [Charles August] был «фабрикантом» часов, жившим в Веве. Отец Урании женился на англичанке, которая была учительницей в школе и с которой он в конце концов разошелся. Уранию он отправил в школу в Базеле, где она получила хорошее образование и выучила несколько языков. В семье Луи-Венсена Тардана и Урании было десять детей, восемь из которых родились в Веве. Вполне возможно, что и этот фактор большой семьи толкнул его к эмиграции в поисках лучших заработков. Возможно также, что алкоголизм отца и смерть деда (1820) тоже подтолкнули его на поиски новых горизонтов. Надо добавить к этому и деловую жилку Тардана, которая привела его к тому, что он стал руководителем проекта колонии.