Еще один пример неудавшейся попытки переселения в Новороссию швейцарских ремесленников содержится в д. 464, ф. 383 Первого департамента Министерства государственных имуществ[90]. Это дело носит название «По письму иностранца Бихлера о дозволении 1000 семействам швейцарских ремесленников переселиться собственным иждивением в Южные края России. Нач.: 13 февраля 1820 г. Конч. 16 ноября 1820 г.».

Швейцарский проповедник Иоганн Бихлер, приехавший в Одессу и связанный с Евангелической общиной Южного края России, обратился в Министерство внутренних дел с предложением организовать переселение из Швейцарии от 500 до 1000 семейств ремесленников, художников и фабрикантов. Он особо подчеркнул присутствие среди желающих переселиться на Юг России фабрикантов хлопчатобумажных тканей, которые являлись людьми зажиточными, трудолюбивыми и благочестивыми. Бихлер привел в качестве аргумента, что они будут послушными подданными российского императора.

Из письма Бихлера видно, что он был хорошо осведомлен о ситуации со свободными землями в Южном крае России, так как сразу указывал земли, которые интересовали швейцарцев. Это были необработанные казенные земли около Очакова и Овидиополя, которые швейцарские колонисты могли бы привести в цветущее состояние. Видимо, хорошо знакомый с законами, Бихлер просил отвести каждой семье по 60 десятин земли, подчеркивая, что переселенцы не просят никакой ссуды у русского правительства и будут переселяться полностью за свой счет.

В качестве остальных условий переселения Бихлер также называл требования, которые соответствовали российским законам и показывали, что это переселение было продумано. Так, он просил:

– даровать швейцарским переселенцам права, которыми пользуются иностранные колонисты в России, т. е. свободные выборы своих начальников, свободное богослужение;

– заранее указать, сколько земли будет отведено, чтобы переселилось именно столько семейств, сколько будет земли, во избежание трудностей и споров;

– разрешить свободный провоз инструментов, материалов и товаров, необходимых для работы ремесленников и фабрикантов;

– снабдить переселенцев паспортами, чтобы они могли быстро и легко переехать границу и перевезти необходимое имущество.

Интересно и последнее условие, высказанное Бихлером – протестантским проповедником. Это просьба о том, чтобы у колонистов-католиков священники были бы не из иезуитов.

Рис 1. Карта Новороссии с Очаковым, Овидиополем и Одессой.

За основу взята карта начала XIX в. с сайта: novorossiya-gov.ru

Уже 20 февраля 1820 г., т. е. через неделю после получения письма Бихлера, департамент государственного хозяйства и публичных зданий Министерства внутренних дел подготовил материалы для министра графа В.П. Кочубея, в которых подробно была пересказана просьба Бихлера, а также дана историческая справка о попытках переселения швейцарцев в Новороссию. Кроме этого, из данных материалов можно узнать, что в октябре 1819 г. император лично запретил русским посольствам выдавать паспорта иностранцам, желающим переселиться в Россию или в Царство Польское. Император мотивировал свое решением тем, что в южных регионах России осталось мало свободных казенных земель.

Однако департамент, ссылаясь на решение императора, тут же, фактически противореча императору, дает справку о том, что около Овидиополя имеется более 13000 десятин свободной земли, а около Очакова более 11 000 десятин. В Таврической же губернии не занято около 400 тыс. десятин.

Очевидно, что департамент был заинтересован в переселении швейцарцев на эти земли, так как после всей подробно представленной информации идет решение департамента поддержать просьбу Бихлера. В пользу своего решения департамент выдвигает три серьезных аргумента:

– во-первых, швейцарские колонисты были по профессии в основном ремесленниками и фабрикантами, а это принесло бы несомненную пользу Новороссийскому краю;

– во-вторых, переселенцы не просили никаких денег от русского правительства, а только отвода земли и предоставления всех прав иностранных колонистов;

– в-третьих, и в Херсонской, и в Таврической губерниях имелось достаточное количество свободной земли для поселения швейцарцев.

Думается, что в поисках компромиссного решения и для убеждения императора департамент предложил прежде всего получить его личное разрешение конкретно именно на это переселение и отвести для начала только 30 000 десятин земли. Кроме того, департамент предложил, что поскольку переселяться будут ремесленники и фабриканты, то им надо будет отвести не по 60 десятин, а по 20 десятин. Для земледельцев же в силе останется норма 60 десятин.

Департамент подтвердил, что колонистам будут предоставлены все права для иностранцев, но ни на какую денежную помощь от русского правительства они рассчитывать не могут. Более того, если кто-то из колонистов окажется в трудном материальном положении, то он должен будет идти в работники к зажиточным колонистам.

Видимо, аргументы департамента убедили министра, и через неделю, 27 февраля, последовало его решение, в котором он поддержал предложение департамента своего министерства, при этом особо подчеркивая, что швейцарские переселенцы просят у российского правительства только земли и тех прав, которые уже даны другим иностранным колонистам. Это отличает их от других переселенцев, которые просили у российского правительства прежде всего именно денежной ссуды на переезд и обустройство, что и привело к запрету императора. Граф Кочубей особо подчеркивал, что даже если только половина из желающих переселиться швейцарцев будет ремесленниками и фабрикантами, как это утверждал Бихлер, то одно это принесло бы большую пользу Новороссийскому краю. При этом министр потребовал, чтобы все эти решения были сообщены Бихлеру и чтобы тот подписал документ, что он официально оповещен о правилах переселения.

Уже к середине апреля, т. е. через полтора месяца, было готово решение императора, который, ознакомившись с делом, предложил Попечительному комитету[91] составить расчет, сколько будет стоит переселение швейцарцев в южные регионы России и сколько денег потребуется на обустройство. Эта информация должна была быть сообщена не только желающим переселиться, но и во все посольства и консульства России, чтобы они могли ставить в известность всех претендентов на переселение. Тогда будущие колонисты могли бы рассчитать, достаточно ли у них капитала для переселения.

Император подчеркивал, что эти меры предосторожности необходимо ввести, поскольку уже был негативный опыт, когда русское правительство вынуждено было помогать денежными ссудами прибывшим на границу переселенцам, так как они оказывались в бедственном положении. Думается, что здесь опять император имел в виду переселение швейцарцев под руководством майора Эшера, которое создало для российских министерств много проблем[92].

Уже 30 апреля в Попечительный комитет об иностранных поселенцах Южного края России поступило распоряжение министра внутренних дел собрать подробные сведения о том, какая сумма нужна для переезда из Швейцарии и южных земель Германии в Россию, а также на поселение, обзаведение хозяйством и прокормление одного семейства до первого урожая. Такой счет должен был быть составлен на немецком языке и передан и Бихлеру, и российскому послу в Берне барону Криденеру (Криденер Георг-Александр (1786–1852) – русский посланник в Варшаве, Венеции, Копенгагене и Берлине).

В конце сентября 1820 г. Попечительный комитет послал ответ в Министерство внутренних дел о том, что такой счет составлен и направлен и Бихлеру, и барону Криденеру. Здесь появляется еще одна интересная информация о том, что в расчет бралось переселение не только из Швейцарии, но и из Баварии, из Вюртемберга и из других мест Южной Германии. Так, на проезд одного семейства, состоящего из четырех душ и имеющего пару лошадей, требовалось от 65 до 70 червонных, а на устройство и питание до первой жатвы – еще до 100 червонных.

В этом же ответе Попечительного совета сообщалось, что земли около Очакова и Овидиополя уже определены для поселения 815 семей из Баварии и Виртемберга. Поэтому для швейцарцев оставались только земли в Мелитопольском уезде Таврической губернии, около молочанских (менонитских) колоний, так как там, по мнению Попечительного комитета, было удобное место для строительства разных фабрик[93].

Большой интерес представляют приложения к этому ответу, в которых содержится подробный расчет, во что обходится переезд из Швейцарии и Южной Германии семейства из шести душ.

Рис. 2. Карта Северного Причерноморья с Мелитополем. За основу взята карта с сайта: http://goo.gl/pr3rlY

Общая сумма переезда составляла 1000 российских рублей. Питание до первого урожая (т. е. примерно год) требовало 432 рублей.

В список расходов для обзаведения на месте хозяйством входило:

Строительство дома………………… 300 руб.

Пара лошадей……………………… 150 руб.

Повозка…………………………….35 руб.

Две пары волов……………………. 300 руб.

Плуг………………………………..80 руб.

Корова дойная……………………….40 руб.

Борона……………………………..25 руб.

Пара воловых возов…………………..60 руб.

Мелкие домашние надобности………….78 руб.

Итак, общие расходы на переезд, устройство на месте и питание в течение года составляли 2500 рублей. Причем если переезжало сразу несколько семей, переезд обходился дешевле[94].

Все эти сведения были сообщены Бихлеру, которого удовлетворили расчеты Попечительного комитета, и он просил, чтобы российское посольство выдало паспорта швейцарским колонистам.

Последний документ в деле датирован 16 ноября 1820 г. В нем говорится, что проект Бихлера оставлен, так как поступила просьба от швейцарца Тардана о поселении его соотечественников в Бессарабии около Аккермана. Поэтому начато новое дело, а дело Бихлера закрыто.

Рис. 3. Карта Бессарабии 1914 г. с Аккерманом, Одессой и Шабагом. За основу взята карта с сайта: wiki-org.ru/wiki/Бессарабская губерния (https://upload.wikimedia.org/wikipedia/commons/e/ed/Bessarabia_1914.png)

Пока еще остается загадкой, почему проект Луи-Венсена Тардана (17871836), винодела и ботаника из Веве (кантон Во), помешал осуществлению проекта Бихлера, ведь оба этих проекта касались совершенно разных групп колонистов и разных регионов Северного Причерноморья.

Но для этого необходимо еще изучить дополнительные документы о переселении виноделов из кантона Во в окрестности Аккермана.