Благодаря личности и авторитету Лагарпа, кантон Во занимал главное место в швейцарской эмиграции в Россию. Лагарп входил в число тех, кто активно способствовал этому движению. Но в чем же была особенность кантона Во? В начале ХIХ в. бывшая Страна Во только что вошла в состав швейцарской Конфедерации. Эта территория около озеро Леман (Страна Во. – Прим. пер), находящаяся под управлением олигархической бернской республики, благодаря некоторым политикам, в том числе и Лагарпу, была освобождена в 1798 г. при вторжении французской армии. Кантон Во стал Леманской республикой. По модели Франции была организована Гельветическая республика, «единая и нераздельная», в которую вошла и Леманская республика. Границы кантонов были изменены, все кантоны потеряли свою автономию и были низведены до ранга префектур. В то же время были проведены важные реформы, некоторые из которых легли в основу создания отдельных швейцарских учреждений 1848 г.
В эти годы Швейцария превратилась в поле европейской битвы. Она стала предметом раздора между «федералистами» – сторонниками старого порядка – и «централистами» – адептами республики и в своем большинстве выходцами из бывших зависимых территорий – «территориальных субъектов» (до 1798 г. в соответствии с территориальной политикой Швейцарии существовали территории, «страны», зависимые от сильных городов-кантонов. Так, Страна Во находилась под управлением Берна. – Прим. пер).
В то время как хаос угрожал разрушить Швейцарию, Бонапарт, который захватил власть в Париже и не хотел иметь такой бурлящий источник нестабильности у подножия Альп, навязал Швейцарии в 1803 г. Акт посредничества [Acte de Médiation] (федеральная конституция Швейцарии, выработанная Наполеоном вместе с представителями двух основных швейцарских партий. Она положила конец централизованной власти и позволила образовать союзное государство из 19 кантонов. – Прим. пер.).
Этот Акт утвердил существование кантонов, ставших свободными в 1798 г., и создал из них настоящие кантоны, равноправные с другими, восстановив таким образом систему федерализма. Именно с этого времени кантон Во стал полноправным членом Конфедерации, и его благодарность Бонапарту была безмерной.
Власти кантона сразу же взялись за дело и создали административную систему, которой ему не хватало. Их деятельность направляла одна главная идея: показать, что независимость кантона является заслуженной и что он достоин того места, которое он занял. Чтобы доказать, что кантон не нуждается в бернском руководстве, власти создали такие институты, которые позволили обеспечить свою самостоятельность: армию, способную защищать новое государство, и Большой совет (законодательный орган кантона. – Прим. пер.). Последний был создан путем выборов, причем как ярые сторонники революции, так и сторонники бернского режима оказались в нем в значительном меньшинстве. Власти кантона также установили достаточно демократичные институционные рамки, которые позволяли максимально приблизиться к умеренности. И наконец, благодаря рачительному управлению общественными средствами и экономике, основанной на свободном обмене, правительство кантона Во укрепило его финансовую независимость, которая должна была сопровождаться независимостью политической.
При таком положении дел и под покровительством Наполеона кантон Во мог спокойно пережить период действия Акта посредничества, будучи защищенным от бернских амбиций. Поэтому поражение, которое было нанесено Наполеону в Лейпциге в 1813 г., произвело эффект шока в Лозанне. Всех беспокоила судьба молодого кантона.
Правительство кантона находилось в полной растерянности. Поддерживаемые австрийцами, власти Берна не теряли времени и призвали своих бывших сторонников из кантонов Во и Аргау в кратчайшие сроки объединиться под их руководством. В кантоне Во возникли затруднения с выработкой единого решения.
Положение спасло предложение одного из членов правительства – Анри Моно [Henri Monod] (1753–1833), понимавшего выгоду, которую мог извлечь его кантон из дружбы Лагарпа с Александром I. Анри Моно обратился напрямую к императору. Последствия хорошо известны[61].
Александр пообещал, несмотря на его ненависть к Наполеону, не трогать того, что тот создал для Швейцарии. Многочисленные выходцы из кантона Во, находившиеся в окружении Александра, «водуазское» образование, которое получили он, его братья и сестры, создали прочные связи, выдерживающие любые испытания. Не забудем присутствия среди военных советников Александра другого знаменитого водуазца – барона Анри Антуана Жомини. С помощью графа Иоанна Каподистрии [Jean Capo d’Istria] (1776–1831) царь настоял на сохранении кантонов, созданных в 1803 г. Поддерживаемый Меттернихом, Берн активно протестовал, создал альянс бывших патрицианских кантонов (Берн, Люцерн, Золотурн и Фрибург – средневековые города-государства, которые имели особую систему управления патрициями-олигархами. – Прим. пер.) для противостояния этому решению, но в результате ничего не смог сделать. Венский конгресс признал независимость кантонов Во, Аргау и Тичино.