Одним из интереснейших и весьма важных письменных источников по истории народов Юга Восточной Европы в эпоху раннего Средневековья является знаменитая «Армянская география» VII в. («Ашхарацуйц»). Существует две редакции данного текста, приписываемого ранее Мовсесу Хоренаци, а впоследствии Ананию Ширакаци: краткая и пространная. Краткая была издана К. П. Паткановым на русском языке в 1877 г., пространная – на французском А. Сукри в 1881 г. Сопоставление двух редакций впервые было сделано К. П. Паткановым в специальной статье 1883 г.[2]
Для нас наиболее интересным является пассаж с описанием народов, населяющих Азиатскую Сарматию. В краткой редакции он звучит следующим образом:
«Сарматия (азиатская) отделяется от своей половины (европейской) восточными оконечностями горы Рипия, рекою Тоназис, морем Меотис, и простирается вдоль Кавказских гор у Грузии и Албании до Каспийского моря.
В Сарматии находятся горы Гиппийские и Кераунские и другие; много рек, в числе их Этиль с 70 рукавами (или притоками), на котором защищается (укрепляется) народ Басилы.
Следующие народы живут в Сарматии: 1) Хазары, 2) Буши, 3) Баслики (Барсилы, Басилы), 4) Апшеги, 5) Ап-хазы, 6) Царственные Сарматы, 7) Иппофаги, 8) Нахчаматьяны, 9) Фтирофаги, 10) Сюрикийцы, 11) Митрикийцы, 12) Амазонки, 13) Аланы, 14) Хебуры (var. Хебары), 15) Кудеты, 16) Скюмы, 17) Аргаветы, 18) Марголы, 19) Такоци (var. Такры), 20) Аргозы, 21) Дачаны, 22) Пинчи, 23) Двалы, 24) Гунны, 25) Воспуры, 26) Цанары, в земле которых проходы Аланский и Цекан, 27) Туши, 28) Хуши, 29) Кусты, 30) Людоеды, 31) Цхаваты, 32) Гудамакары, 33) Дуичики, 34) Дидоцы (var. Дигои), 35) Леки, 36) Катапастианы, 37) Агутаканы, 38) Хенуты (var. Хенуки), 39) Шилы, 40) Чигбы, 41) Хегайк (можно транскрибировать: Хелы), 42) Каспы, 43) Пухи, 44) Ширваны, 45) Хсраны, 46) Таваспары, 47) Хечматаки, 48) Ижамахи, 49) Пасхи, 50) Пусхи, 51) Пиконаки, 52) Баканы, 53) Маскуты, у самого Каспийского моря, куда доходят отроги Кавказа и где воздвигнута Дербентская стена, громадная твердыня в море. Севернее живут Гунны, у которых город Вара-чан и другие города. Царь севера называется хаган. Он владыка Хазар. Царица же, жена хагана, происходит из народа Басилов».
В пространной редакции добавляется значительное количество деталей:
«18-я страна Азии, азиатская половина Сарматии, граничит восточными оконечностями гор Рипия, рекой Танаисом, морем Меотис, проливом, соединяющим его с Понтом Евксинским; далее на восток берегами того же моря (Понта) до впадения в него реки Коракса, то есть, вороны (Ингур?); далее Кавказскими горами, прилегающими к Грузии и Албании до Каспийского мора и до впадения в него реки Соанас (Сунджи?). О такой реке нигде не слыхать. В Сарматии лежат горы Кераунские и Иппийские, которые выпускают из себя пять рек, впадающих в Меотийское море. Из Кавказа текут две реки: Валданис (Vardanes, то есть Кубань), текущая до горы Кракс (Согах), которая начинается у Кавказа и тянется на северо-запад между Меотисом и Понтом. Другая река, Псевхрос (Phychrus) отделяет Босфор от тех мест (?), где находится городок Никопс.
К северу от них (ней) живут народы Турков и Болгар, которые именуются по названиям рек: Купи-Булгар, Дучи-Булкар, Огхондор (Woghkhondor) Блкар – пришельцы, Чдар-Болкар. Эти названия чужды Птоломею. Из Гиппийских гор бежал сын Худбадра (читай: Хубраата, как выше). Между Болгарами и Понтийским морем живут народы: Гарши, Куты и Сваны до города Питииунта (Pityus) на морском берегу страны Авазов (Abasgi), где живут Апшилы и Абхазы до приморского своего города Севастополиса (Dioscurias), и далее до реки Дракона, текущей из Агван (не Албания) и отделяющей Абхазию от страны Егер. Там находятся области 46 народов. На север в смежности с Неизвестною землей живут: 1) Царственные Сарматы и 2) Гиппофаги. К западу (или у устьев) от Танаиса живут 3) Нахчаматьяны и другой народ, 4) Кларджи; далее, 5) Суракийцы, затем 6) область Мидосдесен. Далее, к востоку от Кераунских гор, живут 7) Амазонки, воинственные женщины, до реки Ира (читай: Ра), которая вытекает на севере в Неизвестной стране двумя истоками, которые затем соединяются, и дойдя до Гиппийских гор, выделяют из себя рукав к реке Танаису, впадающему в море Меотис. Остальная часть поворачивает к востоку у гор Кераунских. После того соединяются с нею две реки, текущие из северо-восточных гор Римика (Rhimnici montes) и делают из нее (то есть Волги) реку с семьюдесятью рукавами, которую Турки называют Атль. Среди этой реки находится остров, на котором укрывается народ 8) Бас-лов от сильных народов 9) Хазар и 10) Бушхов, приходящих на зимние пастбища и располагающихся на востоке и на западе реки. Остров называется Черным, потому что он кажется черным от множества Баслов, населяющих его вместе с своими стадами. Птоломей называет его островом Грав (?). Рукава реки Атль за островом снова соединяются и впадают в Каспийское море, отделяя Сарматию от Скифии. К западу от реки, говорит Птоломей, живут народы 11) Адон (Udon), 12) Адандон (Olondae), 13) Сондас (Isondae) и 14) Геруа (Gerrus), соименные рекам (Udon, Alonta, Gerrus), текущим из Кавказа до пределов Албании. Народы в Сарматии распределены следующим образом, начиная с запада и направляясь к востоку. Во-первых, 15) народ Агванов (не Албан), 16) Аштигор на юге. С ними вместе живут 17) Хебуры, 18) Кутеты, 19) Аргвелы, 20) Мардуйлы и 21) Такуйры. За 22) Дигорами в области Ардоз Кавказских гор живут 23) Аланы; откуда течет река Армна (?), которая, направляясь на север и пройдя бесконечные степи, соединяется с Атлем. В тех же горах за Ардозцами живут 24) Дачаны, 26) Двалы, 26) Цехойки, 27) Пурка, 28) Цанарка, в земле которых находятся ворота Аланские и еще другие ворота Кцекен, названные по имени народа. За ними 29) Дуцы и 30) Хужи, 31) Кисты-людоеды, 32) Цхаваты, 33) Гудамакары, 34) Дурцки, 35) Дидои, 36) Леки, 37) Тапатараны, 38) Агутаканы, 39) Хеноки, 40) Шигпы, 41) Чигбы, 42) Пуики. Затем Кавказ делится на два хребта. Один идет по прямому направлению, заключая в себе Ширван и Хсрван до Хорсвема. Другой хребет, выпустив из себя реку Арм (выше названа Армна), текущую прямо на север и впадающую в Атль, идет на северо-восток. В нем живут 43) Таваспары, 44) Хечматаки, 45) Ижмахи, 46) Пасхи, 47) Пусхи, 48) Пюконаки, 49) Баганы, где берет начало длинная стена Абзуд-Кават до болот Алминон (?) и до моря. К северу от этого хребта живет народ 50) Маскутов, на поле Варданиан (читай: Ватния) у Каспийского моря. В этом месте хребет подходить к морю, где находится стена Дербенда (что означает связь и ворота), города Чорского прохода, великой твердыни, построенной среди моря. К северу (от Дербенда) близ моря находится 51) царство Гуннов, на западе у Кавказа город Гуннов, Вараджан, а также города Чунгарс и Мсндр (Семендер). К востоку живут 52) Савиры до реки Талта (читай: Атль), отделяющей азиатскую Сарматию от Скифии, то же что Апахтар или Туркестан. Царь их называется хаган, а царица, жена хагана, хатун».
Дальнейшее исследование этого ценного географического документа, составленного, по определению К. П. Патканова, в первой половине VII в. армянским географом Ананием Ширакаци, продолжилось по двум основным направлениям: источниковедческий анализ текста и интерпретация свидетельств о народностях, населяющих Азиатскую Сарматию и перечисленных «Армянской географией».
В наши задачи не входит рассмотрение первого из упомянутых направлений. Остановимся подробнее на втором – на развитии взглядов на интерпретацию племенных названий, которые могут быть связаны с аланским этносом, и их локализацию на территории Северного Кавказа. Первую подобную попытку предпринял В. Ф. Миллер в своем фундаментальном труде, посвященном лингвистике, этнографии и истории осетин. В специальном экскурсе о болгарах и аланах по сведениям нового (пространного) списка «Армянской географии» он вслед за К. П. Паткановым размещает алан к востоку за дигорами в области Ардоз, отождествляя последнюю с упоминаемой в других армянских источниках страной Артаз. Аланы, по мнению К. П. Патканова и В. Ф. Миллера, находятся на территории проживания современной восточной ветви осетин. К западу от них живут дигорцы, или ас-дигоры (аш-тигоры). При этом К. П. Патканов не отождествляет с аш-тигорами упоминаемое перед ними племя агван (алан), считая его за отдельный народ (см. выше), тогда как В. Ф. Миллер следует за мнением Г. А. Халатьянца, который называет аш-тигоров агванским (аланским) народом. Однако, пишет автор, не следует считать, что армянский географ просто так поместил имя народа агван (алан) в свой перечень. Отождествляя реку Дракон, упоминаемую в пространном списке «Армянской географии», с Кодором, В. Ф. Миллер размещает еще одну ветвь алан в верховьях Кубани.
Таким образом, в своем первом детальном анализе текста «Армянской географии» В. Ф. Миллер выдвинул следующие положения:
1) перечень племенных названий расположен с запада на восток;
2) наиболее западной территорией проживания агван (алан) являются верховья Кубани, где по соседству обитает агванское (аланское) племя аш-тигоров;
3) наименование «аш-тигор» состоит из двух частей – асы и дигоры, причем первым словом (аси) тюркоязычные балкарцы до сих пор называют осетин-дигорцев;
4) аш-тигоры отождествляются с упоминаемыми ниже дигорами, восточнее которых проживают аланы в местности Ардоз (рис. 16).
Дальнейшая интерпретация текста «Ашхарацуйц» фактически развивала или пересматривала эти выдвинутые В. Ф. Миллером положения. Первым из археологов к данным сведениям обратилась В. Б. Деопик (Ковалевская), которая вслед за К. П. Паткановым и В. Ф. Миллером сочла возможным выделить четыре аланских народа в Центральном Предкавказье: агванов (верховья Кубани), ашдигор (осов в Кабарде), дигор (в Западной Осетии) и собственно алан (Восточная Осетия) (рис. 17).
В. А. Кузнецов в своей работе, посвященной аланским племенам Северного Кавказа, выделяет на основании анализа письменных источников два аланских племенных союза (аланы и асы) и размещает асов (дигоров) на западе, а алан (иронов) – на востоке Центрального Предкавказья (Кузнецов, 1962. С. 127–131. Рис. 37). В более поздних работах он рассматривает две племенные группировки – ас-дигоры и аланы-ардозцы, – границей проживания которых является Пятигорье (рис. 18). Первое племенное объединение, по мнению автора, восходит к сарматскому племени сираков, второе – к племени аорсов. Позднее В. А. Кузнецов отказывается от интерпретации племенного названия «аланы» как собирательного этнонима и приходит к мысли, что этнонимы «асы» и «аланы» эквивалентны и обозначают один народ. Впоследствии автор вновь пересматривает свои предыдущие гипотезы, обосновывая существование двух аланских объединений – Алании на западе в верхнем Прикубанье и Асии (включая ас-дигоров) на востоке в верхнем Притеречье.
Точку зрения о том, что неправильно трактовать термин «аланы» как собирательный, включающий в себя разные племенные группировки, последовательно отстаивает Ю. С. Гаглойти, доказывая узкоэтническое значение наименования «аланы». По мнению данного исследователя, все упоминаемые в письменных источниках названия аланских племен являются разными вариантами именования одного племени – алан. Наиболее развернутая аргументация данного тезиса дана в отдельной работе, посвященной анализу текстов двух редакций «Армянской географии» VII в., а также в разделе широко известной монографии данного автора 1966 г. Следуя за упомянутым выше мнением Г. А. Халатьянца, Ю. С. Гаглойти не видит возможности отделять аштигоров от алан, считая их частью единого аланского этноса – ветвью осетиндигорцев.
Новые интерпретации появляются после введения в научный оборот иного прочтения источника, которое было предложено в начале 1970-х гг. академиком С. Т. Еремяном. Составленный на этой основе русский перевод пространной редакции опубликован в хрестоматийном издании армянских источников об аланах, выполненном в 1985 г. под редакцией Р. А. Габриелян. Здесь приводимый выше отрывок, касающийся расселения аланских племен, существенно скорректирован:
«И считаются народами Сарматии начиная с запада на восток так: прежде всего племя Аланов, Аш-Дигор, затем южнее соседи их Хебуры и Кубеты, Аргвелы, т. е. Маргвелы, Скимнии, т. е. Такворы: Аланы позади Дигоров, в стране Ардоз Кавказских гор, откуда вытекает река Армн, которая, идя на север, через безбрежные равнины, сливается в (реку) Атл.
В тех же (Кавказских) горах, после народа Ардоз, проживают племена Рачан, (Пиндж), Двалов, (Хонов), Цхумов, Овсуров, Цанаров, у которых аланские ворота, и другие ворота, называемые Целкан, соименного племени, затем Тушии и Хундзы, и Кусты людоеды, затем Цховаты, Гудамакары, Дурзуки, Дидойцы, Леки, Таваспары, Ахутакан, Хновы, Шилбы, Чилбы, Лбины, Хелы, Каспии, Похи».
Как мы видим, в данном переводе не проводится разделения живущих на западе народов алан и аш-дигор – последние предстают самым западным аланским племенем. Помимо перечисленных выше племенных названий, связываемых с аланским этносом, добавляется новое – овсуры. На соотнесение данного этнонима с принятым в средневековой грузинской литературе названием алан «осы» или «овсы» обратил внимание С. Т. Еремян. Анализ упоминания алан в армянских письменных источниках, в том числе и в новом переводе «Армянской географии VII в.», проведенный Р. А. Габриелян, показывает, что в разное время этноним «аланы» имеет разное значение – в источниках I–IV вв. он скорее является собирательным термином, тогда как с V–VI вв. имя алан становится узкоэтническим. При этом «Армянская география» различает основные компоненты аланского этноса: Ашдигор, Дигор и Двал. Последние, по мнению Ю. С. Гаглойти, могут быть однозначно причислены к скифо-аланскому (осетинскому) этносу (Гаглойти, 2014. С. 10–11). К аланам, как уже говорилось выше, Р. А. Габриелян, вслед за С. Т. Еремяном, относит также народ Овсуры, размещаемый восточнее страны Ардоз среди племен Ра-чан, Пиндж, Двалов, Хонов, Цхумов и Цанаров.
К сведениям «Ашхарацуйц» в связи с выяснением мест проживания аланских племен в Центральном Предкавказье обращались также Е. П. Алексеева и Т. М. Минаева. Первая исследовательница на основе перевода С. Т. Еремяна фактически присоединяется к интерпретации В. Ф. Миллера, считая, что в изучаемых ею верховьях Кубани проживали родственные племена аланов (названных агванами в «Армянской географии») и ашдигоров; вторая, используя старый перевод К. П. Патканова, вслед за Ю. С. Гаглойти не считает возможным разделять алан и аш-тигоров.
В начале 1990-х гг. появляется перевод источника на английский язык, выполненный Р. Хьюсеном. Ему следует один из последних переводов фрагмента текста на русский язык, содержащий описание аланских племен и комментарии к нему, который принадлежит А. Алеманю:
«А в Сарматии находятся, начиная с востока на запад, прежде всего, народ аланов аш-дигор, а затем на юге их соседи хебуры, кудеты, аргвелы – которые маргвелы – и скивны – (которые) тайкуры. За дигорами находятся аланы в стране Ардоз Кавказских гор, откуда вытекает река Армн, которая, направляясь на север через бесконечные равнины, соединяется с Атлем. И в тех же горах, за народом Ардоза, живут рафаны, пинчи, дуалы, (хоны), цихоймы, авсуры и цанары, в земле которых находятся Аланские Ворота» (Алемань, 2003. С. 369).
Стоит отметить, что принятое Р. Хьюсеном противоположное перечисление народов (с востока на запад) является грубой ошибкой, что уже отмечено многими исследователями (В. А. Кузнецовым, К. Цукерманом, А. А. Туаллаговым). Тем не менее этого перевода придерживается в своей работе А. Алемань, который не считает возможным выделять несколько племенных названий на основе текста «Ашхарацуйц», полагая, что упоминаемый в нем народ Alank‛ Aš-Digor («племя аланов аш-дигор») обозначает западную ветвь алан, предков современных дигорцев, а Alank‛ yArdoz ašxarhin («аланы в стране Ардоз») – восточную ветвь, из которой произошли современные иронцы (Алемань, 2003. С. 370). Аналогичного мнения, вслед за Ю. С. Гаглойти, придерживается С. А. Ромашов в своем труде по исторической географии Хазарии, а также А. А. Туаллагов. Это деление аланских племен на западный и восточный массив, как уже упоминалось выше, прослеживается по археологическим источникам В. А. Кузнецовым (Кузнецов, 1973. С. 64–72), а также М. П. Абрамовой (Абрамова, 1997. С. 140–148) и В. Б. Ковалевской (Ковалевская, 2005. С. 117, 173–174.). О делении северокавказских алан на западный и восточный массивы писал и Ф. Х. Гутнов.
«Армянскую географию» использовали в качестве источника по воссозданию этнической истории народов Северного Кавказа Н. Г. Волкова, А. В. Гадло, В. Ф. Бут-ба. Следует заметить, что далеко не все исследователи согласны с тем, что упоминаемые выше сведения «Армянской географии» относятся к проживавшим на Северном Кавказе племенам ираноязычных алан. В борьбе за «аланское наследие» (об этом подробнее см.: (Шнирельман, 2006)) выдвигались разнообразные интерпретации данных «Ашхарацуйц», порой весьма экзотические и противоречащие друг другу. Так, например, И. М. Мизиев трактует упоминаемое выше племенное наименование «аштигор» как «аст-тигор», что в переводе с тюркских языков означает «восемь тигоров». Последнее слово он связывает с тюркским «даг-эр» («горный человек») или «утигор» («крайний народ»). Племенные названия «асы» и «аланы», по мнению этого исследователя, также находят свои корни в тюркских языках. Это же наименование «аштигор» трактуется Р. Д. Арсанукаевым вслед за Я. С. Вагаповым как «равнинные дигоры» на основе нахских языков. К субстратному кавказскому (нахскому) корню относится и название области «Ардоз», что означает «в пределах равнины» или «на границе с равниной». К. З. Чокаев, напротив, считает слово «аш»/«ас» иранским заимствованием в чеченском языке.
Новая интерпретация сведений «Армянской географии VII в.» была предложена в начале 2000-х гг. французским исследователем К. Цукерманом. Автор первоначально рассматривает два важных документа середины X в.: «Книгу церемоний» Константина Багрянородного и «Кембриджский документ». Анализируя сведения о кавказских аланах, упоминаемых в данных текстах, К. Цукерман приходит к высказанному ранее В. А. Кузнецовым выводу о существовании в это время двух племенных образований алан: аланов и асов, причем первые живут западнее вторых, размещаемых возле Дарьяльского прохода.
Далее, обращаясь к племенному делению алан в рамках двух крупных объединений (аланы на западе и асы на востоке), К. Цукерман интерпретирует сведения «Ашхарацуйц». В результате детального источниковедческого анализа им выделяется четыре группы аланских племен, две из которых (собственно «аланы» и «аштигоры») объединяются в западную часть («Аланию»), а две другие («дигоры» и «асы/авсурки») – в восточную часть («Асию»). Исходя из логики письменных источников, прежде всего «Ашхарацуйц», определяются районы расселения этих племенных групп: аланы занимают верховья Кубани, аш-тигоры – Кабардино-Пятигорье, включая Кисловодскую котловину; дигоры располагаются в местности «Ардоз», соотносимой К. Цукерманом с Восточной Кабардино-Балкарией и Западной Осетией. К востоку от них проживают «не-дигорийские асы», названные в источнике племенем «авсурки». Таким образом, через сто с лишним лет автор возвращается с небольшими вариациями к первоначальной интерпретации аланских племенных названий в Центральном Предкавказье, фигурирующей в работе К. П. Патканова, которая позднее воспроизведена в раннем исследовании В. Б. Ковалевской (рис. 19).
Следует отметить, что этот новый взгляд на расселение аланских племен не встретил поддержки у большинства исследователей письменной традиции об аланах. Так, как уже упоминалось выше, А. Алемань в своем недавно переведенном на русский язык компендиуме, анализируя сообщения «Ашхарацуйц», следует за мнением Р. Х. Хьюсона и делит аланские племена на две группы: западную Alank‘ Aš-Digor, сопоставимую с западными осетинами-дигорцами, и восточную Alank‘ yArdoz ašxarhin, которая соотносится с предками восточных осетин-иронцев (Алемань, 2003. С. 370–371). Ю. С. Гаглойти в достаточно резкой публицистической манере отзывается о выводах К. Цукермана на страницах газеты «Южная Осетия», а А. А. Туаллагов называет их «сюрреалистическими», употребляя собственное замечание К. Цукермана, сделанное по поводу выводов В. Ф. Миллера. Однако следует отметить, что мне пока неизвестны критические работы, которые рассмотрели бы предложенную К. Цукерманом интерпретацию с точки зрения перевода самого источника. Все упоминаемые критические замечания базируются на уже введенных в научный оборот переводах, перечисленных выше, и не касаются нового прочтения, предложенного К. Цукерманом, просто отвергая его в принципе. Подобный подход не представляется продуктивным.
Обоснованная критика нового прочтения «Ашхарацуйц», предложенного К. Цукерманом, звучит в труде Г. Д. Гумбы 2007 г. Автор выделяет три пласта сведений «Армянской географии» о народах Азиатской Сарматии, представляющих собой не временные напластования, а скорее компиляцию сведений о народах, почерпнутых из разноязычных источников. Проанализировав многочисленные племенные названия, иногда повторяющиеся на разных языках, автор выделяет два основных аланских объединения, существовавших во времена «Ашхарацуйц», – аш-тигоры на западе и аланы страны Ардоз на востоке, между которыми располагается самостоятельное племя дигоров (рис. 20). Племенное название асвур (авсур) относится ко второму выделяемому Г. Д. Гумбой языковому пласту источника, и поскольку оно употребляется вместе с упоминанием алан страны Ардоз, то оно должно соотноситься с западным племенным объединением аш-тигоров и являться грузинской передачей данного племенного наименования.
Г. Д. Гумба придерживается мнения, что название племени «аланы» имеет собирательное значение, включающее как собственно аланское ираноязычное население Центрального Предкавказья, так и аборигенные кавказские племена. Он категорически не согласен с мнением Ю. С. Гаглойти, отстаивающим узкоэтническую трактовку племенного названия алан и предполагающим значительное доминирование ираноязычного этнического компонента в племенном объединении Алании в эпоху раннего Средневековья. Автор считает название «ас-дигоры» собирательным, объединяющим аланский этнический компонент «ас» («аш») с местным аборигенным племенем «дигор», причем только с западной частью этого племени. Восточная его часть упоминается под самостоятельным именем «дигор» и отделяется, по сведениям «Ашхарацуйц», как от проживавших западнее аш-тигоров, так и от располагавшихся восточнее алан страны Ар-доз. Вслед за В. И. Абаевым и В. А. Кузнецовым (Кузнецов, 1962. С. 72–73), Г. Д. Гумба относит племя дигоров к местным аборигенным народам Северного Кавказа. При этом Г. Д. Гумба приводит мнение исследователей об абхазоязычном происхождении этнонима «аш/ас», однако оставляет данный вопрос открытым.
Один из последних подробных анализов «Армянской географии» VII в. и его интерпретаций опубликован в вышедшей в 2010 г. работе А. А. Туаллагова. Касаясь упоминаемых в «Ашхарацуйц» племенных названий алан, он следует за текстологическим анализом, проведенным Г. Д. Гумбой, определившим несколько языковых пластов в этнонимах, используемых составителем «Армянской географии». Согласно этим новым данным, по-прежнему намечается два основных крупных племенных объединения: восточное (ардозы) и западное (аш-тигоры). Однако, в отличие от Г. Д. Гумбы, автор не выделяет в отдельное племя народ дигоров и располагает аланское племя овсур восточнее ардозов. Данное расположение аланских племен в принципе соотносится с приводимой выше новой интерпретацией текста, сделанной в работе К. Цукермана. Между тем А. А. Туаллагов категорически не согласен с общей картиной размещения аланских народов и предостерегает от ее использования, в особенности в работах археологического характера, цитируя исследование в том числе автора этих строк.
Несмотря на резкую критику, порой звучащую в адрес гипотезы К. Цукермана и ее последователей, мне представляется любопытным сопоставить приводимую им картину расселения алан с археологическими реалиями, имеющимися в нашем распоряжении в настоящее время. Прежде всего, следует ответить на вопрос, какой вид археологического источника может в данный момент наиболее полно отражать локальные особенности распространения аланской культуры на Северном Кавказе. Разумеется, для определения различных племенных образований важно нащупать те элементы материальной культуры, которые отражают самоидентификацию каждой племенной группы древнего населения, делающие ее непохожей на другие группы и при этом имеющие некоторое объединяющее начало в рамках общего племенного образования. Подобными элементами могут служить типы поселений и жилищ, характерные детали костюма, форма, декор или технологические особенности керамики (Клейн, 2013а. С. 422–423). К сожалению, все эти виды археологических источников не отличаются необходимой полнотой изученности для их сопоставления в границах Северного Кавказа. Поэтому для анализа остаются лишь данные погребального обряда, являющегося индикатором локальных особенностей культуры населения в эпоху, предшествующую широкому распространению мировых религий, в ходе которого похоронные ритуалы унифицируются. Таким обрядом, очевидно, выделявшим аланский массив племен из иноэтничного окружения, являлись захоронения в Т-образных катакомбах, которые и предлагается рассмотреть более подробно.