В 1972 году в составе экспедиции у села Супруты работали аспирантка МГУ Ира Белоцерковская с мужем по прозвищу Бил, трое ребят-студентов из Тулы и сын подруги С. А. Изюмовой Леша Шведов. Подозреваю, что мама специально отправила его поработать в экспедицию, чтобы избавить от проявляющихся дурных наклонностей. В свои пятнадцать лет Леша выглядел гораздо старше и был достаточно крупным и рассудительным парнем. Он без проблем влился в более опытный студенческий коллектив и вел себя с нами на равных.

Сразу же по приезду Леша выставил бутылку портвейна, которую мы распили ночью в палатке под его рассказы о том, как надо в темноте разливать и пить вино «на бульки». Оказалось, что этому его научил Бил. Потом он еще несколько раз предлагал мне распить бутылочку, но я отказывался, так как не злоупотреблял алкоголем, да и стоявшая жара совсем не располагала к выпивке.

Вскоре Софья Андреевна с ужасом стала замечать, что еженедельно Леша находится в подпитии. Выяснилось, что каждую неделю он шел на почту и получал из дома пять рублей, которые ему высылала на всякий случай любящая мама. Делалось это с самой благой целью: чтобы Леша в случае необходимости мог прикупить продукты и не страдать от однообразной еды в экспедиции. Но Леша выбрал иной путь: получив заветную «пятерку», он шел в местный почти пустой магазинчик, где брал бутылку белого портвейна «Три семерки» за три рубля сорок копеек, благо этот жуткий напиток (назвать вином его сложно) всегда был в продаже. А на оставшиеся деньги покупал закуску – в основном хлеб и рыбные консервы в томатном соусе.

Узнав об этом, Софья Андреевна написала письмо в Москву. Будучи человеком интеллигентным и мягким, она не рискнула сообщить правду, но убедительно просила Лешину маму не высылать ему денег. Просьба была обоснована тем, что питание в экспедиции налажено и никто не голодает. Кроме того, тратить деньги в селе просто негде. Мама прислушалась к этой просьбе, но совсем лишить дотации сына все же не решилась: вместо пяти стала высылать ему три рубля!

Этот прискорбный факт Леша встретил с тихим возмущением. Но делать нечего, пришлось смириться! Теперь ему ничего не оставалось, как доплачивать к полученной сумме сорок копеек и пить бутылку уже без закуски. Так продолжалось до конца работы экспедиции. Перед отъездом, в последний день в Супрутах, он долго приставал к каждому из нас с предложением выпить на прощанье, но собутыльника в страшную жару так и не нашел. В итоге залез на разрушенную колокольню в центре села, где и выпил традиционную бутылку крепляка. По дороге в Москву в автобусе он крепко спал на заднем сидении, распространяя вокруг себя запах перегара. Верно говорят, что благими намерениями вымощена дорога в хорошо известное место!