После второго курса я вместе с двумя однокурсницами попал в экспедицию к сотруднице кафедры археологии МГУ Софье Андреевне Изюмовой в Тульскую область. Здесь, у села Супруты, недалеко от толстовской Ясной Поляны, она исследовала ранне славянское поселение, предположительно сожженное викингами. В тот полевой сезон изучали оборонительные сооружения, и мы активно копали ров городища. Стояла страшная жара, горели леса, и где-то вдалеке постоянно стлался белый дым. Работа была нудная, находки практически отсутствовали. Одним словом – тоска. И мне неожиданно пришла в голову идея проверить, насколько алкоголь влияет на производительность труда.

На фоне разреза вала городища. Я – крайний слева. Тульская область, 1972 год

В то утро как раз вернулась из Москвы профессорская дочка Галя Жуховицкая. Она привезла с собой массу домашних вкусностей, приготовленных заботливой мамой. Мы быстро сгоняли в сельмаг и затарились несколькими бутылками дешевого портвейна. С утра, не отходя от лопат, его выпили и очень плотно закусили кулинарными изысками. Но закуска не спасла: работать почему-то сразу же расхотелось. Моментально разморила жара, и все расползлись по палаткам, а кое-кто остался спать в тени разреза прямо в раскопе. Пришли в себя ближе к обеду, но работа в тот день так и не состоялась. Вот тогда я навсегда понял, что алкоголь и трудовой энтузиазм, как и трудовой процесс в целом, несовместимы. Сегодня лишь поражаюсь, насколько мы были наивными, если только в двадцать лет открывали для себя истины, известные сегодня любому «продвинутому» школьнику.