Итак, Ю. Г. Вилунас совершенно справедливо, на мой взгляд, сделал вывод, что, поскольку люди различаются своим изначальным здоровьем, постольку одни могут себе позволять роскошь глубокого дыхания, другие − болезные − должны сидеть на урезанном пайке. В детали он не вдавался, а между тем еще в начале 20-х гг. XX столетия английский физиолог, лауреат Нобелевской премии А. В. Хилл прославился своими работами в области исследования энергетики мышечного сокращения.
Он установил, что каждому человеку свойственна своя индивидуальная величина максимального потребления кислорода − МПК. По его данным, МПК у нетренированных молодых мужчин составляет в среднем 2,8–3,0 литра в минуту, а у спортсменов экстра-класса − до величин в два раза больше. Любопытно, что у женщин эти числа в среднем на треть ниже. Исследования показали, что с возрастом у всех взрослых людей значения МПК постепенно снижаются. Величины максимального потребления кислорода различаются и у представителей разных этнических групп, живущих в различных климатических условиях. Наименьшее − у жителей тропиков, напротив, аборигены северных и арктических зон − рекордсмены по этой части. Что чрезвычайно интересно, средняя продолжительность жизни мужчин северных широт значительно выше, чем такая же у их южных собратьев. Нет никакой неожиданности и в том, что наименьшие величины МПК наблюдаются у инвалидов, у больных гипертонией, ожирением и диабетом. У бегунов же на длинные дистанции − этот показатель зашкаливает на космических высотах.
Что же влияет на величину МПК?
Одни из физиологов считают, что потребление кислорода организмом определяется «пропускной способностью» системы переноса кислорода, точнее говоря, содержанием О2 в артериальной и венозной крови. Вторая теория утверждает, что МПК связано с возможностями мышц утилизировать кислород. В частности, американский исследователь физиологии работоспособности Ф. Голлник предложил теорию, связывающую возможности потенциального потребления кислорода со свойствами мышечных волокон. Известно, что в мышцах животных и человека существует два основных типа волокон: темные, медленно сокращающиеся, и светлые, быстро сокращающиеся, сильно возбудимые. Главное различие их − в их метаболизме. Первые более активны и лучше снабжаются кровью, и, как следствие, более выносливы. Вторые сильнее, но быстрее утомляются. Голлник заявил, что расхождения в величинах МПК у разных спортсменов − это следствие генетически предопределенных различий композиции их мышц. Правда, прошло сколько-то лет, и Ф. Голлник признал, что проблема морфологической обусловленности мышц содержит в себе еще слишком много неясного и недоказанного.
Акцентирующая мысль ученых перекинулась на тему зависимости энергообмена от контроля гормональных систем организма и нервной системы. В первую очередь вспомнили о гормонах щитовидной железы − тироксине и трийодтиронине. Стало известно, что больные с гиперфункцией щитовидной железы потребляют в полтора раза больше кислорода, чем здоровые люди, и напротив, при гипофункции железы − потребление его резко снижено.
Но гормоны щитовидной железы − далеко не единственные компоненты эндокринной системы, влияющие на газообмен и утилизацию кислорода. И, следовательно, необходимо говорить не о локальном воздействии того или иного вещества, а о целой сложно организованной системе гормональных регуляторов, в свою очередь, находящихся под контролем центральной нервной системы. По-видимому, именно здесь и зарыта, как говорится, собака.
Научный сотрудник существовавшего некогда Всесоюзного НИИ физической культуры В. С. Горожанин классифицировал всех людей на два полярных типа.
Первый тип − аэробы, людям этого подразделения в ответ на нагрузки требуется много кислорода. У второго типа − анаэроба − в ответ на нагрузки, на сигнал «гормона тревоги» адреналина падает МПК. Каждому из этих типов соответствует свой характер активности нервной системы. Аэробы − обычно люди малочувствительные, «гипосенсоры»; анаэробы, напротив, как правило, тревожны и чувствительны, они − «гиперсенсоры».
Каждый из типов имеет абсолютно полное право на существование.
Что же касается нас в данной ситуации, то общее понятие «здоровье» применительно к системам дыхания усложняется совершенно очевидной зависимостью от структуры нервной и гормональной системы человека. Хорошо, получили мы этот вывод, и что же дальше? Насколько мы продвинулись по сравнению с тем, что предложил Ю. Г. Вилунас? Да нисколько не продвинулись, потому что нам, «рядовым, необученным», отнюдь не до того, чтобы производить на себе сложнейшие исследования в условиях суперсовременных лабораторий, да и где они, эти лаборатории, да и какого количества средств потребуют?