На стыке двух веков и двух тысячелетий ученый, врач и бизнесмен, то есть человек, единый в трех лицах, Александр Афанасьевич Сметанкин обосновал принцип, разработал прибор биологической обратной связи и раскинул сеть лечебных заведений по России и зарубежным странам.

С изобретением приборов и компьютерной программы А. Сметанкина появилась возможность не только объективно оценивать состояние здоровья человека в связи с качеством его дыхания, но и обучать человека − с помощью этой техники − наглядно оздоравливающему стилю дыхания. Причем не за годы, как у Бутейко, а за считанные дни. Причем не посредством чрезмерных волевых усилий, а буквально играючи, то есть в прямом смысле слова играя с компьютером на поощрение в случае правильного выполнения назначенных действий.

Каковы физиологические нормы этого метода? Первый из них уходит в середину XIX века к замечательному немецкому физиологу Карлу Фридриху Вильгельму Людвигу. Среди многих его открытий наш внимательный и любознательный врач спустя примерно 150 лет выделил одно; Карл Людвиг заметил, что на вдохе величина пульса возрастает, а на выдохе снижается. Разница между частотой пульса на вдохе и на выдохе называется дыхательной аритмией сердца (ДАС). Если ДАС снижена, учил Карл Людвиг, то уровень здоровья невысок. Но важно понимать, учит Александр Сметанкин, что в ходе тренировок человек способен ДАС увеличивать и, следовательно, положительно влиять на внутреннюю среду своего организма. Существенно, чтобы циклы сердечных сокращений совпадали с дыхательными циклами.

Второй биологический «корень» метода сводится к тому, чтобы человек наглядно увидел − на мониторе − результаты синхронизации дыхательной и сердечно-сосудистой системы. Для этого его научают дышать правильно, то есть диафрагмалыно: брюшным дыханием, и прикрепляют датчики к его телу. В течение и первого, и последующих занятий человек, пользуясь биологической обратной связью (БОС), совершенно очевидной для него, получает возможность дышать так, чтобы наглядно убедиться в значительном увеличении своей ДАС, то есть важнейшего резерва здоровья. Впоследствии этот оптимальный тип дыхания становится для него автоматическим, а здоровье получает устойчивую тенденцию к возрастанию.

Я полностью разделяю мечту А. Сметанкина о том, чтобы его приборная система со временем стала достоянием не только каждой клиники, не только каждой школы, но и буквально каждой семьи. Теоретически обоснованные достоинства сцепки ДАС − БОС, по-моему, столь важны для возрождения здоровья нашей нации, изувеченной костоломными «реформами» правителей России конца XX века, что я не стану критиковать некоторые из супершироковещательных заявлений А. Сметанкина (к примеру, что его система способна глобально помочь при обвале покупательной способности и, соответственно, жизненного уровня населения либо при потреблении россиянами все более непригодной для питья воды и т. д.). В конце концов, ученый − бизнесмен, числящий в перечне своих печатных трудов и такие книги, как «От нищеты к богатству, или Как стать миллионером в России» или «Исповедь бизнесмена (опыт организации научного бизнеса в России)», организатор сети из сотен медицинских пунктов своего имени (а цель − тысячи), вряд ли уже может сохранять равновесие между научным и рекламным стилем.

Мою озабоченность вызывают не столько субъективные особенности одареннейшего Александра Сметанки на, сколько обстоятельства объективные, более для нас существенные.

Во-первых, движимый неодолимым стремлением испробовать систему на себе прежде, чем рекомендовать ее другим, я отправился в центр А. Сметанкина, да еще и с супругой, в декабре 2004 г. Не знаю, как объяснить возникший казус, но именно обратной-то связи, ради знакомства с которой мы и проделывали неоднократно немалый путь к Центру от дома, увы, не получилось. Во время вдоха цветная полоска с некоторой задержкой двигалась вниз, а во время выдоха − также с отставанием − шла вверх. И ладно бы только у меня, но точно тот же разлад компьютерного графика с ритмом дыхания был и у супруги, и ладно бы − в один приезд, так нет − трижды. Приглашали мы для разъяснений умного парня-программиста на второй сеанс, но ничего внятного он не объяснил.

Нашли выход: дышать по указанию инструктора с закрытыми глазами, чтобы не видеть сбоя между реальным действием и его сильно отстающим изображением на мониторе, но тут возник вопрос: зачем же нужно было за семь верст киселя хлебать ради дыхания с закрытыми глазами, без возможности наглядно увидеть синхронизацию и подладиться именно под нее?..

Возможно, повинно в нашей неудаче наше же примитивное представление относительно термина обратной связи, но вдруг и еще кто-либо столь же прямолинейно понимает ее смысл: сделано − тотчас отображено?..

Во-вторых, серьезное внутреннее сопротивление вызвало у меня требование дышать по графику «пилы», то есть в ритме «вдох − немедленный выдох». Не стану снова ссылаться на свой весьма позитивный опыт дыхания по графику «крепостная стена» − с весьма внятными задержками как после вдоха, так и после выдоха, но так ли уж неверна и порочна система йоговского дыхания, с его длительными паузами и многотысячелетней победоносной историей?..

И в-третьих: совершенно естественно, что сложный электронный прибор, да плюс непростое программное к нему обеспечение, да плюс современный компьютер, обладающий серьезными требованиями к его «начинке», стоят таких немалых денег, которых нет, увы, как раз у того контингента России, который в научно-организаторских услугах А. Сметанки на нуждается в первую очередь.

Что тут сказать? Да будет преуспевание с нами, да будет все более удачлив и Александр Афанасьевич!.. А мы пока обратимся к приборным же измерениям, но стоимостью не в сотни долларов, а в сотни рублей.