Пока они танцевали, Эйвери теснее прижалась к Кейду, впитывая его тепло. Близость его твердого, как каменная стена, тела взволновала ее не на шутку. Сердце застучало быстрее, когда он, словно пещерный человек, схватил ее и потащил на танцпол. Было в его поведении что-то животное, первобытное.

Она слегка откинула назад голову и посмотрела на Кейда, заметив, как напряжен его рот и прищурены глаза.

– Что-то не так?

Он взглянул на нее с высоты своего роста.

– Теперь уже все так.

А до этого?

– Мы очень мило поболтали с пожарными.

– Я заметил.

Он ревновал? Ей показалось это настолько абсурдным, что она едва не рассмеялась.

– Успокойся, Эйвери. Я просто хотел с тобой потанцевать. Ты почти весь вечер общалась с моим братом, мы даже секунды вместе не провели.

– Извини. Я хотела, чтобы Дрейк чувствовал себя здесь комфортно…

– Я не это имел в виду, – он вздохнул полной грудью. – Дрейк пришел сюда, это само по себе уже чудо. Так что не надо извиняться за свои попытки его разговорить, – прижавшись лбом к ее лбу, Кейд вздохнул. – Я просто хотел с тобой потанцевать, – повторил он.

– Ну, я рада, что тебе почти удалось пригласить меня.

От его улыбки она готова была растаять.

– Почти?

– Честно говоря, ты меня даже не приглашал. Повел себя как альфа-самец.

– Хм, как альфа? – он поцеловал кончик ее носа. – Позже я тебе еще покажу, каким альфой могу быть.

Боже. Это просто… нереально! Желание и предвкушение струились по ее венам. Она инстинктивно поджала пальцы в своих туфельках с тонкими ремешками.

– Обещания, сплошные обещания[28].

Он зарычал и приблизил рот к ее уху, обдавая горячим дыханием.

– Я всегда держу обещания, милая, – его рука скользнула вниз по ее спине, а затем точно также поднялась, заставляя ее вздрагивать от прикосновений шершавой ладони к обнаженной коже.

Внезапно Эйвери бросило в жар. Словно все вокруг поглотило бушующее гудящее пламя. Ей стало тяжело дышать. Сердце стучало, как безумное. Она провела рукой по его груди вверх, к шее, и почувствовала, как бешено стучало его сердце. Когда они качнулись в танце, она бедром ощутила выпуклость за молнией его брюк.

Кейд возбудился так же сильно, как она.

Эйвери казалось, что взгляды всех присутствующих в зале устремлены к ним. По городу уже несколько недель ходили слухи об их романе, но они старались не подогревать эти сплетни. До нынешнего момента. Их крепкие объятия и полные вожделения взгляды уже ни у кого не могли оставить сомнений.

– Это песня про тебя, – сказал Кейд тихим хриплым голосом.

Она наклонила голову и вслушалась в музыку.

– «Леди в красном»[29] – эта песня про меня? – Эйвери и не знала, что у нее может быть своя песня. Не знала, как реагировать на то, что он решил посвятить эту песню ей. Это… так много значило.

– На тебе красное платье, и, насколько я могу судить, ты леди, – веселье и страсть смешивались в его глазах, которые казались теперь уже не голубыми, а темно-серыми, как грозовое небо. – К тому же ты танцуешь со мной. С фактами не поспоришь.

Она покачала головой и рассмеялась.

– Что верно, то верно.

– И это еще далеко не все, – Кейд прижался щекой к ее щеке. – Факт номер один: ты так прекрасна, что я не могу дышать, когда смотрю на тебя. Факт номер два: я ревновал тебя к гею, потому что Брент провел с тобой больше времени на танцполе, чем ты со мной за весь вечер, – он повернул голову и потерся подбородком о щеку Эйвери. – Факт номер три: я хочу тебя так сильно, что это причиняет мне боль.

У Эйвери подогнулись колени. Она невольно всхлипнула, настолько остро ощущала прикосновения его груди, пульсацию у себя между ног, влажное теплое дыхание Кейда, исходивший от него легкий приятных запах чистой отглаженной рубашки. Эйвери казалось, что она постепенно сходит с ума.

– Сколько нам еще здесь нужно оставаться? Ты должна помочь потом с уборкой?

Она удивленно моргнула – смена темы застала ее врасплох.

– Нет. Члены комитета должны вернуться сюда завтра. И меня освободили от всех обязанностей, ведь я занималась подготовкой зала. Поэтому…

Он схватил ее за руку и потащил прочь, продираясь сквозь толпу танцующих. Эйвери пыталась поспеть за ним, что оказалось непросто на высоких каблуках. Он заметил это и замедлил шаг. Но совсем чуть-чуть.

Кейд вывел ее к раздевалке, где они стояли рядом и ждали, пока тетя Роза принесет их вещи, а он топал ногой и барабанил пальцами по бедру.

Эйвери сосредоточилась на дыхании, чтобы не упасть ничком из-за недостатка воздуха. Вот и все. Они поедут к нему домой. Они займутся сексом. Разве не странно, что сейчас с Кейдом она волновалась даже сильнее, чем когда ей предстояло лишиться девственности с Ричардом?

Роза с многозначительной усмешкой протянула Эйвери пальто и сумку. Кейд быстро натянул куртку, а затем помог ей одеться. Не теряя времени, он кивнул тетке, а затем обнял Эйвери за талию и повел к двери.

Прохладный ветер ударил ей в лицо, и она начала судорожно хватать ртом воздух, пока они шли через парковку. Кейд открыл перед ней дверь своего автомобиля, и тут Эйвери поняла, что если сейчас уедет с Кейдом, утром ему придется отвезти ее сюда, чтобы она забрала свою машину и поехала за Хейли. К тому же, если ее машина останется на парковке, все поймут, что она поехала к нему.

– Эйвери?

Она тут же посмотрела ему в глаза.

– Моя машина останется здесь.

Мгновение Кейд, молча, смотрел на нее, на его открытом лице читалось недоумение, взгляд был полон сомнения. Он открыл рот, словно собираясь что-то сказать, но промолчал. Затем закрыл глаза и медленно втянул воздух, а у Эйвери от этого все сжалось внутри. Вероятно, он решил, что она таким образом пытается отказать ему.

– Давай я поеду за тобой. Чтобы утром уехать на машине, – или не утром, а ночью. Она заночует у него? Возможно, он захочет, чтобы она уехала, когда… все закончится? Эйвери не знала правил этой игры.

Кейд посмотрел ей в глаза с облегчением, но челюсти у него были крепко сжаты. Он кивнул и захлопнул дверь.

– Я живу на той же улице, что и Габби, неподалеку от нее.

– Хорошо. Я поеду за тобой через минуту.

Она проверила телефон, убедилась, что Эйприл не звонила по поводу Хейли, и облегченно вздохнула, немного успокоившись. Поехала через город, миновала поворот к своему коттеджу и добралась до улицы, где жила Габби. В конце улицы Эйвери свернула вслед за Кейдом на частную дорогу, которая, петляя, вела через густой лес. Слева показался скромный двухэтажный дом, свет в его окнах озарял непроглядную тьму вокруг.

Кейд проехал еще несколько домов, а затем повернул на посыпанную гравием подъездную дорогу. Она последовала за ним и остановилась, выключив двигатель. Несколько секунд Эйвери рассматривала его жилище, похожее на тот коттедж, в котором жила теперь она, – такой же бревенчатый дом, только размером побольше. Два этажа и множество окон. Вокруг растут сосны, березы и секвойи, на веранде виднеются простые деревянные кресла-качалки.

Кейд открыл дверь своего автомобиля, Эйвери выдохнула и сделала то же самое. Он подождал, пока она подойдет поближе – мускулы напряжены, челюсти сжаты. Она не знала, волновался ли он по той же причине, что и она, или его тревожило нечто иное, но все эти мысли совершенно не помогали успокоить то безумие, которое творилось у нее в голове.

Она еще раз окинула взглядом его коттедж.

– Мне нравится твой дом.

Кейд откашлялся.

– Спасибо. Я только выпущу собак, а потом устрою тебе экскурсию, договорились?

Эйвери поняла, что он своими разговорами пытается отвлечь ее, дает возможность привыкнуть к новой обстановке. Она снова удивилась тому, как хорошо Кейд изучил ее за это время, с каким пониманием относился к ее особенностям.

– Конечно. С удовольствием.

Она поднялась вслед за ним на крыльцо и остановилась в маленькой прихожей, пока он жестом не предложил идти за ним. Кейд зажег в доме несколько светильников и провел ее в просторную гостиную с деревянным полом и каменным камином в углу. Посередине стоял большой темно-зеленый кожаный диван в виде буквы «L», а около него – два маленьких деревянных столика. Простую, но со вкусом подобранную обстановку дополняли фотографии лесных пейзажей на стенах и открытые балки на потолке.

– Мужчина, который знает толк в дизайне интерьера.

Кейд рассмеялся.

– Мне помогали Габби и Зоуи. Но основной замысел – мой. Дом принадлежал отцу. Сначала он хотел открыть клинику здесь, но потом все-таки предпочел город. Мы проезжали мамин дом по дороге сюда. А дома Дрейка и Флинна находятся чуть дальше по этой же дороге.

Как замечательно, что все они жили рядом. Местоположение тоже показалось ей идеальным – посреди леса, но недалеко от города. Тишина, покой, но и не сказать, чтобы полная изоляция.

– Располагайся. Я сейчас выпущу собак.

Эйвери окинула взглядом комнату и вспомнила, что Кейд забрал Серафима к себе, но собак нигде не было видно.

– Они заперты в прихожей около черного хода.

Она кивнула. Когда Кейд ушел, Эйвери обошла гостиную, обнаружила в углу комод, на котором стоял телевизор с плоским экраном, а на каминной полке увидела фотографии членов его семьи. Эйвери улыбнулась, рассматривая фотографию Кейда с братьями. Ему на ней было лет семь, они все стояли на берегу реки и обнимали друг друга за плечи. Еще там была свадебная фотография Дрейка и Хизер, а также фото Кейда с пожилым джентльменом. Глаза у них казались настолько похожими, что Эйвери сразу поняла – это его отец. Дрейк унаследовал от него темные волосы, а Флинн – улыбку.

У нее за спиной послышалось цоканье собачьих когтей о деревянный пол, Эйвери успела повернуться и поймать Серафима в прыжке. Присев на корточки, она стала гладить щенка, не забыв уделить внимание и Фриману. Собаки лизали ей лицо, а она смеялась и смотрела на Кейда, который стоял в дверях. Вдруг Эйвери замерла от удивления.

У него на плече сидел маленький серый котенок, который уткнулся мордочкой ему в шею. Кейд, казалось, не обращал никакого внимания на этот очаровательный пушистый комочек, он не сводил глаз с Эйвери, а на его губах играла улыбка. Затем он, вероятно, заметил ее удивление, потому что поднял руку и погладил котенка.

– Это Котими. Ее выбросили прямо в снег. Как раз тем вечером, когда мы встретились. Из-за нее у меня тогда было такое плохое настроение. Ее братья и сестры не выжили.

Господи. Он и без того выглядел ужасно сексуальным, а сейчас, когда стоял вот так, весь подтянутый и великолепный, гладил котенка и говорил все это… просто с ума сойти можно!

Кейд пожал плечами.

– Ей почему-то нравится сидеть у меня на плече. Ну, показать тебе дом?

Эйвери хотелось сорвать с него одежду и облизать с головы до пят, но она продолжала стоять на месте, стараясь не упасть в обморок, несмотря на сильное головокружение.

– Да.

Они прошли на кухню. Эйвери многое отдала бы, чтобы иметь такую же. Пожалуй, единственное, чего ей недоставало после развода с Ричардом, это огромной кухни. Она любила сидеть там рано утром, потягивать кофе и любоваться восходом. А когда ей становилось совсем одиноко, пекла печенье или готовила обед, но Ричард, кажется, так ни разу ничего не попробовал. Однако процесс приготовления настолько затягивал, что помогал немного расслабиться.

Впрочем, кухня Кейда сильно отличалась по дизайну. Черная кухонная техника, столешницы из зеленого мрамора, кухонные шкафчики из светлого дуба. Стеклянная дверь вела на террасу, а рядом прихожая черного хода. Под барной стойкой стояло четыре стула, еще два – по бокам. А в углу – большой стол, за которым легко уместились бы восемь человек.

Эйвери представила себе, как Кейд с братьями сидят тут и пьют пиво. Или как в будущем его детишки дерутся из-за последней куриной ножки, а его жена смеется над историей, которую он ей только что рассказал. Приятные повседневные моменты. Эйвери была их лишена, поскольку Ричард не желал проводить время с ней и Хейли. И никогда уже не переживет, ведь она давно перестала мечтать о подобной чуши и дала себе слово не связывать себя подобными отношениями, чтобы больше не испытывать боль.

И все же от этой мысли у нее слегка заныло в груди.

– Ты где сейчас? – Кейд подошел поближе и легко провел пальцами по ее рукам. – Кажется, где-то очень далеко.

Эйвери улыбнулась и протянула руку, чтобы погладить котенка у него на плече.

– Нигде конкретно. Просто задумалась.

Котими мяукнула и ткнулась носом ей в ладонь, от чего Эйвери улыбнулась еще шире. Какой очаровательный меховой комочек!

Кейд кивнул, хотя, судя по выражению его лица, он ей не поверил, а затем указал в ту сторону, откуда они пришли. Он показал ей туалет с душем под лестницей, а затем стал подниматься на второй этаж.

Эйвери последовала за ним, чувствуя, как при каждом шаге у нее подпрыгивал желудок.

Наверху они свернули направо.

– Здесь ванная.

Они вошли в спальню с простой двуспальной кроватью и комодом. Кейд снял с плеча котенка и оставил его здесь.

– Гостевая комната. Хотя гостей у меня обычно не бывает, наверное, здесь нужно придумать что-нибудь еще, – он почесал подбородок.

Эйвери засмеялась и пошла за ним мимо еще одной спальни.

– Что делать с этой комнатой, я пока не решил, – он свернул налево, прошел мимо лестницы и маленького кабинета, где стоял компьютерный стол и два книжных шкафа.

– Хозяйская спальня, – Кейд остановился в дверях, сдвинув брови и как будто ожидая от нее указания, что ему делать дальше. Затем откашлялся и сказал: – Моя спальня.

С решительным видом Эйвери вошла в комнату, хотя вся ее бравада была скорее напускной. Затем она услышала, как он тихо выдохнул у нее за спиной сквозь зубы, и это немного успокоило ее. Если Кейд волнуется так же сильно, значит она не одинока в своих тревогах.

Комната выглядела потрясающе. В центре стояла кровать с пологом из красного дерева, а также две прикроватные тумбочки и комод, все в одном стиле. Покрывало на кровати с голубовато-серым узором сочеталось по цвету с темно-синими обоями, из-за которых помещение могло бы показаться слишком тесным, если бы не большая стеклянная дверь на балкон и окно с противоположной стороны. С балкона открывался потрясающий вид на горы и лес.

Эйвери подошла к раздвижной двери и, скрестив руки на груди, посмотрела на освещенные лунным светом верхушки деревьев и реку вдалеке.

– Кейд, это просто нечто!

Он подошел сзади, положил руки ей на плечи и поцеловал в висок.

– Мне тоже нравится вид, – в его низком хрипловатом голосе отчетливо звучало желание. Он провел ладонями ей по ключицам, обжигая кожу своими прикосновениями. – И я говорил не про тот вид, что за окном. Ты даже не представляешь, сколько раз я представлял тебя здесь.

Кейд поцеловал ее в шею и задержал там губы, а Эйвери закрыла глаза и прижалась к нему. Он стал медленно и нежно целовать ее, двигаясь вдоль шеи к уху и обхватив ладонью подбородок. Груди Эйвери налились приятной тяжестью, по телу прокатилась дрожь.

Но затем ее начало трясти так, что она не могла уже остановиться. Тогда она развернулась в его объятиях и прижалась лицом к его шее, вдыхая уже ставший знакомым запах и стараясь сосредоточиться на своем желании и немного успокоиться. Но тело не хотело ей подчиняться. И дрожь все усиливалась.

Кейд гладил ее руки и целовал щеки.

– Ты замерзла. Я разожгу камин. Подожди секунду.

Кейд отошел от нее, а она едва устояла на ногах без его поддержки. Он бросил куртку и пиджак на стул, снял галстук и закатал рукава. Присел на корточки перед маленьким камином в изножье кровати и принялся разводить огонь. Затем поставил на место решетку и исчез в соседней комнате, вероятно, ванной, чтобы помыть руки.

Эйвери волновалась, как подросток, не зная, что ей делать дальше. Это какое-то безумие. Она хотела его, хотела всего этого, но никак не могла унять дрожь. Зубы у нее стучали, подбородок подрагивал. Она сжала руки в кулаки, но это не помогло.

Кейд вернулся и встал перед ней, с нежностью глядя на нее. Он положил руку ей на щеку.

– Через минуту комната прогреется.

Эйвери с трудом нашла в себе силы сказать первое, что пришло ей в голову:

– Я не замерзла.

Он замер в дюйме от ее губ. Напряжение между ними нарастало, а ее по-прежнему била сильная дрожь. Кейд зажмурился, и на щеках у него заиграли желваки. Он замер в таком положении, очевидно пытаясь что-то придумать. Вероятно, в голове у него крутилось множество мыслей, потому что на лице с неуловимой быстротой менялись выражения, которые она не успевала считывать.

Кейд медленно распрямился и открыл глаза, его взгляд был пустым и устремленным в окно у нее за спиной. Она не знала, к какому он пришел заключению, но инстинкт подсказывал, что совсем не к тому, о котором она думала. Секунду он смотрел на нее, затем его подбородок дрогнул.

– Ванная там. Можешь надеть футболку, когда ляжешь в постель. Просто…

Он наконец-то посмотрел ей в глаза, и в его взгляде она увидела терпение, желание и чувство вины.

– Но, пожалуйста, останься. Мы просто будем спать вместе. Я тебя обниму и ничего больше.

И тогда она поняла. На это ей потребовалось время, но все-таки она поняла. Разгадала, какое он сделал заключение. И если она не направит его на нужный путь, если не сделает первый шаг, они так и не узнают, какую взрывную волну они вместе могут создать. Он оказался слишком благородным, чтобы давить на нее, а ей просто не хватало опыта. Но, черт возьми, не так должна закончиться эта ночь!

Кейд не отрывал от нее взгляда.

– Эйвери? – почти прошептал он, и в его голосе слышался не только вопрос, но и мольба.

Она заставила себя подойти к кровати, взяла футболку и вернулась к нему. Он следил за ней, но не двигался с места, только тяжело дышал. Она протянула ему футболку. Он машинально взял ее и скомкал.

– Я не замерзла и не испугалась. Мне совсем не страшно с тобой, Кейд, – кажется, его нужно было приободрить, и она постаралась убедить его в правдивости своих слов: – Мне не страшно. Я просто волнуюсь. Вот и все. Просто… волнуюсь. У меня нет такого богатого опыта, как у тебя, и я давно уже…

– Эйвери, милая! – он бросил футболку на пол, притянул Эйвери к себе и крепко обнял. – Неужели ты не понимаешь?

Нет, она не понимала. Но это было и неважно, потому что в тот момент он прижался губами к ее губам.