Авис пришел в себя в больнице. Несколько раз он ненадолго просыпался, видел лица родителей и сестры и снова проваливался в сон под звуки их встревоженных голосов. Тело было точно ватным, голова гудела и кружилась – шутка ли, потерять половину души.

К ночи силы понемногу стали возвращаться к нему. Его разбудил ветер, принесший в палату запах дождя и цветов. Авис открыл глаза: у распахнутого окна стояла Мелодия. Воспоминания о произошедшем были размытыми и спутанными, чувства смешались, но при виде ее беспечной улыбки он разозлился.

– Рада, что ты в порядке, – сказала Мелодия.

– Это, по-твоему, в порядке? – Авис с трудом выговаривал слова. – Тебе повезло, что я сейчас не могу на тебя наорать.

– Ты жив. Это ли не самое главное?

Память прояснялась, а вместе с ней возвращались замешательство, страх и боль.

– Как давно ты знала?

Мелодия спрятала руки за спиной:

– С самого начала.

– Какого, к черту, начала?

– Я знала еще до нашего знакомства.

Авис не моргая смотрел на нее:

– То есть… ты была моей напарницей…

Она отвернулась к окну. В ее рассыпавшихся по плечам волосах играл ветер.

– А ты знал, что будущее невозможно предсказать? Боги-оракулы способны видеть варианты событий, но не исход. Однако они также умеют находить пути к желаемому результату.

– Зачем тогда мне предсказали смерть? Почему вообще именно я? За что?

– Пожалуй, я начну издалека. – Мелодия села на табурет в углу комнаты.

– Они сказали, что готовились много лет.

– Все так. А сама эта история тянется уже не менее трех веков. Хочется верить, что сегодня она наконец-то завершилась. – Закинув ногу на ногу, Мелодия начала рассказ: – Как ты наверняка догадался, Тодорис – это Эзрек. Знаменитый полубог прошлого, повелевающий пространством. Сын высшей богини Тайсэ. Он изначально отличался выдающимися способностями от большинства полубогов, даже от своих братьев и сестер. Он родился и вырос на той стороне, а позже пришел сюда, к людям, и дальнейшее тебе должно быть известно по легендам. Эзрек снискал небывалую по тем временам славу, хотя и держался обособленно. Его чудеса воистину могли сравниться с чудесами самих богов. Но он не раз нарушал межмировые порядки. В частности, о чем ваша история умалчивает, он вредил людям, испытывая свои силы, и вносил разлад в естественное течение жизни этой стороны. Проще говоря, Эзрек был одним из тех, кто отказывался соблюдать законы богов.

– И ему ничего за это не было, раз он до сих пор разгуливал на свободе?

– О нет, его неоднократно судили и наказывали. Но безрезультатно. В итоге ему запретили покидать Неземное Царство. Тогда-то люди и решили, что он погиб. В действительности же Эзрек пребывал в заключении почти сотню лет, пока не вырвался на свободу. Так началась его игра с богами в кошки-мышки. Сколько бы боги ни исхитрялись с замка́ми и решетками, рано или поздно Эзрек сбегал. Сколько бы трюков он ни придумывал, чтобы скрываться от богов как можно дольше, рано или поздно его ловили. Но игра – это лишь игра. От нее нет вреда. Проблемой было то, что на свободе Эзрек непременно вмешивался в природный ход вещей. Он мнил себя богом, и, сказать по чести, за долгие годы жизни его силы и правда достигли уровня низших богов. Однако даже боги соблюдают законы. – Авис фыркнул, но Мелодия не обратила на это внимания. – Преступные деяния Эзрека пошатнули межмировое равновесие – баланс земного и неземного. Боги попросту не успевали подчищать за ним. В конце концов, они не всемогущи. Выход был один – найти способ пленить Эзрека навсегда. Так боги придумали живые артефакты.

– Живые?

Мелодия недоуменно качнула головой:

– Тебе не объяснили? При изготовлении такого артефакта эфир создателя помещается не в предмет, а в живое существо. Это в разы сложнее, но открывает больше возможностей. Обычный артефакт несет в себе только силу создателя, в живом же могут использоваться силы и способности сосуда. Хотя твой случай немного отличается.

– И чем же? – Авис поежился, пытаясь стряхнуть внезапно возникшее липкое ощущение.

– У людских душ есть особое, уникальное свойство: они способны образовывать связи и притягиваться друг к другу. Глубокое чувство любви и страх никогда не встретиться вновь – в моменты смертельной опасности, при расставании или потере они создают нерушимую связь, чтобы души смогли воссоединиться на той стороне и навсегда раствориться в эфире рука об руку. Этим свойством боги и решили воспользоваться. Их идеей было привязать к душе Эзрека человеческую душу и сделать из нее якорь. И, поскольку естественным путем образовать такую связь не получилось бы, боги прибегли к созданию артефакта. Догадываешься, что они придумали?

Авис догадывался, но не стал отвечать.

– Раз образовать связь с нуля нельзя, нужно взять уже существующую и заменить одного из связанных. Боги немного поэкспериментировали, для начала проверив, возможно ли связать души человека и животного: это помогло минимизировать необходимые жертвы. Затем они изобрели механизм, похожий на мышеловку, где в заведенном состоянии рычаг удерживает одну душу, а после срабатывания – другую. В качестве рычага выступает сама связь, «перекидывание» происходит в момент физического контакта с целью. Конечно, этот контакт должен быть инициирован не сосудом, иначе механизм бы срабатывал на кого угодно. Как и любой артефакт, в действие его приводит чужая воля. Еще для связывания необходимы значительное количество эфирной энергии, поэтому артефакт непрерывно ее накапливает, и сильные эмоции, чтобы эту энергию высвободить. Теперь понимаешь? Весьма изящно, не правда ли?

От того, с каким восторгом Мелодия про это рассказывала, Авису стало дурно. Но многое действительно прояснилось. Боги не смиловались над ним, когда связали их с Джей Джеем души, а всего лишь сделали инструментом для осуществления своих целей. Его аура искрилась потому, что он был артефактом. Его чувствительность к неземному росла с годами из-за того, что внутри копилась эфирная энергия.

– Неужели не было другого способа? Мать Эзрека ведь тоже управляет пространством. Она что, не смогла создать идеальную тюрьму?

– По законам богов кровные родственники не имеют права участвовать в наказании. Тайсэ предвзята. Могла бы она создать такую темницу, из которой Эзрек бы не вырвался? Да, вполне. Но стала бы?

– Тогда почему бы не убить его?

– Для него это было бы слишком легким наказанием. Даже мучительной смертью он не расплатится за все, что успел натворить за сотни лет.

– Тогда, – Авис сглотнул, – боги выбрали именно меня, потому что знали, где Эзрек объявится в будущем?

– О нет-нет! Ты не единственный живой артефакт, созданный в рамках этого плана. Подобные тебе раскиданы по всему миру. Поскольку подготовка началась заблаговременно, не было известно, как скоро боги выйдут на след Эзрека и где он окажется. К тому же не так-то просто было найти подходящих на роль артефактов людей, сильно привязанных к своим питомцам и имеющих высокие шансы умереть в ближайшем будущем. Не все попытки завершились успехом. Поэтому, чтобы повысить шансы на поимку Эзрека, все живые артефакты подтолкнули к обучению и работе в структурах по типу Службы.

– Подтолкнули?

Жизнь проносилась у Ависа перед глазами. Все памятные моменты, все судьбоносные решения… сколько из них было подстроено, сотворено руками богов?

– Разве им позволено так сильно влиять на наш мир?

– Я ведь уже объяснила, какую опасность представлял Эзрек. Это достаточная причина для вмешательства. И все равно богам пришлось действовать крайне осторожно и изощренно, чтобы он ничего не заподозрил. Однако Эзрек… не столько заподозрил, сколько почувствовал, что его дни на этой стороне сочтены. Очень некстати, ведь он наконец обрел любовь. Можешь себе представить? Тот дипломат – изначально Эзрек создавал его, чтобы забрать в Неземное Царство свою возлюбленную. Он долгое время жил здесь, в Хальде. Завел семью, расслабился. Можно сказать, позволил богам себя найти. Правда, живой артефакт задействовать им бы не удалось. Тебе тогда было… пятнадцать? Энергии в тебе скопилось еще недостаточно, да и возможности свести вас с Эзреком не было. Тем не менее боги все же предприняли попытку схватить его. Но произошла осечка, в результате которой возлюбленная Эзрека погибла. Богам пришлось отступить, продолжить наблюдать издалека. Еще несколько лет Эзрек оставался в Хальде. А потом пропал. А еще через какое-то время на обеих сторонах мира чаще прежнего стали возникать странные аномалии. Так он тестировал и доводил до ума свой артефакт. Без оглядки, сея разрушения и хаос, игнорируя жертвы. Словно хотел насолить богам. Ситуация стремительно усугублялась. Вся надежда была на вас, живые артефакты. Оракулы подтверждали, что вероятность успеха этого плана постепенно растет.

К тому же боги были уверены, что Эзрек рано или поздно придет за своей дочерью, поэтому решено было ловить его именно здесь, в Хальде. И Эзрек действительно объявился три года назад. Но он не забрал Тото, лишь оценил обстановку, оставил дипломат на хранение Сатурну Целсону и снова исчез.

– Что же, поймать его тогда тоже было невозможно?

– Боги хотели, но во всех прогнозируемых исходах Сатурн погибал, а это было нежелательно.

– В итоге он все равно погиб.

– Иронично, да? Оракулы Неземного Царства просчитались. Эзрек не возвращался в Хальд так долго, что боги решили форсировать события, передав дипломат Альфреду Кэчу. Им нужны были вум-исчезновения, чтобы привлечь внимание Эзрека и дать ход расследованию с твоим участием. А чтобы ускорить расследование, боги нашли в Хальде предсказателя и немного усилили его способности. Кто бы мог подумать, что Эзрек этим воспользуется – найдет предсказателя через базу данных и заставит его дать ложное предсказание, чтобы нас обмануть. – Мелодия зевнула. – Остальное позволь не пересказывать.

– То есть все это случилось из-за богов? – спросил Авис, холодея.

– Мм?

– Из-за них начались исчезновения. По их воле пропадали люди!

– Я ведь уже объяснила, почему богам пришлось пойти на этот шаг. К тому же после исчезновения ресторанчика де Эзреков они наконец смогли вычислить, куда переносилось похищенное с помощью артефакта.

– Тогда почему они никого не вернули с той стороны?

– Это ставило под угрозу план поимки Эзрека. Он соорудил целый остров посреди неземного океана, где никто из богов и не догадался бы искать, и попытался создать там условия, подходящие для существования человека. Какое-то время пропавшие люди могли оставаться там невредимыми.

– Ну конечно. На самом деле им было глубоко плевать на пропавших.

– Не говори так. – В голосе Мелодии слышалось разочарование. – Богам небезразлично благополучие людей. Они ведь сохранили тебе жизнь.

– Ага. Только после того, как я сказал, что заслуживаю этого. Разделять мою душу в их планы явно не входило.

– Получить твою душу целиком было бы идеальным исходом. Но боги прислушались к твоим словам и поняли, что им хватит и половины. Видишь? Желания людей для них не пустой звук.

Авис не сдержал язвительного смешка.

– И на что же еще они повлияли? Давай выкладывай мне прям не терпится узнать.

Мелодия медлила. Перебирала в пальцах пряди волос, делая вид, что сосредоточенно их распутывает.

– Тото, например, стала частью твоей семьи не без помощи богов. И Буд появился в ее жизни не случайно. Ей важно расти в семье, а еще лучше – с родственником с похожей силой. Это уменьшает вероятность, что она пойдет по стопам отца.

– То есть боги и Тессу с Будом в это втянули? Мы вообще хотя бы что-то решали сами за себя? Что насчет моей учебы в Академии, работы в СУИФ? – с нажимом спросил Авис.

– Ты почти не рассматривал другие варианты, поэтому боги едва ли вмешивались.

– Значит, пиар-кампания?

– Да. Идея, предложенная богами и переданная руководству Министерства через Воронок. Пиар-кампанию начали исключительно для того, чтобы выдвинуть тебя на передовую.

– Воронок?

– Она была главным исполнителем плана на этой стороне. Контролировала, чтобы ты и другие… действующие лица оказались в нужных местах в нужное время.

К горлу подкатила тошнота. Конечно, они не были друзьями, но порой Воронок проявляла к Авису участие и интерес. Неужели это ему только чудилось?

– Но она дала мне подсказку. Не для того, чтобы у меня был шанс спастись? Не для этого она позволила мне узнать предсказание?

– Нет, – сочувственно произнесла Мелодия. – Это было нужно, чтобы подточить твою волю. По плану при встрече с Эзреком я должна была отдать тебе приказ его коснуться. Тогда артефакт внутри тебя сработал бы. Но приказ не подействовал бы на человека с такой сильной волей, как у тебя. Ее нужно было ослабить. Только поэтому тебе рассказали и обозначили примерные сроки.

– Тогда что насчет тебя? – Авис смотрел на Мелодию в упор. – Раз ты так много знаешь, вряд ли твоей ролью было только активировать мой артефакт.

Она отвела взгляд, и ее лицо приняло виноватое выражение.

– Ты прав. Я пришла в СУИФ потому, что мне предложили поучаствовать в поимке Эзрека. У меня были… личные причины принять предложение. И я знала, что рано или поздно буду работать непосредственно вместе с тобой. Моей обязанностью было контролировать тебя и проверять, когда твоя воля ослабнет достаточно, чтобы ты подчинился моему внушению в нужный момент. С минимумом вмешательства конечно же. Но ты не подумай, я вовсе не считала тебя целью своего задания! Мое отношение к тебе было абсолютно искренним и…

– Мелодия, – Авис обессиленно уронил голову, – уходи. И больше никогда не показывайся мне на глаза.

Воцарилась тишина, один лишь ветер шелестел в занавесках. Потом зашуршала одежда и раздались медленные шаги.

– Понимаю, – сказала Мелодия с улыбкой, но в ее голосе сквозила печаль. – Все-таки это было неизбежно.

Она подошла к окну и некоторое время молча стояла у него. Словно собиралась с духом.

– Прощай, Авис. – Она бросила на него последний взгляд. – И да хранят тебя боги.

Он смотрел ей вслед, и ему казалось, что голубые искры от ее прыжка висят в воздухе дольше обычного. Из распахнутого окна тянуло холодом, но у Ависа не было сил встать и закрыть его.

– Джей… – позвал было он и осекся.

Запоздалое осознание парализовало его. Он хотел попросить Джей Джея толкнуть оконную створку.

Авис обвел взглядом палату. «И правда, – подумал он, – его больше нет». Авис знал это, но почему-то все равно надеялся его увидеть. Хотя бы раз. Просто чтобы попрощаться.

По щекам покатились слезы. Крупные, тяжелые, они капали на одеяло и расплывались мокрыми пятнами. Горло сдавило спазмом, и на миг Авис испугался, что задохнется. Но это был всего лишь плач, тихий, почти беззвучный. Хорошо, что его никто не услышит. Авис не хотел унимать эти слезы, наконец давая выход всем тем чувствам, что копились внутри него последние три недели.

Было тяжелее, чем он предполагал. Джей Джей оказался гораздо большей частью его души, чем оставленная на той стороне половина. И Авис, сжимаясь в комок, молил ненавистных ему богов, чтобы боль от этой утраты поскорее утихла.

* * *

Ине удалось навестить Ависа только в день выписки. С завершением расследования на нее свалилось много работы, съездить в больницу было попросту некогда. Или же так Ина себя оправдывала.

Она боялась смотреть в глаза человеку, который такое пережил. Не знала, что увидит там и как себя вести. Лишь бы не сделать хуже.

Она старалась думать о чем-нибудь другом. Но мысли так или иначе крутились вокруг произошедшего в субботу. И всего, что привело к такому исходу.

Тодорис оказался полубогом Эзреком. А расследование было частью изощренного плана богов. Осознавая это, Ина чувствовала себя гадко. Как легко их обвели вокруг пальца. Как люди на самом деле слабы.

Они едва не разминулись. Авис уже выходил из дверей больницы, когда Ина подошла к крыльцу. Он удивился и застыл на верхней ступеньке.

– Ты никуда не спешишь? – спросила Ина. – Я бы хотела поговорить.

Он потер шею в нерешительности:

– Можем и поговорить. Только где-нибудь подальше от людей. И под крышей. Скоро начнется потусторонний дождь.

На территории больницы было тихо, редкие пациенты прогуливались по дорожкам и отдыхали на скамейках. Ина и Авис расположились в беседке. Ина осторожно провела рукой по облезшей краске на лавке и, недолго поколебавшись, все же села. Авис встал рядом.

– Рада, что ты быстро поправился.

– Всего-то нужно было отоспаться.

Он говорил негромко, будто бы через силу. И совсем не улыбался, эмоции едва ли отражались на его лице. Ина не могла сказать, был ли он печален или просто устал.

– Полагаю, ты уже слышал? Все, что было украдено с момента первого вум-исчезновения, вернулось. И люди, и животные. К счастью, все они целы.

– Славно, – ответил Авис без тени радости или облегчения.

Он смотрел перед собой – наверное, на дождь, который так и оставался для Ины невидимым. Сколько она ни напрягала зрение, разглядеть падающие на землю пурпурные капли не получалось. Ауру Ависа она тоже больше не видела. Но знала от Макса, что искриться та перестала.

– Частые дожди ведь были из-за Эзрека? И то, что число аномалий выросло?

– Вроде того.

– Значит, теперь их станет меньше?

– Не сразу. Нужно время, чтобы баланс восстановился.

– Думаешь, боги этому не поспособствуют?

Он промолчал, и Ина отругала себя за неосторожный вопрос.

– Зато у тебя теперь точно меньше головной боли. – Голос Ависа вдруг потеплел. – Или работы еще много?

– Уже нет. Разобралась вчера с последними документами.

Уголки его губ чуть дрогнули. В глазах появился блеск.

– Какие планы теперь?

– А какими они могут быть? – пожала плечами Ина. – Буду работать в обычном режиме. Дел у меня всегда хватает. А ты сам что планируешь делать дальше?

– Ну-у, – рассеянно протянул Авис. – Сейчас я в отпуске. Как минимум на месяц.

– Останешься в СУИФ?

Вопрос, казалось, застал его врасплох.

– Почему бы мне не остаться?

– Я думала, тебе…

Ина осеклась. А ведь действительно, почему она с такой уверенностью предполагала, что он захочет уйти? Только потому, что сама ушла бы, окажись она на его месте?

– Пока еще я не осознал случившееся до конца. Мне нужно больше времени, прежде чем принимать какие-либо решения.

– Конечно. Я понимаю.

Авис достал телефон, мельком взглянул на экран и сказал:

– Мне пора.

Ина вскинула голову:

– Все-таки спешишь?

– Просто ждал, когда за мной приедут.

– А как же дождь?

– Он уже кончился, – ответил Авис и вышел из беседки, лишь махнув Ине рукой на прощанье.

Ничего не пожелал, не выразил никаких надежд. Он и не должен был, но Ина до последнего на что-то рассчитывала.

Оставшись одна, она погрузилась в размышления.

Вот все и закончилось. Однако Ина не чувствовала удовлетворения, а покой, сменивший суету и волнения тех богатых на события недель, был пустым. Сердце освободилось от тревог, но ничто не заняло их место. И пока что Ина не находила, чем его заполнить.

Она так хотела раскрыть это дело. Хотела доказать хотя бы самой себе, что способна. В итоге этого не потребовалось, и Ина ощущала себя использованной.

Было ли все случившееся подстроено от и до? Как многое свершилось по воле богов? Еще до того, как ей стал известен истинный смысл произошедшего, чутье подсказывало Ине, что дело нечисто. Чем дальше, тем больше все напоминало фарс. В каком-то смысле оно и было лишь фарсом. Спектаклем, в котором их против воли заставили играть.

Но Ина не злилась. С ее помощью или же нет, преступник был пойман и наказан. Дипломат-артефакт больше не попадет в чужие руки, и вум-исчезновений больше не будет. Ей хотелось верить, что все пострадавшие обязательно найдут успокоение.

Отчасти Ина была даже благодарна богам. Если бы не их хитроумный замысел, быть может, она бы никогда не встретилась с Ависом. И с Максом, Тессой и Будом. Ина была искренне рада, что их пути пересеклись.

Но что теперь? Здесь их дороги расходятся?

Спектакль завершился. Они покидали сцену и возвращались к обыденной жизни, что была до и осталась после. Все закончилось столь же внезапно, как и началось.

Ина поднялась на ноги и вышла под ясное небо. Стало немного легче. Конечно, что-то непременно изменится. И, возможно, отголоски этой истории еще настигнут ее. Жизнь любит преподносить сюрпризы. Оставалось надеяться, что, когда придет время, она будет готова принять их.

А пока она отдохнет.

Ступив за ворота больницы, Ина глубоко вдохнула свежий воздух. Ей померещилось, что пахнет морем.