«Мы», – думает Винни. Вот что сейчас сказал Джей: «Мы должны выяснить, что твой папа хотел сказать этим гасителем». Не «ты», не «я», а именно «мы».

И это как две тектонические плиты, с грохотом наползающие друг на друга. Одна называется «Четыре года назад», а вторая «Сегодня». Два события, которые издалека выглядят почти одинаково. Но стоит приглядеться – и станет видно, что линии разлома не совпадают. Земля все еще в движении, а под ней все еще кипит магма.

Четыре года назад Винни пришла к Джею.

«Помоги мне, – просила она, стоя у двери его спальни в усадьбе Пятницки, а он смотрел на нее налившимися кровью глазами, стоя по другую сторону порога. – Я знаю, что папа не диан. Джей, пожалуйста, помоги мне». – «Не могу, – вот все, что он ей сказал. – Я. Не. Могу». Потом Джей захлопнул перед ее носом дверь, и Винни осталась одна. Эрика отказала ей в помощи еще раньше. Треугольник распался. Винни осталась гипотенузой, дрейфующей в пространстве.

Теперь она и Джей стоят в другой спальне, у них другие тела, за плечами разные истории, и один из катетов открытым текстом говорит: «Позволь тебе помочь. Теперь я могу быть рядом». Его глаза по-прежнему красные, выражение лица по-прежнему мрачное. Но теперь Джей хочет действовать как «мы», хотя четыре года назад сам это «мы» разрушил.

Пальцы Винни сжимаются в кулаки. Она ощущает внутри себя движение тектонических плит. Эти плиты дрожат, затевая землетрясение, которое в итоге разорвет ее пополам. Винни боится, что если не удержит это все внутри, то наорет на Джея. И даже хуже – намного хуже – просто расплачется. Яростными, магматическими слезами обиды, растерянности и гнева.

Джей, похоже, ощущает ее эмоциональный сдвиг – его поза становится настороженной. Его челюсть слегка сдвигается вбок, словно он готовится получить удар.

Однако бить его Винни не собирается. И орать на него она не будет и реветь тоже. Вместо этого она даст ему один-единственный шанс.

– Ты сказал, что у тебя были свои проблемы, – выдавливает она. – Две недели назад ты сказал, что бросил меня не из-за папы, а потому что тебе надо было разруливать собственные проблемы. Так что, Джей. – Ее голос надламывается, когда она произносит его имя. Она сглатывает ком в горле, скрежещет зубами и пробует еще раз: – Так что, Джей, если это не из-за папы, почему ты бросил меня четыре года назад? Что у тебя такое происходило?

Его тело заметно холодеет, кожа смертельно бледнеет, мышцы коченеют. Даже грудь перестает двигаться – ни вдохов, ни выдохов. Словно зимняя стужа ползет по трупу, лежащему в лесу.

Состояние Джея – полная противоположность безжалостной, клокочущей ярости Винни, и ей почти успевает показаться, что он по-настоящему умирает у нее на глазах.

Но вот звучит его хриплый голос – так тихо, что Винни едва слышит:

– На этот вопрос я тебе ответить не могу.

Она знала, что именно это он и скажет, хотя, видит Бог, надеялась на другое. Она знала, что он будет уклоняться от ее вопроса, потому что, кажется, только это он и может. Ее глаза закрываются, ноздри раздуваются. Нет, перед ним она реветь не будет.

– Тогда уходи, пожалуйста. – Она отступает от двери, все еще не открывая глаз. – Уходи, Джей. Потому что мне не нужна была твоя помощь тогда, и сейчас она мне тоже не нужна.

Она слышит, как он движется. Ощущает, как мимо нее, словно призрачный олень, проносится его холод. Дверь открывается. Дверь закрывается, и часть Винни хочет броситься вдогонку, потому что знает, как глупо гнать единственного человека, которому известна вся правда.

Но прямо сейчас она не в состоянии. Ей необходимо побыть одной.

Удаляющиеся шаги Джея ударяют молотом, ступени под его ногами стонут (третья снизу – самая шумная), и только услышав, как закрылась входная дверь – без хлопка, но и не особо деликатно, – Винни наконец позволяет извержению произойти.

Сначала только слезы, потом икота, потом самые настоящие рыдания, и вот она обрушивается на кровать, которая теперь раздражающе пахнет Джеем. Сначала она оплакивает ту двенадцатилетнюю девочку, которую отверг лучший друг. Потом ту двенадцатилетнюю девочку, что потеряла папу. Потом она плачет о той шестнадцатилетней девушке, что едва не погибла из-за монстра, в которого никто не верит, а теперь вынуждена держать под кроватью гаситель, медленно гниющий и отравляющий комнату своим зловонием.

И наконец, Винни плачет о Грейсоне Пятницки. Парне, которого она никогда не знала и никогда не узнает, потому что он теперь лишь корм для аквариумных рыб. Кровь, разбрызганная по белым древесным стволам.

А за окнами – дождь.

ТЕСТОВЫЙ ПОРТАЛ ЦУГУТА-ФОЛЛЗ

9 АПРЕЛЯ (ВТОРНИК)

РЕЗУЛЬТАТЫ ТЕСТОВ ЗА ПРЕДЫДУЩИЙ ДЕНЬ

Проведенные тесты: 478.

Положительные результаты: 0.

ДОСТУПНЫЕ ТЕСТОВЫЕ ПЛОЩАДКИ:

Больница Понедельниксов: только по записи.

Актовый зал в усадьбе Воскресенингов: только для несовершеннолетних.

Плавучий карнавал: скоро открытие.

Выполните свой гражданский долг и сдайте анализ, как только рядом с вами появится площадка!