Со Чжихёк посмотрел на меня и усмехнулся:

– Если будет казаться, что мы с тимлидом близки, то кто же закажет мне его убийство? А в какой-то момент ведь придется ударить ему в спину и свалить.

Не думаю, что Чжихёк говорит серьезно.

Возможно, со стороны и должно казаться, что они не в ладах… Но когда Чжихёку прострелили ногу, они с Син Хэряном и не подумали обвинять друг друга – ни в шутку, ни всерьез. Ни «надо было тебя бросить», ни «зачем ты вообще полез в переделку?».

Я посмотрел на дверь порта батискафов за спиной Со Чжихёка и спросил:

– Мы не войдем?

– Нет. Лучше подождать снаружи. Они скоро выйдут.

– Там не осталось ни одного рабочего батискафа.

– Конечно-конечно.

– В батискафе нам не выбраться.

– А вдруг они соберут своего Франкенштейна? Оттуда блок, отсюда панель, и готово. А я просто сторож, моя задача – дверь охранять.

Продолжая держать Цзы Сюань на прицеле, Чжихёк перевел взгляд на меня и внимательно осмотрел с головы до ног:

– Док, вы ужасно выглядите. Намного хуже, чем когда я вас видел в клинике… Эй, чем ты его так напугала?

– Я вообще ничего не делала! – возмутилась Цзы Сюань.

Я тоже оглядел себя:

– Правда? По моим ощущениям, все в порядке. Ни единой царапины.

– Как по мне, совсем не в порядке.

– Но ведь все нормально.

Не успел я договорить, как он достал три таблетки, которые каким-то образом ухитрился спрятать в ладони, и разломил одну из них. Хотел передать мне половинку, но, увидев, что мои руки залиты кровью, просто сунул ее мне в рот. По языку разлилась горечь.

Пока я ошарашенно пытался понять, что происходит, Чжихёк будничным тоном велел:

– Просто глотайте. – Потом посмотрел на Цзы Сюань: – Эй, ты доктора по дороге точно не била?

– Я вообще ничего не делала!

– Наверное, напугала до усрачки? С чего бы доктору быть в таком состоянии? Идите сюда, док.

Он сказал Цзы Сюань, чтобы она сама занималась своей раной, и буквально оттащил меня метров на пять. Остановился и неожиданно начал разминать мои плечи. Но это больше походило на удушающий захват – казалось, он сейчас мне все кости переломает.

– Да расслабьтесь вы хоть немного. Как же вы напряглись, прям камень.

– Я в норме.

– В экстремальных ситуациях, вроде катастроф или захвата в заложники, бывает острый стресс. Видимо, у вас он и есть.

Может, и правда? А я-то думал, что справляюсь, но кто знает… Чжихёк резко надавил на плечо, и крик застрял у меня в горле. Это точно не допрос с пристрастием?

Глядя на Цзы Сюань, он продолжил:

– Если за короткое время переживаешь сильнейший стресс, тело может застыть или отключиться.

Цзы Сюань прижала к плечу окровавленное полотенце и, морщась от боли, пробурчала:

– По-моему, у меня состояние куда хуже.

– А, по-моему, ты ему все-таки врезала. Эй, док, не поймите превратно – меня к мужчинам ни разу не тянет… Вам бы к массажисту или иглоукалыванием заняться. Вы далеко не в норме.

С этими словами Чжихёк принялся сдавливать мне шею и плечи. Кости хрустели, а мышцы отзывались болью, как будто меня ломали.

«После такого можно и в больницу попасть», – подумал я, но решил не сопротивляться заботе.

– Видимо, трупы в Чхоннёндоне произвели на меня сильное впечатление. Плюс чувство вины… Еще и знакомый человек угрожает автоматом…

– Но ведь вы ни в чем не виноваты, доктор. Руки назад, как можно дальше. Вот так. Теперь вперед.

На самом деле чувство вины возникает при встрече с каждым. Перед глазами встают их последние минуты. Время от времени накрывает бессилие. Не знаю, получится ли вообще выбраться отсюда… Хотя если кто-то все же смог покинуть Станцию на спасательной капсуле, значит, надежда есть.

Я сделал около двадцати вращений плечами, и Со Чжихёк бодро произнес:

– Все, экстренная реабилитация завершена! Не волнуйтесь вы так, выберемся.

Легко сказать. Не волнуйтесь. Стоило вспомнить перестрелку на Второй подводной базе, как меня бросало в холодный пот. Как тут не волноваться?

Но Со Чжихёк ведь этого не знает. Я украдкой вздохнул.

Внезапно дверь в порт батискафов открылась. Я подскочил от испуга, но Со Чжихёк даже не оглянулся – все так же держал Цзы Сюань на прицеле.

Первой вышла Пэк Эён, увидела меня и чуть заметно улыбнулась:

– Вы все-таки догнали нас, доктор.

Потом ее взгляд упал на Цзы Сюань, которая по-прежнему лежала на полу, и улыбка тут же исчезла. Следом за ней появилась Туманако. Она еле волочила ноги, будто чайка с перебитым крылом, но, заметив меня, расплылась в улыбке:

– Рада тебя видеть. Очень.

– Я тоже, – с трудом улыбнулся я в ответ.

Туманако чуть не прослезилась:

– Я уже думала, ты не придешь.

– Я тоже, – повторил я.

Следом появился Джон Доу. Без кляпа, только руки связаны спереди. Он глянул мне за спину, а потом расплылся в широкой улыбке и показал большой палец.

Похоже, решил, что я избавился от Сумирэ.

Последним из порта батискафов вышел Син Хэрян. Я дважды всех пересчитал, но Шу Лань не увидел.

Заметив мой взгляд, Син Хэрян ответил:

– Шу Лань ушла.

– Значит, все-таки остался хотя бы один рабочий батискаф?

– Да. Модель «Мэри Гилмор». Оказалось, что в нем пряталась Саммер из австралийской инженерной команды.

Как оказалось, эта Саммер тайком забралась внутрь с припрятанной бутылкой спиртного и, устроившись поудобнее, позвонила подруге, чтобы поздравить с днем рождения. Потом, по ее словам, уснула. Проснулась от странных звуков – оказалось, что по отсеку разгуливают вооруженные члены команды «Ра» и стреляют по батискафам.

Батискаф на двоих меньше обычного санузла. Спрятаться там решительно негде. Саммер уже попрощалась с жизнью, когда вдруг дверь открылась и на пороге появилась Шу Лань. Их взгляды встретились, но Шу Лань сделала вид, что никого не видит, и объявила остальным, что батискаф пуст.

Позже к батискафу подошла Хай Юнь. Тоже заглянула внутрь, увидела Саммер и ничего не сказала. Только кивнула и ушла.

Даже после того, как звуки шагов стихли, Саммер боялась выйти. Она думала, что кто-то мог остаться снаружи и с оружием наготове поджидать тех, кто вылезет.

Возвращаясь в порт, Шу Лань была уверена, что батискафом уже воспользовались, но, увидев, что он на месте, открыла люк – и обнаружила внутри все ту же Саммер.

Пэк Эён с облегчением сказала мне:

– Шу Лань эвакуировалась вместе с Саммер. Я так рада, что она выбралась.

Из всего, что я слышал за последнее время, это, пожалуй, была самая хорошая новость. Пэк Эён радовалась искренне, несмотря на то что спаслась не она сама.

– Отлично, – сказал я.

Цзы Сюань скривилась, но промолчала. Тем временем Чжихёк с видом пирата, нашедшего сокровища, протянул изъятый у нее автомат Син Хэряну, у которого оружия не было. Только сейчас я понял, что вооружены только Со Чжихёк и Пэк Эён.

Пока Син Хэрян проверял автомат, Цзы Сюань не выдержала:

– Выпусти моих людей из Пэкходона. Я заплачу сколько нужно.

– Сама же говорила, у вас всего десять миллиардов, – перебил Со Чжихёк.

Цзы Сюань бросила на него злобный взгляд и снова повернулась к Син Хэряну.

– Я серьезно. Проверь мессенджер. Мои ребята сами просят: говорят, лучше заплатить тебе и выбраться, чем сидеть взаперти с японцами.

– Но ведь все, что у вас есть, – это несчастные десять лярдов. Вас кинули сектанты, теперь вы торчите в Пэкходоне… Сколько вы потратили на оружие? Такие пушки на черном рынке и ста баксов не стоят, вас просто развели.

– Сколько еще вы собираетесь держать остальных взаперти? Вы же понимаете, что это уже преступление?

– Эй, Белая акула! А я, между прочим, лодку купил. За одну таблетку обезбола. Вот выберемся – эх, прокачусь с ветерком! Все, теперь я мужчина с лодкой! – вставил Со Чжихёк, перебивая каждый довод Цзы Сюань.

Но китаянка продолжала упорно обращаться к Син Хэряну:

– Сотрудничество вам ничем не навредит. Мы держим слово.

– Тимлид, – вмешался Со Чжихёк, – Цзы Сюань тут недавно предлагала мне за твою голову десять миллиардов. Но я отказался. Не хотел продешевить. У местных на импланты, наверное, больше ушло. Может, свяжемся с тем стоматологом на Гавайях? Пусть выплачивает тебе долю.

От его слов лицо Цзы Сюань, и так побледневшее от ранения, стало мертвенно-белым.

– Заткнись! – рявкнула она, не сдержавшись.

Даже если бы ее укусила акула, она, наверное, испугалась бы меньше. Пэк Эён фыркнула от смеха, не в силах поверить в происходящее. А Туманако склонилась ко мне и шепотом спросила:

– Десять миллиардов вон, да?

– Да, корейских вон.

– А сколько это в новозеландских долларах? Я все еще путаюсь в валютах.

– Точно не знаю. А вы зачем спрашиваете? Напасть на тимлида Син Хэряна хотите?

– Да нет… Просто интересно. А тебе не интересно?

Джон Доу наблюдал за происходящим со стороны, будто оно его совершенно не касается.

Цзы Сюань, все это время сверлившая Со Чжихёка взглядом, спросила, глядя на Син Хэряна в упор:

– Что, боишься мою команду?

Даже после такой провокации Син Хэрян лишь равнодушно ответил:

– Мы направляемся в Хёнмудон.

– Вот как?

– Назови хотя бы одну причину тебя не убивать.