Я никогда раньше не имел дела с огнестрельными ранами. Ну не может же пациент с простреленной головой прийти ко мне на прием. Разве что в отделении неотложки. Впрочем, в Корее такое в целом маловероятно.

Пока я размышлял об этом, Цзы Сюань, корчась от боли, простонала:

– Больно, черт возьми!

– А вот попал бы тебе в голову, было бы не больно. Прости, виноват, недодумал, – ответил Со Чжихёк.

Цзы Сюань заскрежетала зубами, глядя на его наглую ухмылку.

Я же, продолжая прижимать к ране окровавленное полотенце, свободной, относительно чистой рукой достал из кармана пузырек с таблетками:

– Кое-кто дал мне обезболивающее.

Цзы Сюань попыталась схватить таблетки дрожащей левой рукой, но уронила пузырек на пол. Я занимался раной, поэтому ничем не мог помочь. Со Чжихёк тут же подхватил пузырек, с легкостью увернувшись от пинка Цзы Сюань, и открутил крышку. Заглянул внутрь и хмыкнул:

– Док, по-моему, обезбол ей ни к чему.

– Отдай! – взвизгнула Цзы Сюань.

– У вас доброе сердце, но все-таки… – Со Чжихёк посмотрел на меня с лукавой улыбкой и спросил: – А кто дал вам таблетки, если не секрет?

– Эм-м… Я бы предпочел не говорить. Я попросил таблетку, и мне отдали весь пузырек.

– Вы их до этого принимали?

– Нет. А что? С таблетками что-то не так?

– Все так. Просто они очень сильнодействующие.

Может, это какая-та усиленная версия тайленола? Или… неужели что-то покруче?

Цзы Сюань снова попыталась пнуть Со Чжихёка. Похоже, тот был прав: она в порядке, если не считать раны на плече. Чжихёк легко увернулся.

Китаянка стиснула зубы от боли и злости, а потом зашипела:

– Доктор хотел дать мне таблетки!

– А отморозок с пушкой говорит, что за все нужно платить, – хмыкнул Со Чжихёк, гремя пузырьком.

Судя по всему, в словесной дуэли у Цзы Сюань не было ни единого шанса.

Глядя, как Чжихёк вертит в руке баночку, я со вздохом сказал:

– Отдайте ей таблетки. Мне они даром достались.

– Вот как? Тогда смотрите, как я превращу их в товар люкс.

– Что?

– Продай мне свою лодку, – сказал Чжихёк, весело покачивая пузырьком перед лицом Цзы Сюань.

– Что?

– Говорю, лодку продай. Если наверху правда разгуливают сектанты, то Станция куда опаснее, чем казалась. Думаю, на суше тоже неспокойно. Поэтому мне нужно что-то, на чем можно уплыть, – хоть шлюпка, хоть надувной круг.

Цзы Сюань уставилась на него, как на сумасшедшего.

– Ты серьезно хочешь, чтобы я продала лодку за пару таблеток?!

– Не просто пару таблеток. Я тебя на ней еще и вывезу. Бесплатно. По доброте душевной.

– Да ни за что! Думаешь, я обменяю лодку, которая стоит пятьдесят миллионов вон, на гребаные таблетки?! Совсем рехнулся?!

– Так я ж тебя, раненую, до нее еще и дотащу.

– А я тебя просила?!

Со Чжихёк старательно изображал заботу: дескать, он всего лишь благородно хочет помочь бедной раненой девушке и посадить ее в лодку, но для Цзы Сюань это звучало как грабеж средь бела дня.

Я отбросил окровавленное полотенце в сторону, прижал к ране новое и тихо сказал:

– Чжихёк, инженерная команда «Ра» сотрудничает с сектантами. Если они отправятся на Вторую базу и выйдут с ними на контакт, велика вероятность, что их просто убьют.

Цзы Сюань нахмурилась и посмотрела на меня:

– Что вы сейчас сказали?

– Церковь Бесконечности верит, что ради ритуала должно быть принесено определенное количество жертв. Они не отпустят вас просто так.

– Не может быть! Мы с ними договорились!

Лениво перекатывая в руке пузырек с таблетками, Со Чжихёк прокомментировал:

– Тебя кинули.

Цзы Сюань, которая до этого смотрела на меня, резко повернулась к нему.

Чжихёк невозмутимо продолжил:

– Хотя… ладно, вы сами мастера кидалова. Но сектанты – это другой уровень. Перед их болтовней даже самые ушлые мошенники пасуют. Они на этом собаку съели.

Цзы Сюань побледнела еще сильнее, но ничего не сказала. Просто молча смотрела на Чжихёка. И тут я в полной мере осознал, что молчание может быть куда страшнее брани.

Примерно через минуту, обливаясь потом, Цзы Сюань хрипло выдавила:

– Хочешь жить – пожалуйста. Хочешь лодку – получишь лодку. Но сначала убей Син Хэряна и принеси его планшет.

После этих слов я машинально перевел взгляд на Чжихёка. Тот несколько раз моргнул, услышав внезапное предложение убить собственного начальника, а потом… усмехнулся:

– Вот люблю я отчаянных женщин. Но чтобы купить меня, лодки маловато. Нужно кой-чего добавить.

– Сколько хочешь?

– А ты что, даже потолок не установила, прежде чем спросить? Ну молодец.

– Лодка плюс… сто миллионов вон сверху.

– Бывший тимлид Чо получил сотню лямов просто за то, что сдал троих сотрудников и сбежал в Штаты. А ты предлагаешь за те же деньги убить Син Хэряна? Это ж задарма.

– Двести – самое большее, что я могу предложить.

Я впервые в жизни присутствовал при обсуждении заказного убийства. Даже мне, человеку, который в этом ничего не смыслит, стало ясно – сумма смехотворная. Убить человека за двести миллионов? Одна моя почка стоит дороже. А глаза тем более. Интересно, сколько стоит убить меня самого? Кажется, моя мораль стремительно летит в пропасть.

Со Чжихёк отреагировал так, будто ему предложили продать душу за пачку доширака:

– По-твоему, к Син Хэряну лезут, потому что зубы лишние? Думаешь, грохнуть нашего тимлида – раз плюнуть? Сто миллионов? Это несерьезно.

Цзы Сюань, похоже, решила, что пора пускать в ход тяжелую артиллерию:

– Квартиру тебе оформим. Поможем получить гражданство. В инженерной команде «Ра» тебя встретят как героя, а Новая Китайская Федерация наградит званием почетного гражданина.

– Последнее – самое бесполезное, честно. Разочаровала ты меня, Цзы Сюань. Постоянно называла нас нищими, а сама-то? Больше двух сотен и предложить нечего.

– Миллиард. Это максимум из доступного нам оперативного бюджета. Если хочешь больше, нужно запрашивать одобрение сверху. Можешь сам спросить у Хай Юн или Ли Вэя.

Чжихёк смерил китаянку жалостливым взглядом:

– Денег нет, а туда же – просишь снести башку начальнику? Да ну тебя, Цзы Сюань. Я с нищебродами не общаюсь. Я однажды слышал, как вы Эён хвастались, что у вас все по-серьезному: и лодки, и яхты, и куча спонсоров. Подумал, наверняка бабки есть. А оказывается, фуфло все это. Нищеброды вы нищебродские.

Сколько раз Со Чжихёк уже сказал «нищеброды»? Похоже, он просто издевается и не собирается всерьез устранять Син Хэряна.

Цзы Сюань с перекошенным от злости лицом прорычала:

– Если поговоришь с Ли Вэем или Хао Раном, они, может, из своего кармана добавят. Пообещай, что достанешь планшет Син Хэряна, и я сама еще миллиард сверху дам.

Похоже, Цзы Сюань считала, что планшет Син Хэряна – ключ к спасению запертых в Пэкходоне членов ее команды. Она даже не догадывалась, что нужный планшет – планшет Майкла Лоакера – давно у команды «Ка». Впрочем, я бы тоже никогда не подумал, что кто-то стащит девайс своего начальника, чтобы подтереть записи с камер.

Со Чжихёк тем временем развлекался с пузырьком – то перебрасывал из одной руки в другую, то подбрасывал вверх, ловя запястьем. Таблетки тихо побрякивали… а потом вдруг затихли.

Чжихёк остановился и, глядя на Цзы Сюань, спокойно сказал:

– Десять лярдов вон. Долларами. Юани не беру.

Даже я растерялся, а Цзы Сюань так вообще – застыла с открытым ртом. Потом пришла в себя и выпалила:

– Да откуда у меня такие деньги?!

– А японцы мне за нашего начальника миллиард предлагали. Вы, значит, хуже японцев?

Из уст Цзы Сюань хлынул поток отборной брани. Похоже, у нее накопились претензии и к Со Чжихёку, и к Син Хэряну. Сначала она изрыгала проклятия в их адрес, потом проклинала корейцев и японцев в целом. Судя по всему, Чжихёк задел ее за живое – она тяжело дышала, но продолжала ругаться, несмотря на боль.

Что Сумирэ, что Цзы Сюань, – характер у этих девиц тот еще.

Пока я смотрел, как от злости у нее пылает лицо, Со Чжихёк с ехидной ухмылкой потряс у нее перед носом планшетом:

– Все. Хватит мечтать о том, чтобы меня купить. С планшета лодка заводится?

– Да.

Ого. Я знал, что сейчас многие машины заводятся с планшета или с телефона, но чтобы лодка – впервые слышу. А впрочем, чему тут удивляться, – я в жизни на лодке не катался. Да и сам факт, что у некоторых сотрудников Подводной станции есть личные лодки, до сих пор кажется мне чем-то диким. Как и то, что к ним относятся, словно к машине во дворе. Не припоминаю, чтобы кто-то из моих знакомых говорил: «Пожалуй, куплю-ка я себе катер».

– Пришвартована там же, где лодка Хай Юн?

– Откуда ты знаешь, где пришвартована лодка Хай Юн?

– Вот уж всем секретам секрет. Все в одном месте швартуют. Ну, значит, одну лодку мы уже обеспечили.

Со Чжихёк открыл пузырек с таблетками. Достал одну и положил прямо на пол:

– Глотай, пока не убежала.

– Ну ты и мразь. Ты и твой начальник – два сапога пара.

– Я все-таки получше, чем наш тимлид.

Наблюдая за этим безумным фарсом, я только глазами хлопал. Через несколько секунд Чжихёк протянул руку, собираясь засунуть пузырек обратно мне в карман, и я не удержался от вопроса:

– Чжихёк, вы же не собираетесь убивать господина Хэряна?

– Думаете? А вдруг я сорвусь с катушек и перестреляю всю нашу команду? В конце концов, все возможно.

При этих словах в глазах Цзы Сюань, которая как раз потянулась за таблеткой левой, еще рабочей рукой, мелькнула искорка надежды. Казалось, она действительно хотела, чтобы Чжихёк взял да и перебил своих. Но… тот Чжихёк, которого знаю я, на такое не способен.

– Вы, кажется, довольно близки.

– Серьезно? – недоверчиво переспросил Чжихёк.

– Да.

– Вот черт. А ведь не должны.