Несмотря на все усилия, Сафи заснула. Всю ночь и весь следующий день она спала. Еда, ванна и игра в Таро – слишком много испытаний зараз, так что она свернулась калачиком рядом с Ванессой на кровати. Ее глаза закрылись. И тогда Адские Алебарды, императрица и пиратская республика Сальдоника исчезли.

Пока не раздался стук в дверь.

Он заставил Сафи проснуться так быстро, что она упала с кровати. Ноги девушки застряли в новых шелковых веревках, которыми Лив, извиняясь, связала ей лодыжки после путешествия на территорию Красных Парусов.

Адские Алебарды успели выхватить ножи и мечи, прежде чем Сафи смогла до них дотянуться, и к тому моменту, как ведьма ухитрилась подняться на ноги, Лив – единственная, на ком уже были доспехи, – уже кралась к двери с обнаженным клинком наготове.

Второй стук. Настойчивый, решительный. Сафи взглянула на императрицу, которая спокойно сидела у закрытых ставен на единственном табурете. Руки сложены, осанка идеальная…

– Не стоило вам являться сюда! – крикнул мужчина из-за двери на марстокийском.

Ноздри императрицы расширились, она едва сдерживала улыбку. Значит, это часть ее плана. Хотела бы Сафи знать его полностью.

Адские Алебарды явно находились в такой же растерянности, как и Сафи. Лив и Зандер смотрели на Кейдена, ожидая команды, которая никак не поступала.

– Вы понимаете марстокийский? – вежливо поинтересовалась императрица. Слишком вежливо.

Она поднялась на ноги, и ошейник на шее показался Сафи легким, как одуванчик, хотя явно замедлял ее движения.

– Они сказали, что нам не следовало приходить сюда.

Кейден поднял руку, в которой сверкнул нож. Потом он принюхался, его сузившиеся глаза устремились вдаль.

– Дым, – сказал он.

Все как один повернули головы к ставням. Серый дым уже начал просачиваться сквозь них.

– Адские ямы, – выругалась Лив, и в тот же миг Зандер неразборчиво зарычал:

– Мне приходилось сражаться с колдунами огня!

– Вот только это не работа колдунов огня из Марстока, – сказала Ванесса, просияв. Она хищно улыбнулась. – Это морской огонь Пиратов Баедида.

– Но мы не в море, – удивилась Лив. – И зачем, спрашивается, сжигать весь постоялый двор?

Она бросила взгляд на императрицу.

– Вам что, не нужна императрица Марстока? – крикнул Кейден. – Она умрет, если вы не выпустите нас.

– Именно этого она и заслуживает, – послышался приглушенный ответ.

И тут же раздался другой, бесстрастный голос:

– Зачем нам ограничиваться частью Песчаного моря, если мы можем получить весь Марсток?

Мгновение царила тишина. С лица Ванессы сошла победная улыбка. Она вскрикнула и вскочила на табурет, чтобы распахнуть ставни. Ее никто не успел остановить.

– Отставить! – выкрикнула она. – Как ваша императрица, я приказываю вам отступить!

– За Песчаное море! За Песчаное море!

Комнату пронзила вспышка света, пронесшаяся над Сафи. Еще три вспышки, и вот Зандер уже стаскивал императрицу с табурета. Прищурившись от яркого света, Сафи смогла разглядеть, как арбалетные стрелы бились о воздух в оконном проеме и рикошетом отскакивали назад.

Защитная магия сработала – по крайней мере, от нападения со стороны улицы. Но внутри уже клубился дым. Горячий, удушливый и слишком знакомый. У Сафи перехватило горло. Дым. Пламя. Смерть.

– Надо защититься от огня! – рявкнул Кейден на Зандера. – Нам нужно, чтобы дым не проникал сюда как можно дольше.

Вдвоем они сорвали с кровати шерстяное покрывало и расправили его, как парус.

Белый свет разлился по комнате, и дым начал щипать глаза Сафи. Она сумела добраться до стены, где сжалась Ванесса. От идеальной маски императрицы теперь не осталось и следа. Сквозь дым и вспышки света Сафи увидела широко раскрытые глаза Ванессы. Ее пальцы с побелевшими костяшками вцепились в воротник, она тянула его, руки тряслись. Она вся дрожала.

– Они предали меня, – шептала она, не сводя распахнутых глаз с Сафи. – Они предали меня. – Она могла лишь снова и снова повторять: – Они предали меня.

Внезапно вспышки прекратились. Стрелы больше не врезались в окно, а Кейден и Лив смогли, размахивая одеялом, избавиться от дыма в комнате. Но Сафи почти ничего не замечала, потому что смотрела на Ванессу, которая отчаянно пыталась избавиться от ошейника. От усилий у нее пошла кровь из носа.

– Прекрати! – Сафи схватила императрицу за запястья. – Ты не сможешь вырваться.

Глаза Ванессы метнулись вверх, на девушку, презрительно сузившись.

– Разве ты не поняла, Сафи? Пираты Баедида предали меня. Они отравляли гнилью мой двор, и это они сожгли мой корабль. Убили моих… – Ее голос оборвался, и императрица неуверенно поднялась на ноги. – Освободите меня, – бросила она Адским Алебардам на карторранском.

Теперь кровь ручьем текла из обеих ноздрей.

– Наша защита выдержит, – ответил Кейден.

Но как только он это произнес, Зандер отвернулся от двери и сказал:

– Не совсем, сэр. Я не могу охватить защитой площадь больше этой комнаты. Не сейчас, когда нас атакуют. А снизу уже поднимается пламя.

Лив повернулась к Ванессе:

– Как же ты нас выведешь?

– Я могу сдержать пламя железом. Я уже делала это раньше.

– Да, – подтвердила Сафи, поднимаясь на ноги. – Благодаря этому мы выжили, когда на корабль напали.

Кейден перевел взгляд на Ванессу, а его подчиненные – на командира. Все ждали. Наконец он спросил:

– Откуда нам знать, что вы не бросите нас, ваше величество?

– У меня нет времени на интриги, – ответила Ванесса.

Но даже сквозь безумие, царившее в комнате, даже сквозь жар, поднимавшийся от досок, Сафи почувствовала ложь в ее словах.

– Ваш ведовской дар не в силах убить нас, – предупредил Кейден, убирая клинок в ножны. Медленно и осторожно, словно он все еще раздумывал, как поступить. – Нет смысла пытаться.

– Ваша смерть, – ответила Ванесса уже спокойнее, – мне ничем не поможет. Морской огонь сжигает все гораздо быстрее, чем обычный, а времени у нас в обрез!

Она махнула в сторону двери, где через щели уже заползал дым.

Зандер выругался, Лив схватилась за шерстяное одеяло, руки Кейдена легли по обе стороны ошейника Ванессы. Его губы беззвучно двигались, пока не раздался щелчок. Деревянный ошейник открылся.

Ванесса тут же кинулась к двери. На ходу она сбросила ошейник на пол – тот издал глухой стук – и схватила за руку Сафи.

– Уберите защиту! – приказала она Зандеру. – Мы не можем выйти, пока она закрывает двери и окна.

Мужчина посмотрел на Кейдена. Командир кивнул:

– Делай.

Руки гиганта поднялись, и он что-то тихо пробормотал. Вся комната дрожала и гудела, Сафи чувствовала, как сила покидает ее, слой за слоем. Она ничего не понимала. Значит, Адские Алебарды владеют ведовством?

В темноте загорелись капли серебра – это Ванесса призвала все металлические предметы, что были в комнате. Капли собрались в два слитка, потом каждый вытянулся и превратился в рапиру. Одна для императрицы, другая для Сафи. Клинки тут же перерезали путы на ногах пленниц.

Защита исчезла. Сафи поняла это по тому, как застучали арбалетные стрелы по стенам.

– Уводите нас отсюда! – рявкнул Кейден.

– Нет, – ответила Ванесса и подняла ладони.

Клинки Адских Алебард вырвались у них из рук. Оружие повисло в воздухе, направленное прямо им в лицо. Потом клинки заскользили по воздуху, как плотва в речном потоке. Они обогнули каждого из троицы и со звоном упали у них за спиной. Ожерелья, что висели на шеях, засверкали алым.

Ванесса, похоже, ждала этого. Казалось, она наслаждается каждым мгновением, прежде чем обрушить свои силы на дверь.

Сафи, услышав лязг металла, наконец смогла отвести глаза от Адских Алебард и отскочить в сторону. Дверные петли слетели. Задвижка плавилась на глазах. И прежде чем кто-то успел ее остановить, императрица выскочила за двери.

В этот же момент дверь сорвалась с места и пронеслась мимо Сафи и Ванессы. Удар воздуха, дым и жар. Дверь развернулась в полете и припечатала к стене Адских Алебард. Всех троих чуть не размазало по стене, как мух ударом мухобойки.

– Мы всего лишь выполняли приказ! – крикнул Кейден. Сквозь пелену дыма он казался призраком. – Делали свою работу.

– А я, – огрызнулась Ванесса, чье лицо было измазано кровью, – всего лишь делаю свою.

Она бросилась в дверной проем. Сафи за ней не побежала. Она смотрела на Адских Алебард: Кейден – слева, Лив – в центре, Зендер – справа. Сафи не доверяла им, они ей не нравились, но это не означало, что она могла оставить их умирать.

– Подожди! – крикнула девушка Ванессе, и императрица остановилась у двери.

За ее спиной взметнулась вверх стена из всего, до чего она могла дотянуться ведовскими силами, – гвоздей, дверных петель и замков.

– Отпусти их.

– Они снова попытаются нас схватить.

– Нет! – крикнула Лив. Шрамы на ее лице превратились в алые полосы. – Мы поможем вам!

– Им нельзя доверять, – настаивала Ванесса. Она потянула Сафи за руку. Кровь капала с ее подбородка. – Мы должны идти, Сафи. Сейчас же.

– Нам можно доверять. – Это сказал Зандер, его лицо было напряжено, пока дверь все сильнее и сильнее прижимала его к стене. – Мы можем это доказать. Только помогите снять петлю…

– Я уже сделал это.

Все взгляды обратились к Кейдену, чьи руки торчали над дверью. Он сжимал в кулаке золотое ожерелье – такое носили все Адские Алебарды, включая дядю Сафи. Именно его, как поняла теперь Сафи, они называли петлей.

– Клянусь честью, – прохрипел Кейден, и казалось, что слова даются ему с огромным трудом, даже с болью, – мы не причиним тебе вреда.

Впервые Сафи смогла воздействовать своим даром на кого-то из Адских Алебард. Она ясно чувствовала, что он говорит правду.

– Мы не станем вам мешать, – продолжал Кейден, и его лицо еще сильнее исказилось от боли. – Мы сбежим вместе.

И опять это была правда, ничего, кроме правды. Об этом кричало ведовское чутье Сафи, хотя сами слова, казалось, не имели смысла. Но она не могла отрицать того, что видела. Того, что чувствовала.

– Освободи их, – сказала она Ванессе. – Он говорит правду, мы можем им доверять. Они нам помогут.

Пауза. Дым, жар, искры – все вокруг замерло, пока Ванесса колебалась.

– Скорее!

Сафи хотела выкрикнуть что-то еще, но именно в этот момент башня, в которой размещался постоялый двор, начала рушиться.

Времени больше не было, и императрица это поняла. С рычанием она отозвала дверь, и та упала. Кейден повалился на Лив. Ванесса тем временем собрала все железо, что еще оставалось на двери, чтобы создать щит, перед тем как они окажутся в коридоре.

Кокон из металла укрыл всех от дыма и гари. Они двинулись, шаг за шагом: Сафи и Ванесса впереди, Адские Адебарды, пошатываясь, сзади.

* * *

Как раз в тот момент, когда Аэдуан и Изольда укладывали вещи в мешок, готовясь покинуть развалины, воздух расколол отдаленный гул. Словно выстрел из пушки в нескольких лигах от них. Изольда встретилась взглядом с Аэдуаном.

– Люди, – сказала она.

Колдун кивнул.

– Надо проверить.

Он снова кивнул.

– Оставайся здесь.

Ведьма не послушалась. Аэдуан только вздохнул – ему приходилось это делать все чаще с того момента, как они оказались вместе. Но колдун не стал останавливать девушку, и через несколько мгновений оба выскочили на поляну.

Трава так и осталась примятой в том месте, где продолжилась их тренировка. Аэдуан ни разу не причинил девушке боли, он был осторожен и вовремя останавливался, но также ни разу не дал ей победить. Точно так же монахиня Эврейн не давала ему взять верх.

Петляя, они преодолели лесистый обрыв и остановились в чаще наверху, среди дубов и сосен. По Амонре шли корабли.

Аэдуан резко выдохнул, у Изольды дернулся нос.

– Красные Паруса, – сказал он. – И Пираты Баедида тоже. Двадцатилетнее Перемирие закончилось. Я думаю, они объединились для нападения.

Парень быстро объяснил, что это две пиратские фракции и что теперь они, как две стороны клинка Госпожи Судьбы, слились в одно могучее оружие.

Рассказывая все это, Аэдуан отстегнул от ножен маленькую подзорную трубу и осмотрел окрестности. Каждый корабль был набит солдатами, и каждый солдат был хорошо вооружен. На берегу тоже толпились люди. Почти невидимые глазу, они пока оставались неподвижными. Но если всмотреться… Вот они. Лошади. Еще солдаты.

– Куда они направляются? – спросила Изольда, когда колдун закончил объяснять.

– Вверх по течению.

Теперь настала очередь девушки вздыхать. Она ничего не сказала. Молчание длилось так долго, что Аэдуан успел все как следует рассмотреть и опустил подзорную трубу.

И тут же понял, что ведьма, не шевелясь, наблюдает за ним. Однако на этот раз ее лицо не было бесстрастным. Оно было напряжено от боли, губы сжаты, нос вздернут. Аэдуан сглотнул. Может, он все-таки причинил ей боль во время тренировки? Грязь покрывала плечи и колени Изольды, а на скуле красовался синяк.

Но нет. Чем дольше парень выдерживал взгляд ее карих глаз, тем больше понимал, что это было. Не боль – это было горе. Второй раз за утро он пожалел, что заговорил о Кар-Авене.

Аэдуан отвернулся и прицепил подзорную трубу к ножнам. Откашлялся.

– Им придется сойти на берег до того, как они достигнут водопада, ведьма. И нам надо убраться до того, как это произойдет.

– Значит, уходим, – безучастно ответила Изольда.

– Придется действовать быстро. Ты готова?

Девушка фыркнула, и, оглянувшись, Аэдуан увидел, что ее лицо смягчилось. Легкий – почти незаметный – отблеск озорства появился в глазах.

– Думаю, мы оба знаем ответ на этот вопрос, колдун. – Она прошла мимо него, высоко задрав подбородок. С вызовом. – Вопрос в том, сумеешь ли ты не отстать.

Изольда перешла на бег, и Аэдуан бросился за ней.