Собственно говоря, обретение и умение использовать те типы мышления, о которых мы говорили ранее, полезны не только для «я-субъекта», но и для любого, кто устремлен к тому, чтобы в его «труде», в его «работе» появились хотя бы признаки деятельности. Однако быть антихрупкими мечтают все – притом что этим воистину драгоценным качеством владели в полной мере разве что герои мифов, легенд и сказок…
Впрочем, нет, еще два литературных героя, чье появление несомненно задало вектор развития того, что принято называть западной цивилизацией. Мы имеем в виду Робинзона Крузо и Лемюэля Гулливера, созданных гениальной фантазией Даниэля Дефо и Джонатана Свифта.
Термин «антихрупкость» ввел экономист Нассим Талеб в книге «Антихрупкость. Как извлечь выгоду из хаоса». Стало уже общим местом, что крайне маловероятные события, к которым применима метафора «черный лебедь», все чаще сотрясают мировую экономику и разрушают вроде бы прочные геополитические конструкции. Пандемии, экологические потрясения, техногенные катастрофы, цунами терроризма, столкновения взаимоисключающих доктрин и стратегий и, как результат, кровавые битвы на земле, в морях и воздухе… Иногда возникает ощущение, будто уже нормальных белых лебедей впору заносить в Красную книгу. Поэтому важнейшим качеством «я-деятеля» становится упорное стремление не просто уцелеть, а найти и реализовать новые возможности для развития.
Антихрупкость – способность «я-деятеля» применять «Практику переключения» и достигать метанойи в условиях усложняющегося и все более угрожающего воздействия внешней среды – и на основе этого реформировать имеющиеся бизнес-системы и создавать новые, успешные.
Итак, подытожим: «я-деятель» – это «я-субъект», хорошо владеющий навыками абстрактного, диалектического и прорывного мышления, склонный к рефлексии, способный достигать метанойи и при всем при том обладающий значительной антихрупкостью.