Еще один важный шаг в переосмыслении продуктивности – возможность отличать от нее занятость. Именно его требовалось сделать Маргарет на пути к исцелению. Ошибочно принимая плотный график за продуктивный, моя клиентка объединила две идеи: «Я должна быть продуктивной, чтобы меня ценили окружающие» и «Если я занята, значит, я продуктивна». Когда я сказала ей об этом, она встретила меня непонимающим взглядом.

– Занятость представляет собой реактивный подход к задачам, – пояснила я. – Вы реагируете на то, что требует внимания. Продуктивность же подразумевает проактивный подход к задачам и жизни и акцент на достижение глобальных целей.

Маргарет напряженно кивнула.

– Продуктивность определяется важностью и влиянием действий, которые мы совершаем, а не самими действиями, – продолжила я. – Иными словами, мы измеряем успех не количеством завершенных задач, а их вкладом. Вот почему называем дела, которые поддерживают занятость, «имитацией бурной деятельности» – ведь они ни на что особенно не влияют.

Судя по выражению лица Маргарет, я звучала не слишком убедительно.

– Насколько вам близки подобные рассуждения?

– Ну я понимаю, о чем вы говорите, и не то чтобы была несогласна, – ответила она. – Просто вряд ли могу делать меньше или отказывать шефу, когда он ко мне обращается. Поймите, мне надо найти способ быть счастливой и довольной в рамках того, что есть сейчас.

– Понимаю, мгновенные перемены кажутся невозможными, – успокоила я ее. – Мы определенно можем сосредоточиться на развитии стрессоустойчивости, чтобы вы регулировали свое состояние.

Маргарет находилась в середине пути, на стадии созерцания перемен. На ней мы рассматриваем аргументы за и против изменения привычек. Прежде чем моя клиентка сможет что-то поменять, ей необходимо будет самой убедиться, что стремительной жизни, полной событий, есть альтернатива.