Сара была очень увлечена работой, имела стабильные дружеские и близкие родственные отношения, но все же никак не могла почувствовать, что делает достаточно. Поэтому ей было сложно налаживать связь с друзьями, которых моя клиентка считала куда успешнее, чем она сама.

Однажды Сара поделилась тем, как прошла недавняя встреча с одной из ее ближайших подруг.

– Мы дружим очень давно, но те несколько последних раз, что мы с ней виделись, я чувствовала какую-то фальшь со своей стороны.

– Да, вы уже упоминали, что начали бояться общения с ней, – ответила я. – Как думаете, смогли бы вы назвать эмоции, которые испытываете?

– Честно говоря… – она замешкалась, вытягивая из рукавов выбившиеся нитки. – Ужасно не хочется так говорить, но я без сил. Не прекращаю думать о том, как по-разному сложились наши жизни. Каждый раз, как я ее встречаю, она делает что-то, что снова напоминает мне, насколько я хуже.

– Расскажите подробнее, – попросила я.

Я видела, что девушку что-то тяготит и она хочет выговориться.

Сара сделала глубокий вдох.

– Она… Нет, все мои друзья «управляются с жизнью» куда лучше, чем я. Ясмин получает гораздо больше. Вообще-то, всего пару месяцев назад ее повысили. У нее есть дом. Она постоянно путешествует. А уж как нравится парням – мы не можем сходить на вечеринку, чтоб Ясмин не ушла оттуда с чьим-нибудь номером.

Я закивала, побуждая продолжать.

– Конечно, я рада за нее, – поспешно добавила Сара, – но не понимаю, по-прежнему ли мы равны, особенно когда у нас настолько разный доход. Я… Просто больше не могу быть собой, понимаете? – Моя клиентка замолчала.

Я не стала нарушать тишину, поскольку знаю, что именно неловкое молчание, которое раньше спешно заполнялось словами – наблюдениями, одобрением, иногда даже подходящей к ситуации цитатой, – заставляет людей встречаться лицом к лицу с тем, чего они избегали.

И действительно, через пару мгновений Сара полушепотом произнесла:

– Кажется, она мне больше не нравится… по-моему.

– Эту мысль, может быть, сложно переварить, – сказала я. – Знаю, вы очень долго дружили. Вы поделились своими мыслями после встреч, но можете ли осознать, какую эмоцию ощущаете?

– Иногда я… завидую, – Сара глубже вжалась в кресло, будто пытаясь исчезнуть. – Я ужасная подруга; нельзя завидовать друзьям!

– Чувства никогда не делают вас хуже. Нет хороших и плохих эмоций, а их осознание поможет найти более экологичный способ проживания.

Часто люди, погрязшие в сравнениях, делают то же, что Сара: судят себя за эмоциональные привычки, сопутствующие сравнениям. Чтобы справиться с негативными чувствами, мы отворачиваемся либо от других, либо от себя. Сара изначально отвернулась от подруги, а потом и от себя словно в наказание. Это одно из самых вредных последствий мотивации через сравнения: серьезный урон отношениям с другими и с собой, а иногда и тому, и другому одновременно.