Я стану покрывалом любви, которое согреет тебя.
Я медленно открыл глаза и потянулся. События прошлой ночи вернулись ко мне внезапной волной сонного восторга: Элли пришла ко мне, и мое сердце воспарило, когда я увидел ее. Она произнесла слова, которые я жаждал услышать – и услышал: я хочу тебя.
Элли сидела на краю кровати, глядя на рассветные лучи, едва пробивающиеся сквозь жалюзи. Мой взгляд блуждал по женственным линиям ее гладкой спины… Ее талия сначала сужалась, а потом расширялась к округлым бедрам, и я снова почувствовал легкую пульсацию, несмотря на то, что бо́льшую часть ночи занимался любовью.
– Не уходи! – хриплым после сна голосом попросил я.
Она повернулась. В ее глазах были нежность и ранимость, губы припухли от того, что мы целовались прошлой ночью. Она выглядела хрупкой. Боже, она выглядела такой хрупкой! И я был прав – она так прекрасна в первых лучах солнца, а особенно – после ночи любви.
– Солнце восходит, – тихо сказала она, откидывая волосы за плечи. – Я не хочу, чтобы ты пропустил это только потому, что я здесь.
Я улыбнулся:
– Раздвинь занавески. Мы можем наблюдать за ним не только из патио, но и с этой кровати.
Она взглянула на окно, потом – снова на меня, а затем встала и раздвинула шторы, чтобы полюбоваться восходом солнца, только что выглянувшего из-за леса за домом. Комната была залита бледно-золотистым сиянием, и ее обнаженная кожа казалась переливающейся всеми цветами радуги. Она вернулась ко мне, скользнула под одеяло и улыбнулась, раздвигая ноги подо мной, создавая идеальную колыбель для моих бедер, затем снова приняла меня в свое тело, когда восход солнца приветствовал нас, знаменуя новый день.
И я наконец-то понял, каково это – любить женщину телом, сердцем и душой.
Эти выходные мы провели, исследуя тела друг друга и узнавая, что доставляет нам удовольствие. Я чувствовал себя ненасытным – удовлетворенным и постоянно голодным одновременно. В субботу мы встали с постели, только чтобы поесть и принять ванну, а в воскресенье отправились на прогулку, чтобы Элли могла размять ноги и почувствовать удовольствие от ходьбы без костылей, которые ее тормозили. Она слегка прихрамывала, но доктор сказал, что со временем это пройдет.
Мы держались за руки, прогуливаясь под очередным крытым мостом, и я привлек ее к себе, прислонившись к старому дереву, и поцеловал. Она рассмеялась и поцеловала меня в ответ. Тогда мне показалось, что весь мир остановился и в нем остались только мы.
Я очнулся от своих мечтаний, когда мы подъехали к дому и увидели припаркованную рядом незнакомую машину. Когда мы вышли, из машины выбрались двое мужчин и направились к нам.
– Габриэль Далтон? – спросил блондин в темно-синем костюме, протягивая руку.
Я пожал ее и кивнул.
– Да.
– Я детектив Коттерилл.
Я был немного сбит с толку, но решил, что это связано с делом Элли. Поэтому, когда она подошла ко мне, я представил ее, но он взглянул на Элли лишь мельком.
– Я хотел бы задать вам несколько вопросов.
Другой мужчина обошел машину и представился как детектив Барбоса, и мы тоже обменялись рукопожатиями, прежде чем я ответил детективу Коттериллу:
– Конечно. Проходите.
Я проводил их до входной двери и пригласил внутрь, в гостиную.
– Могу я предложить вам что-нибудь выпить?
Они оба отказались, и мы сели. Я взглянул на Элли – она выглядела немного взволнованной.
– Я полагаю, это связано с делом Элли?
Детектив Коттерилл покачал головой:
– Нет. Речь идет о мальчике, который был похищен в городе.
– Уайатт Геллер?
Детектив Коттерилл оторвал взгляд от своего блокнота:
– Вы его знаете?
– Я знаю о нем. Я внимательно слежу за этим делом.
Он странно посмотрел на меня.
– Понимаю. Для этого есть какие-то особые причины?
Я нахмурился, переводя взгляд с него на детектива Барбосу, который откинулся на диван, положив одну руку на спинку и закинув ногу на ногу.
– Если вы не знаете, меня самого похитили, когда я был…
– Да, мы в курсе.
Что здесь происходит?
– Хорошо. Тогда вы можете понять, почему меня интересует, что случилось с Уайаттом Геллером.
Ни один из детективов не ответил. Вместо этого они повернулись к Элли.
– Вы Элоиза Кейтс?
– Да, – пробормотала она, придвигаясь ближе ко мне.
Я положил руку ей на колено, словно защищая, и детектив Коттерилл пару секунд смотрел на нее, прежде чем снова перевести взгляд на меня.
– И вы работаете в «Платиновой жемчужине»… э-э… в клубе для джентльменов?
Он использовал вежливое выражение, хотя и посмотрел на нее с неприязнью, в точности передав, что думает о ее работе. Осуждающий ублюдок! По моей спине пробежала волна гнева.
– Работала раньше. Но теперь нет, – ответила Элли.
– Там вы и познакомились с мистером Далтоном?
– Да.
– Как часто вы посещаете «Платиновую жемчужину», мистер Далтон?
– Больше не посещаю.
– Хм, – коротко промычал он. – Мы разговаривали с их менеджером. – Он перевернул страницу в своем блокноте. – Родни Толлером. Он сказал, что вы были просто одержимы мисс Кейтс и доставляли неудобства другим девушкам, так что пару раз вас чуть не выпроводили.
Элли покачала головой:
– Нет, это неправда.
– Это неточная версия того, что произошло. Прошу прощения, детектив, но в чем дело?
– В вашем деле и деле Уайатта Геллера очень много параллелей. Мы просто пытаемся выяснить почему. Вы не знаете, почему это так, мистер Далтон?
– В чем сходство наших дел?
– В данный момент мы не можем поделиться этой информацией. Нам было интересно, может быть, вы уже в курсе.
Я сделал паузу.
– Если вы намекаете, что я знаю что-то об исчезновении этого мальчика… что-то, о чем я не сообщил полиции…
– Мы этого не говорили, мистер Далтон. В конце концов, ваш похититель мертв. Вы ударили его ножом, верно?
Судя по выражению лица, он прекрасно знал, что я это сделал. Снисходительный засранец! Рядом с ним ковырял в зубах детектив Барбоса.
Мое сердце учащенно забилось, и я постарался не показывать, что это меня беспокоит. Я был смущен и расстроен тем, что меня допрашивали по этому делу, как подозреваемого.
– Нужен ли мне адвокат?
– Почему вы решили, что вам нужен адвокат?
Я с трудом перевел дух.
– Послушайте, детективы! Я не знаю о деле Уайатта Геллера ничего такого, о чем не читал бы в новостях. И не могу рассуждать о том, почему в наших делах могут быть параллели, если вы не скажете мне, в чем они заключаются.
Детектив Коттерилл закрыл блокнот и положил его во внутренний карман пиджака вместе с ручкой, которую держал в руке.
– Мы ценим ваше время, мистер Далтон, мисс Кейтс, – сказал он, вставая.
И это все? Я тоже встал, поглаживая бедра руками. Детектив Коттерилл проследил за моим движением и натянуто улыбнулся.
– Если вспомните что-нибудь, о чем нам следует знать, позвоните. – Детектив Барбоса достал из кармана визитную карточку и протянул ее мне.
Я проводил их до двери и, коротко попрощавшись, закрыл ее за ними.
– Что это было? – спросила Элли, подходя ко мне.
– Понятия не имею. – Я посмотрел на нее и ободряюще улыбнулся. – Наверное, просто проверяли информацию.
И все же холодок пробежал по коже при мысли о том, что наши случаи схожи. Как? И почему? И что переживает этот мальчик в эту минуту? Боже, я не хотел об этом думать! Но ничего не мог с собой поделать…
Я был там.
Я знал.