– Я его ненавидела всем своим существом. Но бросить его умирать от голода, в луже собственных нечистот, у меня не получилось. Хотя я правда очень хотела. Но вот, привезла его к вам все же. – Приятная женщина чуть за сорок, сидящая напротив меня, смотрит мне прямо в глаза, словно ожидая моей реакции – осуждения или неодобрения.

– Знаете, я вот думаю: а смогла бы я не бросить, если бы пережила то же, что и вы? – отвечаю спокойно, возвращая ей такой же прямой взгляд, и она чуть расслабляется. И начинает рассказывать.

Мила – по паспорту она Людмила – оформляла в интернат отчима. У Михаила развилась деменция после инсульта на фоне многолетнего злоупотребления алкоголем. Это нередкая история, и нет ничего необычного в том, что родственники не в силах ухаживать за такими больными дома: работа, дети, занятость, жилищная стесненность – да мало ли причин. К тому же мать Милы давно умерла, и отчим жил один, пока с ним не случилась беда. Соседи заметили, что он не открыл дом, как обычно делал каждое утро летом, и пошли проведать. Они и обнаружили Михаила лежащим на полу в полубессознательном состоянии. Вызвали скорую и сообщили Миле. Так и получилось, что и в больнице ее записали как родственницу, и ей же «вручили» лежачего больного после двух недель в неврологическом стационаре. У Михаила были свои дети от первого брака, но он не общался с ними много лет, и они отказались принимать участие в его судьбе.

– Я не смогла его бросить, хотя все друзья, кто знал о моем прошлом, пальцем у виска крутили. Только муж поддержал, сказал, что надевать мантию Бога у нас права нет, за свои грехи он сам ответит. А мы сделаем так, как нам по совести. Хотя вот документы в интернат начали оформлять почти сразу, но все равно полгода это заняло. А видеть его каждый день, снова к нему прикасаться… – Мила прерывисто вздыхает и отводит взгляд, изучая что-то за окном, а я вспоминаю сухие строчки из документации пациента. «Судимость за насильственные действия над несовершеннолетней падчерицей» – несколько слов, за которыми сломанное детство.

Отчим появился в их доме, когда Миле было девять. Отца девочка не знала и приняла мужчину довольно быстро. Первые несколько лет в семье все шло гладко – до тех пор, пока Мила не начала взрослеть. Опустим подробности: к сожалению, взрослый человек вполне способен обманом и запугиванием заставить ребенка делать то, что ему нужно, и никому об этом не говорить. Так продолжалось несколько лет, и только в старших классах школы девушка смогла наконец рассказать обо всем матери. И получила второй удар.

Мать ей не поверила и обвинила в том, что она оговаривает отчима. А затем – в том, что она, Мила, специально его провоцировала, чтобы соблазнить. Грозилась выгнать из дома, а если она кому-то решит рассказать о случившемся, то вообще «ты мне больше не дочь, прокляну!».

– Я тот вечер плохо помню: шок и паника, наверное. Она кричала, била меня по лицу, по щекам, обзывала по-всякому. Отчима дома не было – на смену на завод ушел. Помню, я вырвалась от нее и убежала в чем была. Хорошо, весна стояла теплая. Шла не разбирая дороги, оказалась как-то у дома одноклассника, Вани Смирнова. Мы с ним даже и не дружили особо, да я и не искала помощи тогда. Мне казалось, жизнь кончена, раз мать со мной так. По-моему, я к речке шла, утопиться хотела, но сейчас все уже очень смазанно вспоминается. Ваня с собакой гулял, увидел меня зареванную – за руку домой к себе привел. Его родители кое-как успокоили меня, а поняв, в чем дело, сами за сердце схватились. И вызвали милицию.

Закрутилось все очень быстро. Оказалось, у отчима Милы уже была давняя судимость за совращение малолетней, о которой он никому не рассказывал, понимая, насколько серьезно это преступление. После окончания заключения он переехал на другой конец страны, и в городе Милы его никто не знал. Но базы данных помнят все, и когда за Михаилом пришли оперативники, он не стал отпираться.

Несмотря на это, Мила наотрез отказалась возвращаться домой. Синяки на теле девушки оказались достаточным аргументом, и ей разрешили остаться у Смирновых.

– Мать до конца жизни винила во всем меня. В том, что отчима посадили, что развалилась ее жизнь, что после второго срока отчим вернулся совсем другим – злым, много пьющим, вымещающим зло на матери. Это прозвучит ужасно, но она приняла его обратно, хотя на суде его преступления были однозначно доказаны и он сам признался во всем. А меня она вычеркнула из своей жизни.

Миле невероятно повезло, что ей встретились неравнодушные люди, которые заменили ей семью, смогли дать ту поддержку и помощь, на которую оказалась не способна ее родная мать. Потому что человеку, каким бы сильным он ни был, очень трудно справляться с тяжелыми жизненными обстоятельствами в одиночку. А уж если речь о слабом, незащищенном подростке…

«Я после всего очень долго восстанавливалась, – говорила Мила об этом периоде. – Мне прописали работу с психологом, это была бесплатный специалист из центра помощи жертвам насилия. Я правда очень ей благодарна за признание того, что со мной все нормально и я не виновата. Что я имею право просить о помощи и принимать ее. Потому что мне тогда все время казалось, что я – обуза, всем доставляю только проблемы. Очень стыдно было за свою слабость. И в школе все узнали сразу, конечно, шептаться начали и злословить. Ванька с ребятами тогда пару носов разбили, и все разом прекратилось». Она улыбается, и я замечаю, насколько она красива, когда позволяет радости осветить ее лицо. «Наверное, это было самым главным для меня тогда – понять, что слабым быть не стыдно, это временно и случается с каждым из нас. И что люди вокруг готовы мне помочь, если я попрошу. Или побудут рядом, если мне нужно просто помолчать вместе с кем-то. Что если меня предали близкие люди, это не значит, что предают и обижают все и всегда».

С матерью Мила больше почти не виделась: ее лишили родительских прав, а Милу определили к временным опекунам. После окончания школы девушка поступила в один из вузов областного центра, успешно его закончила и не вернулась в родной город. Мила рассказывала о судьбе матери: «Я знаю, что она стала пить, и особенно много – после возвращения отчима из тюрьмы. Так за несколько лет и спилась окончательно. На похороны я не поехала: была беременна первым ребенком и не решилась так рисковать. Да и отчима видеть не хотелось совершенно, вспоминать все те ужасные вещи, что он делал. Я бы с превеликим удовольствием вообще никогда с ним не встречалась, но не вышло», – добавляла она.

– Мила, а почему вы все-таки не оставили Михаила? Вас же закон не обязывал его забирать, тем более что его кошмарным преступлениям не может быть оправдания? – спрашиваю я, потому что мне действительно очень важно понять, что движет человеком в такой вот ситуации.

И Мила отвечает:

– Знаете, я об этом думала. Оставить, отвезти его в дом и сдать соседям на руки, забыть. Чужой мне человек, злодей, столько боли в детстве причинил… А потом подумала: может, это мне проверка от вселенной? Ванины родители мне помогли тогда, хотя не обязаны были. И многие еще потом помогали. И останусь ли я собой, если так поступлю? Или это уже буду не я, а какая-то другая, желчная и злобная тетка, которой никого не жаль? – Мила улыбается, и я понимаю, что у злобной тетки тут шансов точно нет. Расплавится от внутреннего света этой женщины.

Мила собирается уходить и протягивает мне маленький прямоугольник временного пропуска, такой оформляет посетителям охрана на входе в интернат. «Людмила Смирнова» широко улыбается в ответ на мое зависание на фамилии:

– Мы с Ваней начали встречаться через 10 лет после окончания школы. Сразу после – разъехались, потерялись, а потом встретились на юбилее выпуска – и всё. Как и не было тех десяти лет. Хрустальную свадьбу недавно отпраздновали, трое детей у нас.

Мила забирает подписанный пропуск и уходит, а я остаюсь в раздумьях о том, какая сила скрывается в хрупких на вид людях. И сколько боли может вынести человек, если рядом есть тот, кто любит и поддерживает. Многие из нас с волнением следили за борьбой за жизнь известного фигуриста Романа Костомарова. В январе 2023 года он попал в больницу с тяжелыми осложнениями после простуды и в результате лишился кистей и стоп из-за гангрены. Впоследствии Роман говорил в интервью, что без близких не смог бы пережить болезнь и пройти длительную реабилитацию. Бесконечная сила любви и поддержки его жены, Оксаны Домниной, в буквальном смысле не позволила ему умереть. Оксана не требовала, чтобы Роман взял себя в руки и стал собой прежним, не ждала мгновенных результатов. Признавала его право чувствовать боль, страдать и быть слабым – столько, сколько потребуется. И брала на себя огромную часть организации быта, лечения, восстановления – все для того, чтобы у Романа были силы бороться. У них получилось.

 Но что же делать тем, кто совсем один? Без близких родственников и друзей, без того круга доверенных людей рядом, с которыми безопасно? Неужели этот кирпичик им совсем не подходит? Я уверена, что это не так. Одиночество – не приговор, а точка отсчета нового круга, если вы разрешите себе попросить помощи и принять ее.

В современном мире поддержкой может стать онлайн-сообщество по интересам – например, книжный клуб, или чат автолюбителей, или… Вариантов бесконечное множество – надо лишь сделать шаг навстречу.

В моей собственной жизни есть опыт обретения значимых для меня людей через такое сообщество. Несколько лет назад я увлеклась браслетами из каменных бусин, которые делала одна питерская компания. В телеграм-канале этого бренда общались очень разные люди, и с несколькими из них мы позже ушли в маленький дружеский чатик. Когда спустя год мы впервые встретились вживую, я удивилась, насколько спокойно и комфортно мне с этими девушками. Мы дружим до сих пор, поддерживаем друг друга в моменты жизненных сложностей и при любой возможности встречаемся очно, хотя все живем в разных городах нашей страны.

Если ваш ближний круг пока еще пуст, не отчаивайтесь. Он не останется таким навсегда, если только вы сами этого не захотите. Вспомните: Мила не ждала помощи от семьи одноклассника. В вашей жизни, возможно, тоже есть кто-то, кто мог бы стать таким «неожиданным Ваней». Старый знакомый, соседка, куратор в чате? Необязательно искать сразу много – хватит и одного «человека-мостика». Если же рядом с вами есть кто-то, кто может подавать вам кирпичики, пока вы строите новый дом для своей души, – это замечательный повод искренне его поблагодарить. Просто за то, что он рядом, слышит и принимает вас, поддерживает и дает опору, позволяя двигаться дальше.