Марина очень старалась. Она стала одеваться в тех же магазинах, что и Инга, говорить как Инга, так же пожимать плечами и мягко двигать кистями рук. Инга завораживала, и Марина понимала, что в этом ее особый дар. Его можно перенять и использовать для себя. Она даже в кредиты залезла, чтобы соответствовать тому уровню жизни, который ее наставница активно проповедовала. «Только так ты сможешь найти правильного мужчину, – говорила она. – Ты должна соответствовать, серая мышь никому не нужна».

Марину раздражало, что Инга считает ее «серой мышью», но в глубине души признавала, что до уровня наставницы сильно недотягивает. Всю жизнь ее не покидало чувство, будто она во всем недостаточно хороша: для мужчин, которые возникали в ее фантазиях, для подруг, с которыми ей хотелось проводить время, для наставников, коих в ее жизни было немало. Это было неприятное, склизкое ощущение собственной никчемности, которого Марина всячески избегала, надевая перед зеркалом задорную улыбку и аккуратно подводя слегка заплаканные глаза.

Она стала ходить в дорогие рестораны и часами просиживать там за бокалом игристого в поисках подходящего кандидата – успешного, видного мужчины, который бросит весь мир к ее ногам. Инга утверждала, что все они одинаковые, женщины просто не умеют пользоваться их слабостями и сдаются слишком быстро. Хитрая женщина заставит мужчину играть по своим правилам, и тогда он никуда от нее не денется.

Выбирать мужчину нужно внимательно и по определенным критериям: на тех, кто не проходит первоначальный отбор, не стоит тратить время. Людей весомых видно сразу, а тех, кто реально располагает финансами, и подавно. Нужно просто внимательно наблюдать: как он себя ведет, как общается с персоналом, как одевается и заботится ли о себе, как часто ездит отдыхать и куда именно, что ему интересно и сколько у него бизнесов, на кого записана недвижимость и есть ли сбережения, какие у него партнеры, машина и нет ли у него кредитов.

Все это можно разузнать и использовать себе на благо. Этому искусству Марина обучалась несколько месяцев. Инга наставляла ее не только в личном общении с мужчиной, но и в переписке. Читала все ее сообщения и диктовала ответы, чтобы «посадить его на крючок», советовала, какую «фишку» применить сегодня, как показать себя с лучшей стороны и заставить думать о себе, объясняла, когда следует проявлять больше инициативы, а когда – выдержать дистанцию.

У Марины время от времени голова пухла – столько тонкостей в обольщении мужчин самостоятельно она бы за всю жизнь не узнала. Но вопреки всем стараниям, «тот самый» все не появлялся. Зато долги росли: Инга стоила дорого.

В остальном все шло хорошо. Неделю назад она познакомилась с очень представительным мужчиной. Он ей сразу понравился: статный, уверенный, темноволосый, в шикарном костюме и блестящих ботинках, которые с виду стоили в два раза больше ее арендной квартиры. Ей нужно было привлечь его внимание, поэтому она громко позвала к себе официанта, грациозно откинула волосы за спину и бросила прищуренный взгляд в его сторону: заметил или нет. Ее сложно было пропустить, и Марина об этом знала. Мужчины летели на нее как на мед, но и улетали так же быстро. Она мечтала сломать этот сценарий, и для этого у нее была Инга, которая никогда не ошибалась.

Он ее, конечно же, заметил. Оплатил ее счет, а потом подошел познакомиться. Она сделала все, чтобы не показать ему свою заинтересованность, будто таких, как он, у нее очередь, а она – женщина независимая и состоявшаяся. Они вместе вышли из ресторана, и он предложил ее подвезти. У него была та самая Ferrari с ее карты желаний, которую она делала вместе с Ингой в день летнего солнцестояния.

Марина поймала себя на жгучей, приятной мысли, что в этот раз ей точно повезло. В дороге она слушала больше, чем говорила, восхищалась им и его стилем вождения, задавала «правильные» вопросы и все время держала наставления Инги в голове: «Не гони лошадей, тебя должно быть мало, чтобы ему захотелось еще».

Они подъехали к дому, и Марина почувствовала, как ее охватывает стыд. Многоэтажка и квартира, которую она снимала на окраине города, совершенно не соответствовали его уровню. Оставалось надеяться, что в темноте не будет видно ее пылающих щек и побелевших от напряжения пальцев.

Он намекнул, что не против продолжить вечер в более интересном месте, но она не поддалась, за что потом себя очень хвалила. Ей хотелось заполучить эту добычу, а для этого нужно терпение и все те приемы, которым учила ее наставница. Инга была незаметной третьей между ними – Марина словно впитала все ее указания. Она просто дала ему свой номер, вышла из машины и грациозно направилась к дому. Он написал ей на следующий день и предложил встретиться. Ей очень хотелось согласиться, потому что стало страшно – а что, если она недостаточно ему понравилась и он больше ее никуда не пригласит? Лучше согласиться сейчас, чем упустить такой шанс снова. Но Инга попросила скинуть их переписку и сама написала сообщение, которое Марине оставалось лишь скопировать и отправить: «Сегодня не могу, очень большая занятость на новом проекте. Спасибо тебе за вчерашний вечер, было потрясающе. Думаю, что у меня найдется пару часов в середине недели».

Никакого нового проекта у Марины, конечно, не было, поэтому она еле выдержала положенные два дня и потратила четыре часа на сборы перед встречей с ним.

Они прекрасно провели вечер: он пригласил ее в шикарный ресторан, а потом они встречали закат и катались по ночному городу. Марина помнила, что сейчас еще рано переходить к близости, но игристое дало о себе знать, а он был настойчив, так что на следующее утро она проснулась в его апартаментах.

Марина была совершенно разбита: голова предательски болела, во рту пересохло. Сколько же она вчера выпила? Казалось, не так уж и много, но состояние говорило обратное. Марина услышала шум воды за дверью ванной комнаты, обвела взглядом холостяцкое жилище и не нашла ничего интересного: дорогая мебель, пологие поверхности, пустые рамки для фотографий на рабочем столе и ни одной картины на стене. Как будто он не жил здесь вовсе.

Марина натянула одеяло до подбородка и села, облокотившись на подушки. Она провалила свой план не сдаваться раньше времени, остается лишь надеяться, что это была любовь с первого взгляда и он не захочет ее отпускать.

Было слышно, как выключилась вода в душе. Марина сидела, не шевелясь, в ожидании своего приговора. Все решит его взгляд, когда он выйдет пожелать ей доброго утра. Тогда она сможет все понять без слов, ведь она привыкла наблюдать за другими и угадывать, в каком состоянии они находятся.

Он вышел через десять минут. В отглаженных брюках и белоснежной рубашке, на ходу застегивая наручные часы.

– Проснулась? – бросил он. Его взгляд был быстрым и абсолютно отрешенным.

Марина ощутила, как сдавило горло, но кивнула в ответ.

– Хорошо. Через час придет уборщица, к этому времени тебя здесь быть не должно. Дверь можешь просто захлопнуть. – Он взял со стола бумажник и принялся отсчитывать купюры.

От этого ледяного тона все внутри сжалось в тугой комок.

– Вот, здесь 50 тысяч. Думаю, этого достаточно за одну ночь. Я не против встречаться время от времени, но отношения мне не нужны. – Он бросил деньги на кровать рядом с ней.

Марина оцепенела. Она молча уставилась на купюры, не в силах поднять на него взгляд.

– Зачем это? – выдавила она хрипло.

– Затем, что мне не нужны ожидания и истерики. Тебе нужны деньги, а мне нужен секс. – Он уже направлялся в коридор. – Давай не будем усложнять, ладно? Я привык называть вещи своими именами.

Марина видела, как он включил в прихожей свет и надевал ботинки. Видела, как они блестели на свету и как он самодовольно посмотрел в зеркало. На нее он не обращал внимания – Марина была для него таким же пустым местом, как эти рамки на рабочем столе.

– Я тебе как-нибудь позвоню. И давай без глупостей, – с этими словами он щелкнул выключателем, взял ключи от машины и захлопнул за собой дверь.

Пару минут Марина тупо смотрела в пустоту, а потом рухнула на подушку и залилась слезами.

«Как же я тебя ненавижу. Ненавижу. Ненавижу».

В эту минуту она думала вовсе не о нем, а о своем потерянном детстве и точно таком же равнодушном, вечно отсутствующем отце.