Алекс не приходила в сознание. Прошло шесть часов с момента ввода сыворотки, а она не открыла глаза. Ее жизненные показатели были в норме, как и мозговая активность, проверку которой мы проводили в непрерывном режиме.

– Внутри нее мощный когнитивный конфликт, – пробормотала Реджина, не сводя глаз с мониторов, – активность лимбической системы зашкаливает.

– Редж, я ни черта не понимаю, – вздохнул я, бросая на нее уставший взгляд. Последние пару часов она сыпала терминами, значение которых я не знал.

– Монстр доминирует и пытается проломить барьеры, – объяснила она, собирая волосы на затылке, – но затем я вижу активность префронтальной коры. Это признак того, что Алекс сопротивляется.

Мы все еще сидели в тренировочном центре, в одном из кабинетов, где было оборудование. Тим и Тея оставались в лаборатории под надзором Анны и других врачей.

– Она одержит победу, – ободряюще добавила Реджина, но это не успокоило меня.

По первоначальному плану мы должны были вылететь сразу, как только введем Алекс снотворное. Весь полет до Канады она, Тим и Тея должны были спать и только на границе мы собирались привести их в чувство. Вторжение трех солдат Профессора осталось бы без внимания – в этом я точно был уверен. И пока они будут направляться к точке сбора, мы планировали следовать за ними.

Мой телефон завибрировал. Бросив взгляд на экран, я увидел, что звонила Анна.

– Она пришла в сознание?

– Нет.

– Только что мне пришло приглашение на закрытое мероприятие, которое организовал Угго Эррера.

Услышав ненавистное имя, я с силой сжал телефон. Реджина бросила на меня обеспокоенный взгляд.

– Гарантии?

– Официальный дипломатический иммунитет, по нему в мой адрес не смогут выдвинуть обвинения, задержать, допросить и провести обыск. Дополнительно я могу взять с собой личную охрану.

– Пэйдж и Билл, – выдохнул я, понимая, что остальных Соколов лучше не раскрывать, – когда мероприятие?

– Через два дня. Судя по всему, именно столько осталось Тиму и Тее.

– Тогда мы вылетаем сегодня, а вы – завтра. Тим и Тея должны пересечь границу первыми.

– Джиджи лучше переехать в мою квартиру вместе с животными, – внезапно сказала Анна, и я нахмурился, – всех солдат я отправлю защищать территорию, где растут Лифея и Талисса. На базе не останется никого.

– Я передам Ройсу.

Я сбросил звонок и набрал Ройса. Пока Реджина делала какие-то записи, я передал ему разговор с Анной. Теперь у нас остались считанные часы, чтобы добраться до Канады и выпустить трех монстров.

– Никто из них не должен прийти в сознание в полете, – сказал я Реджине.

Тяжелый вздох стал мне ответом.

***

План пришлось перекроить за один час. Джиджи вместе с животными отправилась в квартиру Анны, к ней вылетели Кайла и Майк, а Энзо отправился прямиком в Чикаго, где мы и должны были встретиться с ним. Пэйдж и Билл оставались здесь, чтобы вылететь с Анной прямым рейсом в Америку, а мы погружались в джет. Реджина взяла с собой минимальное оборудование, чтобы следить за состоянием Алекс, Тима и Теи. И если в организме Тима и Теи была мощная доза снотворного, то Алекс так и не пришла в сознание.

Мы прикрутили кушетки к полу и стенкам джета, закрепили каждого из них кожаными ремнями к ней, но я все равно не отходил от Алекс. Выражение ее лица было безмятежным, и это уничтожало меня, ведь я знал, что сейчас внутри нее проходит кровопролитное сражение. Я склонился и провел кончиками пальцев по ее подбородку.

– Давай, птичка, выбирайся, – шепот сорвался с моих губ, но она не отреагировала на него.

Чуда не произошло. Я вытащил из кармана шприц с антидотом. У меня был план на случай, если Алекс так и не очнется. И я точно знал, что Алекс он не понравится.

Потому что если она не одержит победу, то я лично вырежу чип и введу антидот.