Тепло, зародившиеся в ладони, медленно распространялось по всему телу, наполняя меня ощущением уюта и безопасности. Сквозь пелену сна я не могла понять, что являлось источником, но усилила хватку, чтобы согреться. Голова сильно кружилась, и причина крылась вовсе не в полете. Тьма клубилась в сознание, разливалась опьяняющим дурманом, а после пряталась по углам, давая передышку.

Чертов запах табака.

Я открыла глаза, несколько раз моргнула, прогоняя пелену. Рэй держал мою руку, не спрятанную под рукав толстовки, и мягко поглаживал кожу. Второй рукой он сжимал книгу. Я нахмурилась, пытаясь понять, когда он успел выучить русский, однако текст был на английском языке.

– Проснулась? – Хриплым голосом спросил он, не поворачиваясь ко мне.

– Отпустишь руку?

Только тогда Рэй оторвался от строчек и перевел взгляд на наши переплетенные пальцы. Мое тело прошила крупная дрожь, когда осознание окончательно осело в голове.

– Да, но для начала ответь мне: рукоятка ножа? И ты меня назвала красным флагом?

– Что? – Я поднялась и забрала из его рук книгу. Большой абзац был выделен сбоку черной ручкой и подписан «ТЕБЕ НЕЛЬЗЯ ЭТО ЧИТАТЬ!!!!!!». – Откуда ты взял эту книгу?

– Тара положила ее.

– Здесь же написано, что этот абзац нельзя читать.

Рэй посмотрел на меня, как на идиотку. Подушечкой пальца продолжал поглаживать мою кожу, и это прикосновение не вызвало у меня приступ тошноты и жажду крови. Только легкие покалывания, которые распространились от этого места по всему телу.

– Ты, конечно, проспала десять часов, но этого времени недостаточно, чтобы выучить русский язык.

– Десять часов? Почему ты не разбудил меня? И отпусти мою руку.

Рэй с ворчанием разжал хватку и протянул мне бутылку воды. Я заметила на его щеках легкий румянец, но не могла понять, что именно стало причиной.

– Не увиливай от вопроса. Он запихнул в нее рукоятку ножа.

Мои глаза округлились, а после быстро пробежались по строчкам. Щеки вспыхнули от происходящего в книге и от грязных слов, которым герой называл возлюбленную.

– Сожги эту книгу.

– Черта с два, птичка. Я теперь должен узнать, что ты подразумеваешь под красным флагом. Почитать тебе вслух?

Я поджала губы, мысленно считая до десяти. Глаза Рэя искрились от веселья, а кадык слегка дергался, словно он сдерживал смех. Когда Рэй склонился ко мне, я перестала дышать. Сердце суматошно забилось, и я едва не приложила руку к груди, чтобы успокоить его.

– Он трахнул ее рукояткой ножа на ужине с родителями, – горячий шепот опалил мое ухо, запах цитрусовых пробрался в ноздри, из-за чего я не сразу поняла смысл сказанных слов, – а потом затащил в ванную и трахнул возле стены. Таким ты меня видишь?

Я облизнула пересохшие губы, теряя дар речи. Узел внизу живота с каждым его словом все сильнее затягивался, вызывая между бедер жар. Рэй расценил мое молчание, как согласие, и следующие слова произнес низким голосом:

– Или ты поэтому кидаешь в меня ножи? Это твоя тайная фантазия?

Его губы растянулись в соблазнительной улыбке, и мои внутренности расплавились от нее. Я подавила желание сжать бедра и с силой вцепилась в подлокотник. Рэй продолжал как хищник наблюдать за мной, выискивая реакцию на свои слова. Но я не собиралась давать ему желаемое, хоть борьба и выжимала из меня остатки сил.

– Ощутить в себе рукоятку ножа? – Безразлично уточнила я. – Странно слышать подобное предложение от мужчины. Или у тебя есть проблемы, о которых ты не хочешь говорить?

В его глазах не вспыхнула ненависть и даже раздражение не возникло в них. Улыбка стала снисходительной, но все такой же притягательной.

– Не делай вид, будто готова познакомится с моим членом.

– Я в принципе не собираюсь с ним знакомится.

Рэй удивленно вскинул брови, чем вызвал у меня недоумение. Какого черта он удивился? Надеялся, что как только мы покинем Россию, я ринусь проверять его размер? Этой чушью занималась Пэйдж, бегая по дому с рулеткой и записывая длину в свою тетрадку.

– До этой секунды я не считала тебя глупым. – Я пожала плечами и отвела взгляд, игнорируя то, как смех щекочет горло. Рэй убийственным взглядом сверлил дыру в моем виске.

Несколько минут напряженный тишины дали мне возможность успокоиться, однако следующий вопрос выбил весь воздух из легких:

– Он постоянно называет ее шлюхой, а Тара каждый раз подчеркивает это слово. Зачем?

– Спроси у нее.

– Ты сказала, что она таким образом общается с тобой. – Он внезапно нахмурился и перевел взгляд на книгу. – Что она пытается тебе объяснить?

– Это не твое гребанное дело, – не выдержав, прорычала я, желая убрать книгу, но Рэй успел ухватиться за корешок и потянуть на себя. Я едва не врезалась в его грудь, но мы все равно находились в опасной близости, на расстояние вдоха.

– Тебя называли шлюхой, – догадался Рэй, и его глаза потемнели от ярости.

– Заткнись.

– Кто?

Я прерывисто выдохнула. Монстр внутри меня встрепенулся, предлагая убить всех на борту. Однако кандидатура Рэя в этом списке не прозвучала. Внутри меня жил предатель, сдавшийся после поцелуя. Теперь я понимала Брюса Беннера, когда Халк отказался участвовать в бое, после поражения в драке с Таносом. Отвратительное чувство.

– Кто живет в подвале? – Настойчивость в его тоне обескуражила меня. Я снова почувствовала тепло и поняла, что Рэй сжал мою руку.

– Отпусти.

– Ответь мне на вопрос.

– Это не твое дело.

Его пальцы мягко обхватили мой подбородок. Расстояние между нашими губами было таким ничтожным, что я допустила мысль о поцелуе, но только для того, чтобы проверить монстра. Тот отбросил контроль и скрылся в недрах души. Предатель.

– Я убью их, – клятва так просто слетела с его губ и судорожным выдохом коснулась моих.

– Нет, – наконец-то твердо ответила я, собрав остатки уверенности и контроля, – это не твоя месть. Прекрати меня трогать.

– Не могу, – в его голос просочилась боль, а взгляд опустился к моим губам. Зрачки окончательно поглотили радужки, и теперь две черные бездны жадно смотрели на них, желая поглотить. Мои губы покалывало от нахлынувших воспоминаний, но я взяла себя в руки, с силой сжала его запястье и убрала от моего лица. – Дай мне выйти.

– Куда?

– В туалет.

– Я иду с тобой.

А всего-то стоило свернуть ему шею в подвале.

Рэй вел себя так, словно собирался убить каждого, кто как-то не так посмотрит на меня. От одного его взгляда кровь стыла в жилах, и остальные пассажиры спешно отворачивались, возвращаясь к своим делам. И каким бы хмурым и угрюмым он не был, я не могла отделаться от ощущения, что чувствую себя в абсолютной безопасности.

– Ты зайдешь со мной, – бросил Рэй, не давая мне выйти в проход.

– Ты с ума сошел? – Прошипела я, озираясь на персонал и пассажиров.

– Я не могу оставить тебя одну. Вдруг ты убьешь их всех.

– Рэй, я утоплю тебя в унитазе, если ты не дашь мне пройти.

Он быстро усмехнулся и освободил проход, но напоследок успел бросить:

– Тара очень жирно выделила сцену в ванной. Интересно, почему?

***

Остаток полета прошел в относительном спокойствии, не считая того, что Рэй бурно дочитывал книгу, проверяя мое терпение. Так как я уснула, он не стал без меня есть, и только сейчас мы принялись за еду.

– Не могу привыкнуть к русской кухне, – проворчал Рэй.

– А ты капризный, командир.

– Как ты сделала это? Ты же явно не из России.

Кусок мяса застрял в горле. Я сделала глоток кофе, упорно игнорируя взгляд Рэя.

– Когда ты в лучшем случае ел раз в неделю, привыкнешь к любой еде.

– Что ты сказала?

Три слова заставили меня оцепенеть. Вилка повисла в воздухе, слегка подрагивая из-за моих трясущихся пальцев. Мои внутренние стены рушились под пристальным взглядом темных глаз, и я никак не могла удержать хоть одну из них, чтобы спрятаться от собственных слов.

– В лучшем случае? – Переспросил Рэй, и я подавила желание вонзить вилку в его глаз. Я настолько комфортно чувствовала себя рядом с ним, что не следила за языком. В глубине души мне было интересно, как он отреагирует на мое прошлое, потому что ничье другое ему не было интересно. Когда Джиджи и Броуди ходили по всему дому в поисках правды, Рэй выбрал меня и осаждал день ото дня. Но что будет, когда он увидит видео?

– Поздравляю, командир, ты приоткрыл занавес, – беззаботность в моем голосе была напускной, но я скрылась за ней, как за тонким брезентом, надеясь, что он спасет меня от бури.

– Не делай этого, – прорычал Рэй. Я предугадала движение его руки и выставила столовый нож, чтобы он не смог схватить меня, – не держи меня в неведении.

– Это ничего не изменит.

– Это изменит все.

– Но не мое прошлое.

Я не могла разгадать эмоции в его глазах. Их было так много и все они наслаивались друг на друга, заставляя мое сердце кровоточить. Мой взгляд упал на тарелку с недоеденным ужином. И пускай раньше я делала отвратительные вещи, чтобы получить хотя бы черствый хлеб, сейчас кусок не лез в горло.

Слезы обжигали глаза, но я не собиралась плакать. Я сделала то, что делала всегда: отдала контроль и эмоции монстру. Этот ублюдок наконец-то взялся за работу.

Не осталось ничего. Зияющую пустота разрасталась внутри меня, поглощая все на своем пути. Мир потерял краски, запахи, чувства. Все казалось серой, безликой, однородной массой, и только кровь могла окрасить это безжизненное полотно.

Я молча взяла линзы, не сказав ни слова Рэю, вышла в проход и вытащила сумку. Звук его голоса пытался пробиться сквозь гул в ушах, но монстр надежно удерживал барьер, создавая вокруг меня вакуум.

Сорвавшаяся правда – моя вина.

Наше сближение – его вина.

И пока все это не превратилось в катастрофу, кто-то должен был все разрушить. Эта роль всегда доставалась мне.

Я отвечала односложными ответами до конца полета. На получении багажа игнорировала его вопросы и просьбы. Молчала всю дорогу до отеля, зная, что его терпению пришел конец еще двадцать минут назад. Жаркое палящее солнце Кубы сделало Рэя еще более раздражительным, а туристы и местные жители – мнительным. К тому же он не спал практически сутки, и я надеялась, что он сразу уснет, едва мы перешагнем порог номера.

Но из-за того, что мы заранее не забронировали номера, нам пришлось ждать на ресепшене. Под глазами Рэя залегли тени, и все же это не мешало ему наблюдать за другими людьми, как стервятнику.

Я переписывалась с Энзо. Параллельно выскакивали уведомления в чате Соколов. Пэйдж завалила нас фотографиями Анатолия. Рэю показалось, что за день он похудел, и теперь в чате шли выяснения отношений. Я смахивала сообщения, смотря видео с Майком. Он так быстро рос, и я ненавидела тот факт, что не могу быть рядом и наблюдать за его взрослением. Даже если бы Энзо согласился переехать в Россию, это бы никак не решило проблему монстра, который готов был убить всех на своем пути.

– Ты можешь удалить ее из чата? – Проворчал Рэй.

– Нет. Она администратор.

Наконец-то нам сообщили, что номер готов. Рэй взял наши вещи и бросил взгляд на мой телефон.

– Кем тебе приходится Майк? – Внезапно спросил он.

– Добавь этот вопрос в копилку тех, на которые ты не получишь ответы, – бросила я и пошла за сотрудником.

Номер оказался небольшим, но светлым. Помимо двуспальной кровати здесь был рыжий диван, возле стены расположился стол, под которым стоял маленький холодильник. С балкона открывался красивый вид на бассейн и пальмы.

– Объясни мне, что произошло. – Рэй встал по центру комнаты и сложил руки на груди.

– Прекрати выпытывать подробности о моем прошлом. Я не расскажу до тех пор, пока сама не захочу.

– Чего ты боишься? – Мягкость в его тоне могла бы сбить меня с толку, вот только я чувствовала фальшь. Рэй делал это намерено. Проявлял вежливость, чтобы добиться своего.

– Последствий. Твоей импульсивности. Вспышек агрессии. Реакции. Причин так много, что я могу перечислять их до утра. Сконцентрируйся на текущей проблеме. Я и мои проблемы тебя не касаются.

– Ты и есть моя проблема.

Я выгнула бровь. Рэй сократил расстояние между нами и заставил меня вскинуть голову.

– Почему ты отказываешься от помощи? – Его глаза изучающе скользили по моему лицу.

– Ты ее не предлагаешь, Рэй. Ты хочешь решить все убийством, когда я сама способна их убить.

– Тогда в чем дело?

Холодная улыбка возникла на моих губах, пока внутри меня извергался вулкан негодования. Я не позволяла никому вмешиваться в мою месть. Этот план я вынашивала так долго и не хотела, чтобы кто-то его испортил своей любовью ко мне. Пэйдж порывалась убить чудовищ каждую среду, а если бы я допустила ее до основного плана, то она бы перебила остальных еще вчера. Но существовали невинные, которых нужно было вывести из игры, прежде чем проливать кровь.

– Дело во мне.

– Что мне сделать, чтобы ты доверяла мне как остальным? – Его вопрос не должен был меня ранить, однако острым копьем вонзился в грудь.

– Откройся для начала сам.

– Ты знаешь обо мне все.

– Это ошибочное суждение. Я знаю лишь о том, что ты позволял узнать остальным.

– И что потом, птичка? Оставишь меня в неведении, как и Броуди?

– Возможно.

Кадык Рэя дернулся, и я догадалась, что следующий вопрос дался ему с трудом.

– Саша знает о твоем прошлом?

Я прищурилась, выискивая в его лице эмоции, не то напускное равнодушие, которое он пытался мне скормить. Вот только увиденное заставило мое сердце сбиться с ровного ритма.

– Нет. Он рядовой солдат. Он не Сокол и никогда не станет им.

Рэй кивнул. Между нами повисла тяжелая тишина, от которой мне хотелось спрятаться. Я достала телефон, набрала Энзо и скрылась на балконе. Краем глаза заметила, как Рэй ушел в душ.

– Дай угадаю: Рэй все-таки доставляет тебе проблемы? – В голосе Энзо сквозило веселье. Уголки моих губ дрогнули.

– Не больше, чем Джекс и Пэйдж, – вздохнула я и отбросила волосы за спину. На улице было невыносимо жарко, но я не хотела возвращаться в номер. Крохотное помещение и его близость влияли на меня сильнее, чем я показывала.

– Почему ты позвонила?

– Аргумент, что соскучилась по твоему голосу, не сработает?

– Нет. Я записал тебе десяти минутное видео, где без перерыва ворчу.

– Ты преувеличиваешь. Всего лишь восемь минут из десяти.

Энзо хохотнул, и в моей груди разлилось знакомое тепло.

– Не уходи от темы.

– Мне нужна была причина, чтобы уйти.

– Почему?

– Я… сболтнула лишнего.

Тишина на том конце провода разрывала меня на части. Виски пульсировали от тупой боли то ли от перелета, то ли от жары.

– Ты готова рассказать ему?

– Нет.

– Ты хочешь рассказать ему?

Я прикусила губу до крови и кивнула, зная, что Энзо не видит меня. Его короткий вздох вызвал мурашки. С каждой секундой жара отступала, и знакомый холод разливался по венам.

– Скажешь что-нибудь? – Мой голос дрогнул, в глазах защипало, но я не дала слезам пролиться.

– Я не знаю, что сказать. В последний раз ты спрашивала насчет Тары, а она не преследовала тебя по всему дому и не целовала.

– Я убью Минхо.

– Он прислал запись.

– Считай, что он уже мертв.

– Если честно, сначала я попросил посмотреть Кайлу.

– И?

– И это было очень горячо! – Крикнула Кайла и, судя по шуму, отобрала телефон у Энзо. – Я сняла на видео, как он смотрел эту запись.

– Не вздумай ей отправлять, – проворчал Энзо.

– Почему вы не сказали мне, что знаете?

– Ждали, когда ты сама сообщишь. Сейчас, подожди, – в телефоне раздался шум, голос Энзо стал далеким, и я догадалась, что Кайла ушла в другую комнату, – все, я спряталась.

– Он поцеловал меня в самолете.

– Как я должна отреагировать? – Высоким голосом спросила она, чем вызвала у меня улыбку.

– Никак. Я чуть ли не сорвалась, а Рэй решил, что это лучший способ заземлить меня.

– Это сработало?

– Да.

– Тебе понравилось?

– Кайла!!! – Взревел Энзо, и я хохотнула.

– Впусти его, а то он сойдет с ума.

– Ты на громкой связи, – предупредила Кайла.

– Дай телефон Рэю, – попросил Энзо, – пожалуйста.

– Он неадекватно реагирует на угрозы.

– Какой смысл мне ему угрожать, если там ты, пускай и без садовых перчаток.

– Надеюсь, у вас есть одежда для похорон, – проворчала я и вернулась в номер. Рэй в одних боксерах вышел из душа. Судорожный вздох вперемешку с ругательством сорвался с моих губ, когда я увидела каждый дюйм его тела, каждый мускул, косые мышцы живота, кубики и впечатляющую… дьявол. Я по инерции закрыла глаза и слепо протянула ему телефон.

– Птичка, в чем дело?

– Возьми его и оденься.

Низкий рокочущий хохот отозвался в моем теле. Я все еще отказывалась смотреть на него, хоть веки так и норовили распахнуться.

– Договорились, – сказал он Энзо и сбросил звонок. Меня накрыло облако жара. Я приоткрыла один глаз и увидела, что Рэй стоит совсем рядом, прокручивая в пальцах мой телефон.

– Оденься.

– Я собираюсь спать. Присоединишься ко мне?

– Нет.

Мои губы словно притягивали его глаза. Порочные мысли зажглись в голове, освещая тьму, что клубилась в ней. Прерывистый вдох разорвал возникшую тишину, однако мы оба продолжали стоять и смотреть друг на друга. Я знала, что это поездка обернется крахом, но не ожидала, что рухнет мой контроль. Страх, шипя, отступал, оставляя простор для любопытства.

– Не уходи никуда. Пожалуйста.

Даже когда он лег в кровать, я продолжала стоять, пытаясь совладать с внезапно нахлынувшими эмоциями.

– Птичка?

– Спи, – пробормотала я.

Что действительно могло отвлечь меня от спящего Рэя, так это работа. Я проверила отчеты разведчиков, связалась с тем, кто жил в доме в Лос-Анджелесе. Он сообщил, что бронированный трейлер полностью готов к поездке, а все необходимое оружие лежит в подвале. Эти новости меня успокоили. Я окончательно отбросила все эмоции. Перепроверила содержимое сумки, на наличие документов и банки с капсулами снотворного, сыворотки и антидота.

Несмотря на сон в самолете, я все еще чувствовала себя морально истощенной. Скопление людей, громкие крики и разговоры, чужие запахи – вызывали стресс. Я снова оказывалась в лабиринте собственного разума, плутая среди стен воспоминаний и натыкаясь на тупик, где обитали чудовища. Верным решением было бы уснуть, но Рэю действительно нужно было отдохнуть.

Однако я не учла того, что Рэй был бдителен даже во сне. Стоило мне подняться с дивана, чтобы взять бутылку воды, как он проснулся и взглядом отыскал меня. Через час я хихикнула, когда Джекс прислал фотографии Броуди, который развалился на его кровати в обнимку с Анатолием, с подписью «убей меня». Рэй снова проснулся и враждебно уставился на меня.

– Ты можешь лечь на кровать?

– Зачем?

– Чтобы я был уверен, что ты рядом и тебе ничего не грозит.

– Я в нескольких метрах от тебя.

– Просто ляг рядом и сделай баррикады из подушек. Это невозможно.

– Боюсь представить, как жилось Джиджи с твоей манией контроля.

– Ты такая же, как и я. Ляг. На кровать. Я не трону тебя, даже если ты сорвешься. Можешь перебить весь отель.

– Я не буду спать с тобой.

– Тогда я лягу на диван.

– Нет. Ты и так не спал в самолете.

– Птичка, мы взрослые люди. Ляг и спи. Я не трону тебя.

Мне хотелось взять с него новые клятвы, желательно на крови. А лучше спуститься в лобби отеля и попросить столовые ножи, чтобы спрятать их под подушку. А еще лучше, попросить его спать одетым. Но ничего из этого не способно было остановить его желание. Если бы он действительно захотел меня взять, он бы сделал это. В этом вся чертова ирония.

Мое недоверие задело его. В темных глазах медленно вспыхивало разочарование, от которого мне хотелось спрятаться. Я взяла пижамные штаны и футболку, направилась в душ и смысла с себя страх, неуверенность и недоверие. Вернулась в комнату гораздо решительней и с большим энтузиазмом выставила баррикаду из подушек. Только тогда Рэй облегченно вздохнул.

– Можешь не напоминать, – бросил он, – я все помню.

Я села на кровать и заглянула в его глазах, не пряча своего страха.

– Я доверяю тебе, Рэй. Не испорть все.

– Я не подведу тебя, – твердо пообещал он.

Я думала, что не смогу уснуть. Что буду вертеться несколько часов, боясь, что Рэй не сдержит слово, однако вырубилась сразу, как только голова коснулась подушки.