Чат «Птичьи полуфабрикаты»

«Джиджи добавлен(а) в чат»

«Реджина добавлен(а) в чат»

«Броуди добавлен(а) в чат»

Пэйдж: Кто за то, чтобы добавить Рэя в чат?))))))))

«Рэй вступил в чат по ссылке»

Пэйдж: Кто пригласил его в чат???

Билл: Не я.

Реджина: А можете писать на английском? Я не буду каждое сообщение переводить.

Пэйдж: Информация выше не предназначена для твоих глазок.

Пэйдж: Стоп, Джиджи и Реджину нужно удалить из чата, они же не Соколы.

Ройс: Уйми таланты.

«Пользователь Джекс покинул(а) чат»

«Джекс добавлен(а) в чат»

Джекс: Да блядь.

Ройс: Билл, сегодня твоя очередь готовить завтрак.

Алекс: Мы с Минхо уже готовим.

Билл: Ну лучшая!

Алекс: ???

Билл: Самая лучшая?

Тара: Отвезите меня в город, пожалуйста!

Ройс: Ты опять купила книги?

Тара: Нет, удобрение нужно купить.

Реджина: Там еще два мешка осталось!

Ройс: ТАРА?

Тара: Ну пожалуйстаааааа. Там приехали предзаказы.

«Пользователь Рэй покинул(а) чат»

«Пользователь Джекс покинул(а) чат»

«Джекс добавлен(а) в чат»

«Рэй добавлен(а) в чат»

Пэйдж: Не бесите меня. Однажды Сокол, навсегда Сокол.

***

Ройс, Джиджи и Реджина накрывали на стол. Я сидел в кресле и разминал шею. Голова гудела от недосыпа, потяжелевшие веки норовили сомкнуться. Есть не хотелось, но Алекс силком вытащила меня из комнаты и заставила присоединиться. Вечером мы должны были отправиться в лес, где она планировала провести первую полноценную тренировку для Броуди и Рэя, на которую собиралась приехать Анна. Я бы свалил, но придурок был на моей ответственности.

Алекс бросила в мою сторону выразительный взгляд. Я злился на нее за то, что она забрала Броуди на тренировку. Но больше всего выводила из себя мысль, что Алекс снова, как кукловод, дергает за ниточки. На пару с Минхо они проверяли мои границы. И я ненавидел их двоих за то, что они отлично справлялись с этой задачей.

Я эмоционировал.

Реагировал.

Показывал те стороны, которые прятал в пыльных углах.

И сейчас мне требовалось взять под контроль себя, ситуацию и Броуди.

Охота в лесу – проверка. Рэя и Броуди атакуют и будут смотреть, кто из них справится лучше. Спрос будет и с меня, и с Минхо. Однако я приготовил козырь, который швырну в последний момент. Алекс смухлевала. И я собирался ее подловить.

Мы сели за стол. Счастливое выражение лица Ройса на удивление не нервировало. Я сконцентрировался на собственных задачах и не стал распыляться на других. С правой стороны от меня была Алекс, с левой – Билл. Броуди приперся последним. Сонный и помятый, он рухнул рядом с Джиджи. Поднял голову и встретился с моим взглядом. Синеву неба поглотил черный зрачок. Чем дольше я смотрел, тем сильнее проваливался в бездну. Звуки вокруг нас стали приглушенными. Аромат яичницы не смог затмить запах грейпфрута, который исходил от Броуди.

С этого дня я ненавидел грейпфрут.

С этого дня я считал, что у меня на него аллергия.

Ухмылка на обветренных губах заставила кровь в венах бурлить. Хорошо, что мои руки были под столом, и никто не увидел, с какой силой я сжал кулак. Только голос отца звучал в голове похоронной песней. И в такие моменты я ненавидел каждую секунду своего существования.

Мне надо было переключиться. Набить рот едой, ощутить холод стали между пальцами.

Ощутить боль, чтобы выпустить огонь из-под кожи.

Напряжение, исходившие от меня, ударной волной обрушилось на Алекс. Она обхватила мое запястье и приложила палец к точке пульса. Дрожь, охватившая ее тело, перескочила на меня.

Пристальный взгляд Ройса обжигал щеку.

Кто-то на фоне разговаривал, но я не мог разобрать слов.

Гребаное сердце грохотало в ушах.

Слух обострился. Я слышал каждый шорох, каждый скрежет, каждый тихий вздох. Воспоминания врезались в барьер. Глубокие трещины расползались паутинкой, сквозь щели пробирались обрывки. Плечо Билла прижалось к моему. Тепло его тела обжигающими мурашками пробежалось по заледеневшей коже. За столом воцарилась тишина. Все взгляды были прикованы ко мне.

Слишком много внимания.

Слишком.

Телефон Алекс завибрировал. Я бросил взгляд на экран и увидел имя. Саша.

«Анна приехала» – было написано в сообщении.

Алекс продолжала держать меня за запястье. Короткий ноготь оставил царапину на коже.

Этого недостаточно. Мне нужно было, чтобы она вскрыла мне вены. Чтобы кровь хлестала и забрызгала стены.

Алый. Алый. Алый.

Барьер дрожал. Если воспоминания сумеют пробиться, то я потеряю связь с реальностью.

Тьма ласкала сознание, словно была соткана из шелка. Я не готов был сдаться, но не видел ни единой причины оставаться здесь.

Запах грейпфрута снова пробрался в ноздри, и на секунду я допустил одну мысль. Тьма больше не ласкала, а со всей силы врезалась в барьер.

Телефон снова завибрировал.

«Мэр Чикаго мертв» – это сообщение было от Анны.

Алекс напряглась и крепче сжала мою руку. Я взглянул на нее, но увидел маску невозмутимости, которую она носила перед солдатами. Они и без того боялись ее способностей, но когда сталкивались с этим выражением лица и мертвым взглядом, старались держаться как можно дальше.

Алекс показала сообщение Анны Ройсу. Он молча поднялся и вместе с нами двинулся к выходу. Вопросы Пэйдж остались без ответов.

Мы втроем вышли из дома.

***

Я смотрел в экран ноутбука и ничего не понимал.

Алекс отбивала пальцем странный ритм по темному столу. Ройс сидел рядом и с таким же недоумевающим видом пялился в экран.

Мэр Чикаго зверски убит.

Анна стояла возле окна со сложенными на груди руками. Она медленно повернулась к нам и обвела взглядом.

– Джекс?

– Странные раны, – прокомментировал я, всматриваясь в экран, – будто пытались убить быстро, но максимально кроваво. Это ни сколько желание убить, сколько предупреждение. Нет. Послание.

Я приблизил фото. Удары ножом казались хаотичным, словно кто-то в спешке нанес их после смерти. Одного факта было мало. Тот, кто убил мэра, жаждал увидеть страх в глазах людей.

– Я думаю, его исполосовали после смерти. Мы можем узнать причину?

– Я попробую. Но это еще не все. – Анна вытащила конверт из сумки и бросила его на стол. Ройс, не сводя с нее глаз, достал содержимое. На фотографии был мертвый сокол. – Нас пытаются подставить.

– Это не наш сокол, – нахмурившись, сказал я.

– Мне нужен кто-то, кто отправится со мной в Чикаго на похороны. Я не потерплю в наш адрес обвинений. Нам нечего скрывать.

Алекс закусила губу. Посмотрела сначала на Ройса, затем на меня. Стук в кабинет отвлек нас. Дверь приоткрылась, и в щели показался Саша. Заметив выражение наших лиц, он ойкнул и ушел. Придурок.

– Это могут быть только Пэйдж и Билл, если мы все еще держим остальных в секрете. – Алекс сложила руки на груди. Я знал, что она сама хочет отправиться в Чикаго, чтобы быть в курсе всех событий. Но в то же время, она не могла оставить здесь Рэя и Броуди.

– Отправляйся, – с нажимом сказал я. – Здесь Ройс и Минхо.

Ее глаза опасно сверкнули, а черты лица заострились. Мне нравилось выводить ее из себя, вытаскивать наружу эмоции и доказывать, что она давно не та девочка, которой можно было причинить боль. Она не единственная, кто застрял в прошлом. Но одна из тех, кто мог раз и навсегда стереть его. Стоило начать с тех, кто сидел в нашем подвале. По крайней мере, у нее осталась такая возможность, в отличие от меня.

Все те, кто причинил мне боль, были давно мертвы.

И я не мог отомстить.

– Давай, – слово вырвалось с низким рычанием, и теперь искры ярости плясали в моих глазах. Ройс не мешкал: схватил меня за горло и повалил. – Займись делом, а не нянчись со мной. Езжай в чертов Чикаго.

– Прекрати заниматься этим дерьмом.

– Я не ребенок, и ты блядь лучше меня знаешь об этом. Мы не поедем толпой. Я не поеду туда.

– Так докажи мне, что ты не чертов ребенок, ноющий в своей комнате. Прекрати вымещать свою обиду на Броуди. Ты сам принял решение ввести ему сыворотку.

Я сбросил с себя Ройса, но не поднялся. Ярость обернулась шаром с шипами. Клокоча, он изрешетил грудь, легкие и сердце.

– Оставь меня здесь. Я займусь его тренировкой.

– Чем ты занимался все это время? – Стальным голосом спросила Анна, но Алекс встала перед ней, защищая меня. Нуждался ли я в этой защите? Наверное. Я не хотел впускать Анну в свою голову. Она видела все. Она знала, что происходило со мной там. В том месте, что именовалось домом.

– Когда ты хочешь отправиться? – Алекс заставила своим вопросом утихнуть мысли в голове. Я был благодарен, но никогда бы не озвучил это вслух.

– Сегодня. И я бы хотела, чтобы ты отправилась со мной. Вместе с Энзо. – И прежде чем Алекс успела возразить, она быстро добавила, – подумай об этом. Кто бы не вел эти грязные игры, я не позволю им опорочить Соколов.

Если что-то и восхищало меня в Анне, так это ее вера в себя и умение двигаться напролом, даже когда жизнь воздвигает перед ней стену. Грегор в свое время нанес своим поступком глубокие шрамы. Но она взяла самую острую иглу и толстые нитки, чтобы залатать их.

– Я подумаю.

– Договорились. Ройс, я привезла сыворотку для Джиджи. Четыре состава.

Она достала из-под стола чемоданчик и протянула ему. Ройс молча забрал его и раскрыл.

– Если ее организм будет противиться первому, я не стану вводить основной, – сказал он, смотря прямо в глаза Алекс, – как и ты не станешь делать этого. Обещай мне.

Алекс одарила его долгим взглядом, но ничего не пообещала.

***

Охоту пришлось отложить. Мы вернулись в дом, чтобы остальным сообщить новости. Минхо был первым, кого мы встретили. Его бесстрастный взгляд скользнул по лицу Алекс. Что-то промелькнуло в глубинах его карих глаз, но я не успел выяснить, что именно. Минхо хватило несколько секунд, чтобы считать настрой. Он ушел, а вернулся уже с остальными. И вот тогда начался хаос.

Если кто-то и сомневался в том, что Рэй потребует взять его в Чикаго, то этот кто-то явно не был мной. Я удобно устроился в кресле и лениво наблюдал за развернувшейся драмой. В стае может быть только один вожак. Рэй считал иначе. Я же считал, что его убийство станет решением этого спора и всех последующих.

Но мое мнение никто не спрашивал. Как обычно.

Пэйдж вместе с Тарой ушли собирать вещи. Ройс хоть и обнимал Джиджи, все равно готов был в любую секунду разнять Алекс и Рэя. Минхо пытался объяснить Реджине, что только Иисусу разрешено воскреснуть, а бывшим солдатам «Плазы» – нельзя, потому что эта идиотка тоже пыталась выбить себе билет в Чикаго. Их наивность и тупость поражала. Билл стоял позади меня, а придурок, сидящий напротив, наблюдал за мной, чуть склонив голову. Его по крайне мере не интересовала поездка.

– Мы собрали вещи! – Донесся крик Пэйдж. – Что происходит?

– Мамочка и папочка ругаются, – хихикнул Билл. Несмотря на убийственные взгляды, он смог заставить их заткнуться.

В гостиной повисла приятная тишина. Такая густая и плотная, что ее можно было разрезать ножом. Искаженное яростью лицо Рэя тоже можно было заодно порезать. Не оставлять же лезвие чистым.

– Разговор окончен, – прошипела Алекс, не сводя глаз с Билла. Минхо поднялся и ушел.

– Ты тоже едешь в Чикаго? – Вопрос Броуди застал меня врасплох. Я старался не смотреть на него, поэтому сконцентрировался на Ройсе, который выглядел непривычно задумчивым. Он хоть и перебирал волосы Джиджи, но глаза его скользили по моему лицу. – Джекс?

– Помоги мне, – выдавил я на русском, обращаясь к Ройсу. Пэйдж невесело хохотнула, а Тара судорожно выдохнула.

– Ты подставил меня в прошлый раз, – ответил также на русском Ройс.

– Но не в этот.

Выражение его лица ожесточилось. Он упрямо качнул головой, выбивая из моей груди надежду. Я резко поднялся и, игнорируя насмешки Пэйдж, рванул на второй этаж.

Если мне кто и мог помочь, так это Минхо.

Засранец услужливо оставил дверь приоткрытой, давая понять, что находится в своей комнате. Здесь царил стерильный порядок, от которого тянуло блевать. Мне всегда хотелось разнести его комнату к чертям, чтобы доказать, – никто из нас не идеален. Было бы легче, если бы здесь хоть что-то лежало не на своем месте. Темное постельное белье идеально застилало двуспальную кровать, стул был ровно задвинут, словно он использовал уровень, и даже на плинтусах не осела пыль.

Воздух здесь витал прохладный и свежий, потому что Минхо всегда оставлял окно приоткрытым. И я точно знал, что в его педантичном шкафу все вещи идеально сложены и лежат по цветам.

Белый, серый, черный. Наверняка, цветные вещи он прятал под кроватью вместе со своей уродливой душой и секретами.

Минхо редко впускал нас к себе. Даже Пэйдж трахал на ее территории, потому что ревностно относился к своему уголку. Его комната была гораздо меньше, чем у остальных. И помимо кровати, небольшого комода и компьютерного стола, здесь стояло лишь одно кресло, в котором сейчас сидел Минхо и безразлично смотрел на меня.

– Убеди ее оставить меня.

– Для чего мне это делать?

Он смотрел на меня с вызовом, ожидая, что я дам ему то, что он хочет. Следующее слово обожгло язык, но я сумел его сказать:

– Пожалуйста.

В его глазах загорелся интерес. Минхо склонился, выдержал отвратительную паузу, которая рвала мои натянутые нервы. Я, не желая того, переступил с ноги на ногу. Руки зудели без ножа, но нападать на Минхо и ожидать, что он поможет мне, – было глупо.

– В прошлый раз, – медленно начал он, – ты подорвал доверие Ройса.

– Я знаю, – мой ответ был резким. Я не хотел, чтобы он продолжал упоминать эту тему.

– Я нашел тебя в камере. В закрытой камере. На волоске от смерти.

– Достаточно.

– С антидотом в крови. Вместо сыворотки.

– Я прекрасно помню тот день, – прорычал я и пересек комнату. – Чего ты хочешь взамен?

Он поднялся с отвратительно наигранной улыбкой. Мы были одного роста, но сейчас я чувствовал себя, как человек, загнанный в клетку со зверем.

Это его территория.

Это его игра.

И его чертовы правила.

– Мы заключим сделку. – Он стряхнул невидимую пыль с моего плеча и хотел убрать руку, но я успел перехватить ее и с силой сжать запястье. – Я попробую убедить Алекс оставить тебя здесь, а ты отдашь мне Броуди.

Какая-то из его костей хрустнула. Минхо шире улыбнулся и схватил меня за футболку, притягивая к себе.

– В чем проблема, Джекс? Неужели он стоит твоей свободы?

– Он принадлежит мне, – прорычал я, ломая вторую кость.

– Мне хватит одной тренировки.

– Она ничего тебе не даст.

Минхо оттолкнул меня и размял запястье, убеждаясь, что кости правильно срослись. Когда он снова посмотрел на меня, его взгляд изменился. Блеск в темных глазах невозможно было игнорировать. Я стиснул челюсть, но умудрился совершить ошибку. Легкое покачивание Минхо воспринял как знак. Губы снова изогнулись в улыбке.

– Она даст мне гораздо больше, чем ты можешь предположить.

– Ты должен заниматься Рэйем.

– Я сниму с себя эту обязанность, убедив Алекс взять его с собой. Ей не помешает небольшая встряска. Мы же оба знаем, что она не спасует передо мной.

– Чего ты хочешь от Броуди? – Низким голосом от нахлынувших эмоций спросил я. На его лице отразилась победа.

– Я собираюсь выпустить монстра, конечно же. Болтать без умолку его прерогатива, а не моя.

– Ты можешь задать эти вопросы, не выпуская монстра.

– Могу. Только это будет не так весело.

Мои пальцы сомкнулись на его шее. С громким стуком темная макушка ударилась о стену. Минхо резко выдохнул и предпринял неудачную попытку выбраться из моей хватки. Я чувствовал, как хаотично бьется его пульс под моей ладонью, но продолжил сжимать до тех пор, пока его лицо не окрасилось в багровый.

– Ярость ослепляет тебя, – прохрипел Минхо, но я сильнее вдавил его в стену, – научись контролировать ее.

– Иди нахуй.

– Встречное предложение, только замени последнее слово на Чикаго. Америка готова встретить заблудшего сына.

Я разжал пальцы, борясь с дрожью, которая сотрясала тело. Мое дыхание участилось, сердце распухло в груди, пока в голове мелькали картинки. Фантомная вспышка боли пронзила спину. Обжигающий удар, ощущался так реалистично, что я незаметно коснулся рукой поясницы. Минхо лениво провел рукой по шее, поправил упавшую на лоб прядь и только потом взглянул на меня.

– И к чему мы пришли, Джекс? – Его кристальное спокойствие являлось для меня спусковым крючком. Идеальный солдат. Идеальный член семьи. Он обладал покорностью и своим мнением, к которому прислушивались. Если Ройс раздражал на клеточном уровне своей безмятежностью, то Минхо вызывал чувство, которое я никогда не хотел бы испытывать.

Зависть.

Я даже не произнес его вслух, а уже почувствовал во рту горечь. Зависть скользила по коже, оставляя липкий след. Мне хотелось выпрыгнуть из собственного тела, чтобы не ощущать ее.

Или забить Минхо до смерти, чтобы лишить Алекс ее лучшего солдата.

Роскошный план.

Он не только был лучшим во всем, но и обладал тем, чего так сильно жаждал я: он не помнил своего чертового прошлого. Те обрывки, что время от времени всплывали в голове, не способны были вывести его из строя. Он уничтожал их так быстро, чтобы мы даже не успевали уловить перемены в поведении.

– Ройс не поможет тебе, Джекс. Билл даже не слезет с дивана, чтобы впрячься. Я твой единственный вариант.

– Она не возьмет с собой Рэя.

Минхо усмехнулся и качнул головой.

– Она не оставит его здесь. С тобой.

Я собирался ему ответить, но шум из коридора привлек мое внимание.

Рэй. В комнате Алекс.

Чертов камикадзе.

– Надеюсь, ты найдешь нужные аргументы, – бросил я, выходя из комнаты Минхо.

– Только я и смогу.

***

Минхо провел в комнате Алекс не менее четырех часов. Когда они вместе появились на первом этаже, она выглядела так, будто он избивал ее все это время. Вот почему я ненавидел впускать его в свою голову. Минхо не пренебрегал использовать самые унизительные методы, в частности – наше прошлое. Я мог отмахнуться от его слов, потому что он не имел на руках физические доказательства на мой счет.

А вот у Алекс они были. И хранились в маленькой флешке, которую сейчас она крутила между пальцами.

Несколько чемоданов с оружием стояли в гостиной. Пэйдж объясняла Таре, какие долги она успела сдать, а какие нет. На самом деле, Пэйдж едва не подпрыгивала от радости. Ей не терпелось сверкнуть своей задницей перед Чикагской элитой. Если и существовало что-то, что она обожала больше, чем члены Минхо и Билла, так это внимание.

С тех пор как Алекс спустилась, она даже ни разу не взглянула на меня. Дождавшись, пока Ройс, стоя на расстоянии вытянутой руки, обнимет воздух перед собой, она обошла его и скрылась на улице.

Я ожидал, что петля, стягивающая мою шею, ослабнет.

Однако задыхался гораздо сильнее, чем в любой другой день.