День рождения Тары начался с визгов, взрывов хлопушек и шампанского. Пэйдж веселилась так, будто это был ее праздник. А еще она назначила себя главной и руководила всеми процессами. Водрузив на вишневую голову диадему, Пэйдж шлепнула Тару по заднице и отправила собираться. Раздав указания, она схватила Минхо и Реджину и куда-то уехала вместе с ними. Алекс, стоящая рядом со мной, закатила глаза и отбросила волосы за спину.

– Всего один день, – пробормотала она и двинулась в сторону кухни. Я умирал без кофе, поэтому поплелся за ней, пока остальные разбрелись по своим делам.

– О чем ты? – Спросил я, не желая находиться в тишине рядом с ней.

– Пэйдж становится невыносимой в день рождения Тары.

– То есть, в любое другое время она не невыносимая? – Скептически уточнил я. Задумавшись, я щедро насыпал кофе в кружку. Пришлось вытряхивать часть обратно в банку.

– Ты же смог вынести поездку с ней. Дурное настроение по приезду было связано явно не с Пэйдж. – Алекс выгнула бровь, взглядом бросая вызов. Я отвернулся, предпочитая ей сахарницу.

– Так почему именно в день рождения Тары?

– Потому что Тара организует наши дни рождения, а организацией ее праздника занимается Пэйдж. Она чересчур ответственно подходит к этой задаче.

– Друг, по-братски, сделай мне кофе. – Билл выглянул из-за моего плеча.

– Эй, ты же рядом стоишь!

– Мне надо Юрия покормить.

– Может быть, Броуди хочет его покормить? – С невозмутимым лицом предположила Алекс.

– Ха-ха, очень смешно, – проворчал я

– Спасибо, – выкрикнул Билл уже возле двери.

Чересчур довольный Ройс вальяжной походкой ввалился на кухню. Я не хотел знать причину его хорошего настроения. И судя по выражению лица Рэя, он тоже не жаждал этой информации. На фоне Ройса, он выглядел мрачной тучей, готовой швырять молнии во все стороны. Однако, проследив за его взглядом, я догадался, что счастливый Ройс здесь вовсе не причем. Черные глаза сверлили дыры в спине Алекс.

– Что делаете? – Спросила раскрасневшаяся Джиджи.

– Пытаемся не убить друг друга день 74, – ответил я, потому что Ройс и Рэй были заняты самым тупым занятием на свете: молча обменивались угрозами. Видимо, Ройсу не понравилось, что Рэй слишком долго смотрел на Алекс.

Пока напряженная тишина витала в воздухе, я бросил взгляд на лестницу. Джекс единственный, кто так и не вернулся. Даже Билл успел накормить дурацкого гуся.

– Кто-то не выспался? – Уточнил он, указывая чашкой с дымящимся кофе на Рэя.

– Или сон плохой приснился, – не остался в стороне Ройс, и я подавил желание закатить глаза, – может быть, кого-то обломали во сне.

– Кстати, эротические сны снятся, когда секса не хватает, – продолжал глумиться Билл.

– Цитируешь философа? – Рэй двинулся в его сторону и в его движениях сквозило предупреждение.

– Ага, Влада Череватого. – Ройс хохотнул, за что получил удар в бок от Джиджи.

Алекс не оборачивалась и никак не реагировала на разговор. Однако стоило сделать мне шаг в сторону лестницы, как она склонила голову в мою сторону. Билл, Рэй и Ройс продолжали препираться, а Джиджи зачем-то обращалась к Богу. Я не разбирал слов, лишь ощущал пристальный взгляд темно-зеленых глаз. Он проводил меня до лестницы. Но даже когда я оказался вне поля ее зрения, продолжал ощущать его.

Я понятие не имел, какая из этих комнат принадлежит Джексу. Второй этаж не отличался какими-то деталями, словно дизайнер устал еще на первом. И признаться честно, решение выглядело странным. Спокойные тона никак не ассоциировались с Соколами. Может быть с Минхо, но вряд ли он выбирал люстры и краску для стен.

Одна из дверей отличалась особым дизайном – если можно под особым подразумевать отметины от ножа. Я надавил на ручку и столкнулся со мраком. Несколько раз моргнул, чтобы привыкнуть к темноте, и сделал шаг. Странное предчувствие пульсировало под кожей. Не успел я среагировать, как оказался на полу. Разгоряченное от прикосновений лезвие прижалось к шее. Джекс толкнул ногой дверь, и та с грохотом захлопнулась.

Первая мысль, которая вспыхнула в голове: в дьявольских логовах действительно жарко.

– Кто разрешил тебе вламываться ко мне?

– Почему ты не спустился? – Я старался оставаться невозмутимым, но кончик лезвия вспорол кожу. Серые глаза следили за каплей крови со странным любопытством. Рана зажила, и он надавил снова, только на этот раз сильнее. Я не чувствовал боли и страха. Тело расслабилось и не сопротивлялось его хватке, только сердце забилось чуть быстрее.

Наши взгляды встретились, и только тогда Джекс поднялся.

– Так почему ты не спустился?

– Почему ты решил, что я стану отвечать на твой вопрос? – Напряжение сквозило в его голосе. Я заметил, что на нем были только серые широкие штаны. Мелкие татуировки рассыпались на торсе. Странные узоры, бессмысленные слова. Словно он делал их не для того, чтобы украсить кожу. Возможно, там были шрамы? Я пригляделся, на что Джекс с утробным рычание швырнул нож прямо в грудь. – Проблемы?

– Ты сам их сделал? – Предположил я. Джекс не ответил. Достал футболку из шкафа и быстро натянул.

Я воспользовался возможностью и быстро осмотрелся. Ладно, мы похожи. Он такой же фанат бардака, как и я. Вещи были свалены на стуле, постельное белье выглядело так, словно Джекс боролся с кем-то полночи. Даже подушка валялась на полу. Но если закрыть на все это глаза, то в остальном же интерьер выглядел именно так, как я себе представлял: ничего лишнего и все в темно-серых тонах. Однако меня заинтересовала небольшая тележка, на которой лежала тату-машина и остальные принадлежности для тату.

– Бьешь татуировки?

– Себе, – пробормотал Джекс. Часть вещей он занес в ванную комнату. Я собирался возмутиться, почему мы вынуждены пользоваться общей, но промолчал.

– Набьешь мне? – Не задумываясь, спросил я.

Я бросил в его сторону вопросительный взгляд, но он успешно проигнорировал его. Чем чаще Джекс отмалчивался, тем больше вопросов мне хотелось задавать.

– У меня есть татуировка. – Я задрал футболку. —Хочу ее подправить.

Черта с два он заинтересовался ей. И пускай старался в открытую не смотреть, я видел, как его глаза то и дело устремлялись к животу. Я продолжал удерживать футболку, чтобы он смог ее рассмотреть.

– Отвратительная работа, – выплюнул он. Мои губы изогнулись в улыбке. – Я не перебиваю чужие татуировки.

– Не заметил у кого-то из Соколов хоть какие-то татуировки.

Джекс замер, а после медленно повернул голову в мою сторону. Его глаза прищурились, бровь чуть-чуть приподнялась. Черты лица заострились, скулы прорезали бледную кожу щек. Я ждал его следующего шага или слов. Но он молчал. И это молчание не тяготило. Я бы мог простоять здесь сутки, и даже боль в мышцах не заставит меня сдвинуться с места.

– Выйди из моей комнаты.

– Спасибо, как раз хотел сесть.

Под испепеляющим взглядом я разместился на его кровати. Джекс будто оцепенел, только глаза метались от моего лица к ногам.

– Клянусь Богом, придурок, если ты не выйдешь из моей комнаты, я исполосую тебя.

– Попробуй. – Я пожал плечами, потому что и правда не испытывал страха. Он мог сыпать клятвами, но не источал для меня ту угрозу, которую хотел бы. Это нельзя было объяснить на пальцах.

Я просто чувствовал, что каждое отвратительное слово в адрес меня – ложь.

И это неведомое чувство заставляло провоцировать. Использовать уловки, чтобы нащупать границы дозволенного. Мы смотрели друг на друга, но только его тело выдавало слабости.

Мое охотно их принимало.

– У тебя жесткий матрас, – заметил я, несколько раз попрыгав на нем.

– Встань, – чистая сталь зазвенела в комнате. Я продолжил сидеть. – Быстро.

– Попробуй поднять меня.

Его скорость могла бы восхитить, будь на моем месте другой человек. Мои инстинкты ревели, но я все равно не уловил миг, когда он дернулся и налетел на меня. Мозолистые пальцы с силой сомкнулись на шее, вес тела придавил к кровати. Мне не нравилось находиться снизу. Я оторвался от его лица и воспользовался небольшим пространством, которое он оставил мне. Не успел я перехватить его руки и заломить их за головой, как громко распахнулась дверь.

– О, господи, – это была Тара. Ее глаза округлились, губы распахнулись, а щеки раскраснелись, – я помеш…

– Не смей договаривать это предложение, – пыхтел Джекс, пытаясь скинуть меня.

– Что я должна сделать? – Растеряно спросила она.

– Продолжай делать кудри.

Только сейчас я заметил, что часть ее волос все еще была прямой.

– Мне причинить ему боль? – Внезапно шепотом спросила она, указывая на меня.

– Тара, я тебя слышу.

– Тогда какого черта ты до сих пор не слез с него? – Взвизгнула она. – Скажи спасибо, что я здесь, а не кто-то другой.

– Я же Сокол, – проворчал я, слезая с Джекса, который никак не мог восстановить дыхание.

– Не все из нас позорятся. – Пожала она плечами.

– Что?

– Пэйдж до сих пор пересматривает видео, где ты бегаешь от Юрия.

– Кто-то снял это на видео? – Мои брови взметнулись.

– Ой, я не должна была этого говорить. Джекс, если он снова будет приставать к тебе, позови меня.

– Видео правда есть? – Спросил я у Джекса, который выталкивал меня из комнаты.

– Спроси у Билла.

***

Пока остальные возились с едой и украшениями, Алекс неожиданно позвала меня на пробежку. Посреди дня. Я бы проверил ее температуру, но она продолжала держаться на расстояние двух вытянутых рук. Мы молча вышли из дома и двинулись в сторону леса. В прошлый раз она вернулась оттуда вся крови и в невменяемом состоянии. К счастью, безоружные Джиджи и Реджина не пострадали, насчет себя я предсказать такого не мог. Однако Ройс перед выходом сунул мне пистолет.

– Выстрелишь забавы ради – убью, – бесстрастно сказал он, а затем с силой похлопал меня по плечу. Придурок.

Алекс задала медленный темп. Я держался позади, сверля взглядом ее затылок. Ее мотивы мне не были понятны. В голове вертелись парочка вариантов, но вряд ли она решила закопать меня в лесу. Она же не настолько глупа и не рассчитывает на то, что остальные не зададутся вопросом, куда я делся.

Это же тупо.

– Так и будешь плестись позади? – Бросила она, сбавляя темп. Приблизившись, я заметил за ухом маленькую татуировку в виде птицы. Сокол.

– Работа Джекса?

– Энзо не бьет татуировки. – Пожала она плечами.

– О, не делай вид, что собираешься откровенничать со мной. – Я ускорился, тем самым подгоняя Алекс.

– Я и не собиралась.

– Тогда зачем мы здесь?

Я остановился. Алекс последовала моему примеру и достала из кармана толстовки черную ленту.

– Я надеялась, что Джекс почувствует ответственность. Ну или хотя бы попробует это слово на вкус. Однако у меня сложилось впечатление, что он не учит, а борется. А ты в это время находишься за пределами ринга.

– Это всего лишь твои предположения.

– Возможно. Но это не меняет сути. Вскоре вы с Рэйем окажетесь на охоте. И у меня есть легкое ощущение, что один будет защищать второго.

– Ты даже не тренируешь его. – Мне пришлось приложить усилия, чтобы не дать голосу надломиться. Я понятие не имел, как много о нас знала Алекс, но она абсолютно точно нащупала мою болевую точку.

– Боюсь, он не нуждается во мне. Его упорство и неразумное упрямство играет ему на руку. То, чему он действительно должен научиться, находится вне ринга.

– И что же это?

Алекс одарила меня очередным пустым взглядом и протянула ленту.

– Если я прикоснусь к твоим пальцам, что ты сделаешь?

– Либо сломаю тебе руку, либо потеряю контроль.

Я сократил расстояние, но не схватился за ленту. Для начала хотелось узнать хоть крупицу правды.

– Когда я потерял контроль, то увидел Джейкоба. Ты тоже видишь человека, который причинил тебе боль?

Алекс на несколько секунд отвела взгляд. Рука тоже опустилась, но только для того, чтобы взметнуться выше и требовательней потрясти лентой.

– Ты наденешь ленту, отдашь мне пистолет и будешь беспрекословно подчиняться каждому приказу на этой тренировке.

Я ухватился за кончик ленты и потянул ее на себя, давая тем самым свое согласие.

– Я вижу не одного человека, а нескольких. Теперь завязывай глаза и положи пистолет на землю. Забудь о том, чему тебя учили в «Плазе». Ты не солдат, ты Сокол.

Она жестом попросила меня раскрыть ладонь. Не соприкасаясь с кожей, Алекс вложила микронаушник.

Я вставил его, а следом крепко завязал ленту. Выбросил все мысли из головы и прислушался. Кроме далекого пения птиц и ветра, что раскачивал кроны деревьев, ничего не уловил. Чужое присутствие явно ощущалось, однако я не знал, как близко ко мне она находилась.

– Где я? – Тон ее голоса изменился. Стал каким-то певучим и высоким, словно она игралась со мной.

– Слева?

Выстрел в правое плечо стал мне ответом.

Не слева.

Предчувствие на этот раз подвело. Я снова прислушался, игнорируя посторонние звуки. Знакомый азарт забурлил в крови. Тело медленно, но верно приходило в боевую готовность. Почувствовав движение за спиной, я резко обернулся, на что получил выстрел в поясницу. Дьявол. Я не мог облажаться дважды.

– Прекрати думать как солдат, Броуди. – Я чувствовал себя слепым щенком, выброшенным на оживленную улицу, где все вокруг казалось большим и опасным. Пальцы норовили коснуться ленты и сорвать ее с глаз, но я сжал кулаки и сделал несколько шагов в ту сторону, где, как я предполагал, находилась Алекс.

– Остановись. – Я подчинился приказу. – В метре от тебя лежит нож. Возьми его.

Опустившись на корточки, я нащупал рукоятку ножа и поднялся. Часть меня требовала развернуться, но другая часть шепотом просила оставаться на месте. Присутствие Алекс отчетливо ощущалась где-то рядом. Ни страх, ни инстинкт самосохранения не заставил меня сдвинуться с места. Я доверял ей. Я знал, что по неизвестной причине она намеренно не сделает мне больно.

– А теперь слушай меня внимательно, – вкрадчивым голосом сказала она, – чувствуешь монстра внутри себя? Дай ему немного контроля.

Стоило ей сказать об этом, как чистая ярость наполнила вены. Тьма густым туманом разливалась в голове. Я с силой вонзил нож в ствол дерева, чтобы удержать связь с реальностью, но мерзкое дыхание Джейкоба уже коснулось обоняния.

– Когда ты понял, что отличаешься от других? – Внезапно спросила Алекс.

– Ч-что? – Пот градом стекал по лбу. Дыхание стало прерывистым и тяжелым.

– Когда ты понял, что отличаешься от других? – Терпеливо переспросила Алекс, и я зацепился за спокойствие, сквозившее в ее голосе.

– В 15-16 лет.

– Как остальные отреагировали?

Монстр пытался отобрать поводья. Тьма боролась со светом. Я испытывал дикую усталость и сонливость. Готов был сдаться и лечь прямо на прохладную землю, чтобы остудить каждую клеточку тела, горящую в агонии.

– Джиджи поддержала меня, а Рэй месяц не разговаривал.

– Что заставило его снова заговорить?

Ее вопросы в этой ситуации звучали нелепо. Я доверился ей и дал возможность монстру управлять телом наравне со мной, а теперь боролся за право дышать.

– Он избил двоих парней, которые за спиной насмехались надо мной. Говорили, что мне не место среди солдат. Они были старше и сильнее, но Рэя это не остановило.

Злость, обида и зависть стекались внутри меня, переполняя до предела. Я сорвал с глаз ленту. Несколько раз моргнул, желая прогнать пелену, однако все еще не видел четких контуров и силуэтов.

– Почему он молчал целый месяц?

– Потому что я рассказал ему позже всех. Посчитал, что Рэй поступит так же, как и остальные, – отвернется от меня.

Монстр внутри меня насторожился. Мы оба почувствовали приближение Алекс. Однако с каждым ее шагом он шипел и ершился.

– Отправь монстра на покой, иначе это сделаю я. – Сложно было воспринимать подобные заявление всерьез от человека, который внешне выглядел слабее меня. Но монстр будто услышал ее слова. Он скрылся так быстро, что я едва не задохнулся от лесного воздуха. Удивление отразилось на моем лице. Алекс сложила руки на груди и остановилась в нескольких шагах. Пистолет торчал из кармана толстовки. – Когда ты чувствуешь, что монстр берет над тобой контроль, помни о тех, кому ты боишься навредить.

– Тогда почему у тебя не всегда это получается?

– Потому что любовь и страх на моих весах имеют одинаковый вес. Чтобы приручить моего монстра, нужно прекратить бояться. Чтобы прекратить бояться, мне нужно отомстить.

– А ты не можешь отомстить потому что…?

Алекс грустно улыбнулась, но улыбка не тронула глаза. Она ушла, вновь оставив меня без ответов. Но сегодня я узнал больше, чем за последние два месяца: у железной леди все же есть сердце, а еще ее обидчики все еще живы.

И по какой-то причине она боится их убить.

***

Это. Всего. Лишь. Гусь.

Напоминал я себе, когда белое чудовище враждебно поглядывало на меня, разгуливая по заднему двору. Я видел угрозу в его гусином взгляде и чувствовал, как он собирается пуститься в атаку, как только Тара отвернется. Черта с два. Я не подставлю свой зад. Пусть щипает Минхо. Этот парень максимум вопросительно вздернет бровь.

Или Ройса. Потому что этот придурок думал, что я не слышу, как он хихикает на пару с Биллом. Я бросил в их сторону убийственный взгляд, а они лишь синхронно вскинули ладони, будто смеялись над чем-то другим.

– Солнышко, можешь не беспокоиться за Юрия, я прикрою тебя. – Пэйдж пронеслась мимо в праздничном колпаке, держа одной рукой ноутбук. Я проводил ее скептическим взглядом. Из нас двоих, прикрывать требовалось ее, а не меня.

– Беспокоишься за свою задницу? – Донеслось до меня бормотание Джекса. Он единственный сидел в беседке, пока остальные устроили марафон «кто быстрее принесет посуду из дома». И в отличие от остальных, Джекс натянул толстовку, хотя погоду нельзя было назвать прохладной.

– Предлагаешь переживать за твою?

Черты его лица ожесточились, а нож, который он только достал из кармана, полетел в мою сторону. Я бросил его обратно.

Солнце медленно опускалось за горизонт, окрашивая небо в нежные оттенки розового и оранжевого. Лето в России, вопреки всем стереотипам, было жарким и душным, но вечером легкий ветер приносил собой приятную прохладу.

Беседка была красиво украшена мягко мерцающей гирляндой и разноцветными бумажными фонариками, которые красиво развивались. Пэйдж везде разложила пледы и подушки, создавая очень уютную атмосферу, а вокруг угощений расставила свечки.

– Никогда к этому не привыкну, – вздохнул Рэй, мимо которого прошла Джиджи с грудой тарелок. – Это не военная компания, а гребаный цирк.

– Какие-то…, – начал было Ройс, однако Джиджи перебила его:

– Не начинайте, пожалуйста.

– Ты накрасилась? – Я только сейчас заметил яркий макияж глаз и густо накрашенные губы. Джиджи и косметика – две параллельные вселенные.

– Мне не оставили выбора, – простонала она и попыталась вытереть помаду. Пэйдж возникла из ниоткуда и ударила ее по рукам. Она что-то воскликнула на русском. Потом выругалась на английском. Билл пришел ей на помощь:

– Если дословно, то «с ума сошла? Кто вытирает Шарлотту Тилбери салфеткой?», – он передразнил интонацию Пэйдж.

– Кто попробует смыть макияж, убью, – пригрозила Пэйдж сначала Джиджи, а после и Алекс с Реджиной.

– Ничего ты не сделаешь, – проворчал Джекс, взъерошив волосы.

– Тебя накрасить, придурок? Заодно и проверим. – Судя по тому, что Пэйдж забрала у Реджины нож, под макияжем в случае с Джексом подразумевались порезы. И, не ожидая ответа, она ринулась к нему. Я выставил руки и перехватил ее.

– Не надо было вмешиваться, – сказал Рэй.

Я говорил, что у него не было чувство юмора? Так вот, в России он им тоже не обзавелся.

Пэйдж прижималась ко мне так, будто мы были парой. Она вскинула голову и хитро улыбнулась.

– Заприметила третьего? – Это был Минхо. Он поставил на стол стаканы и занял место неподалеку от Джекса. Я собирался убрать руки и выпустить Пэйдж, однако ее ногти вонзились в кожу до крови.

– Почему бы и нет.

Я охренительно прекратил понимать происходящее. Только Джекс выглядел взбешенным. Его ноздри раздувались, к лицу прилила кровь. Он не сводил глаз с Пэйдж, однако перекинул нож в левую руку. Поближе к Минхо.

Рэй выглядел не менее сбитым с толку. Он молча переводил взгляд с Минхо на Пэйдж, пытаясь как и я понять, что за картина разворачивается.

– Уймите таланты, – бросила Алекс, но на мгновение задержалась возле нас с Пэйдж, – почему вы обнимаетесь?

– Действительно, солнышко, почему? – Пэйдж развернулась, но снова прильнула к моей груди.

– Мне начинать ревновать? – Билл прошел мимо нас с шашлыком.

– Оставь это другим, – усмехнулся Ройс.

Кучка идиотов. Я мягко отодвинул от себя Пэйдж и занял место за столом. Рядом со мной опустился Рэй, а с другой стороны Реджина. Было видно, с каким упоением Пэйдж наносила ей макияж.

– Только не комментируй.

– Постараюсь.

Наконец-то, все собрались за столом во главе которого сидела Тара в пышном розовом платье и с диадемой, усыпанной камнями. Она лучезарно улыбалась и в нетерпении хлопала себя по бедрам, как маленький ребенок, ожидающий торта и подарков.

– Мясо остынет, – возмутился Билл, на что Ройс громко шикнул на него.

– Она сейчас взорвется от счастья, – тихо сказал Минхо, проводя пальцем по губам, – давай, Пэйдж.

– Думала, не предложите.

Пэйдж достала ноутбук и поставила его так, чтобы экран был виден всем.

– Мы записываем друг другу поздравления из разных мест, – пояснил Билл. – Пэйдж потом монтирует их в клип. Готовьтесь. И доставайте платочки.

– Ну скорее, – пропищала Тара, едва не подпрыгивая на месте. Джекс громко вздохнул и закрыл лицо руками.

– Я выбрала самые позорные кадры, – поиграла бровями Пэйдж.

Мы переглянулись с Рэйем, предчувствуя, что ничем хорошим эта затея не закончится. Однако остальные сидели максимально расслабленными и не выказывали беспокойства. Только Ройс едва сдерживал смех, выдавая его за кашель. Когда Джиджи взглянула на него, он закинул руку ей на плечо и что-то шепнул на ухо.

На экране возникли киношные помехи, а затем появилась Пэйдж. Она поправила камеру, убедилась, что никто не подслушивает ее и начала говорить по-русски, но внизу возникли субтитры:

– Привет, Тара! Это ежегодное поздравление для тебя, но на этот раз оно будет отличаться. – Пэйдж поджала губы и снова бросила взгляд на дверь. – Из-за ошибки Алекс Ройс вынужден отправиться в Чикаго, а снимать без него вроде как неправильно. Мне пришлось достать старые кадры. Интересно, к твоему дню рождения Рэй будет с нами или она все-таки убьет его? Ставлю на второе. Но если все же будем сидеть за одним столом, представляю, как сильно он удивится. Надеюсь, ты сильно не расстроишься, что видео другое. Мне, если честно, не нравится эта идея и то, что Ройс так долго будет отсутствовать. Только не говори ему, ладно? А, блядь, это же запись. Не буду вырезать. Я уже в шестой раз перезаписываю эту речь. Итак, лови небольшую нарезку. Алекс, прости.

Алекс бросила на Пэйдж предупреждающий взгляд.

– Я извинилась!

На экране снова отобразилось видео. Ройс и Билл танцевали на кухне и подпевали в половник. Заметив снимающую Пэйдж, Билл расхохотался, а Ройс ринулся в ее сторону. Камера несколько раз перевернулась в воздухе, пока не упала.

– Не позорь лучшего наемника страны! – Кричал Ройс.

– С каких пор ты лучший? – Голос Минхо был последним звуком, прежде чем картинка сменилась.

Крупные хлопья снега падали на черные волосы Алекс. Она смотрела на кого-то и улыбалась, пока Джекс рядом с ней недовольно глазел на небо, будто оно его успело оскорбить.

– Джекс, проверь, кажется у нее инфаркт, – сказала Пэйдж, на что Джекс усмехнулся и качнул головой.

Я шумно втянул воздух, надеясь, что остальные не обратят на меня внимание. Но все они пялились в экран. Кроме Рэя. Его взгляд сначала был прикован к моему лицу, а после скользнул куда-то дальше. Я не проследил за ним.

– У кого инфаркт? – Огненно-красные волосы заполнили экран.

– У Алекс. И, видимо, у Джекса.

– Тара, пригнись, – рявкнул Джекс. Та мгновенно выполнила его просьбу, и комок снега прилет в Пэйдж.

Судя по тому, что кадр сменился, дальше начался снежный бой. Или поножовщина, более привычная для Соколов.

Было очень много обычных домашних кадров с их общими воспоминаниями, которые, к слову, были красиво склеены и плавно сменяли друг друга. Лицо Пэйдж светилось от счастья, и даже Джекс, который, казалось, не заинтересован в происходящем, внимательно смотрел в экран. В нарезках он был все таким же засранцем, но беззлобным. Он не намеренно причинял им боль. Что-то стояло за всем этим. И я отчаянно хотел узнать что.

С каждым новым фрагментом зависть все выше поднималась по горлу. Вот чего я хотел в «Плазе». И вот чего я не получил. Зависть внезапно исчезла, а на ее место пришла ненависть к самому себе. Я не мог грезить об этом, когда мы не сумели защитить Грегора. Не сумели защитить единственного человека, который дал нам второй шанс на жизнь.

– Рэй точно думает, что мы кучка кретинов, ха-ха. Стоп, а вдруг он труп? Нельзя же смеяться над трупом? Не важно. Если что, вырежу на монтаже. А теперь мы переходим к твоей любимой части! Поздравления от Соколов. Бам! – Ладонь Пэйдж накрыла камеру, а отнялась уже ладонь Ройса.

– Привет, Тара! Пэйдж заставила меня как-то прикольно снять тебе поздравление. Я подумал, что возле склада с боеприпасами «Плазы» будет очень прикольно. На мне сейчас пояс смертника. Как тебе? – Он опустил камеру и покрутился. Я поджал губы. Придурок. – У меня в запасе минута, прежде чем Минхо разберется с минами. С днем рождения, Огонечек! Продолжай оставаться самой счастливой девушкой на свете и не обижайся сильно на Джекса, он говнюк. Я соскучился по тебе и, надеюсь, что совсем скоро вернусь домой. Ага, понял. Минхо говорит, что путь свободен. Мне пора бежать. Если сокол потеряет камеру, все вопросы к нему! Люблю тебя.

– Ты на полном серьезе снимал поздравление возле нашего склада? – Уточнил Рэй.

– Большой мальчик, не обижайся.

Я готов был поставить сотню, что если бы не сидящая между ними Джиджи, они бы сцепились.

Следующим на экране возник Минхо, сидящий за штурвалом.

– Пэйдж попросила как-то креативно снять поздравление, но нас с тобой не взяли на вечеринку «обведем Плазу вокруг пальца», – он изобразил в воздухе кавычки. Я бросил на него осуждающий взгляд, но он лишь пожал плечами. – Алекс не разрешила снимать на фоне трупов в 78 секторе, поэтому единственное креативное место – джет. С днем рождения. Прошлое не определяет тебя. Сегодня – ты лучшая версия себя. Повторяй это каждый день. Будь самой счастливой и не обижайся на поздравление Джекса.

– Да я нормальное поздравление снял, – проворчал Джекс.

На экране появилась Пэйдж вместе с Майком.

– Давай, Майк. Нужно круто поздравить Тару.

– С днем рождения, крутая Тара! – Воскликнул мальчик и с широкой улыбкой посмотрел на Пэйдж.

– Эй, я крутая, а Тара просто классная. Давай попробуем на русском.

Видео ускорилось, было заметно, как тяжело давался Майку русский язык. В конце концов он выдал поздравление.

– С днем рождения, Тара! – Крикнула Кайла и помахала в камеру.

– Отлично, – кивнула Пэйдж, – осталось выловить остальных. Нет, Билл, потом поздравишь. Мне нужно выцепить Алекс.

Пэйдж вышла из одной комнаты и попала в другую. Там шли какие-то жаркие споры, из-за которых на лице Пэйдж отразилось недовольство.

– Так, у нас проблемы. Вернусь попозже.

На следующем кадре Пэйдж поставила камеру на стол, за которым сидела Алекс.

– Посмотри, какие мы сестрички, – пропела Пэйдж. Они на самом деле выглядели как сестры. Только одна была более мрачной версией второй. – Давай, поздравь Тару, пока прикидываешься мной. Максимально креативное поздравление.

Дверь позади Алекс с хлопком закрылась.

– Она бесится, так как я поменяла план и еду с Биллом и Анной на свадьбу к Фрателли, – медленно начала Алекс и сразу вскинула руку, – не злись. Это уже произошло к моменту, когда ты увидишь это видео. С днем рождения, Тара, – она слабо улыбнулась и быстро заморгала.

– Ты что, плачешь? – Не выдержал я.

– Заткнись, – рявкнул Ройс.

– Ненавижу Пэйдж, – продолжила Алекс на экране.

– Эй, ты меня любишь! – Пэйдж внезапно распахнула дверь и злобно уставилась на Алекс. За ее спиной возник Энзо.

– С днем рождения, Тара. В следующий раз требуй, чтобы тебя взяли с собой. Может хоть к тебе она прислушается.

Кадр резко сменился и последнее, что сказала Алекс было:

– С днем рождения, Тара. К тебе бы я точно прислушалась.

Я перевел взгляд на Пэйдж, которая с силой прикусила губу. Почему она вырезала часть видео и в то же время оставила несколько минут уроков русского языка с Майком?

Чушь. Они что-то скрывали.

Следующие кадры были из машины. Судя по внешнему виду Билла, они возвращались со свадьбы.

– Привет-привет, Тара! – Чересчур радостно воскликнул Билл и бросил взгляд на пассажирское сиденье. – Алекс немного нервничает в машине, поэтому я решил, что сейчас самое время записать поздравление.

– С днем рождения, Тара! – Между ними возникло лицо Анны. – Ты – лучший Сокол.

– В смысле? А я? – Не выдержала Пэйдж и собралась достать из заднего кармана телефон, но Билл перехватил ее руку.

– Анна права, ты лучшее, что с нами случалось. Ты самая чуткая, добрая, сострадательная. Всегда готовы выслушать и поддержать. Без тебя мы бы были всего лишь кучкой идиотов. Собственно, и с тобой мы кучка идиотов, но это называется по-другому. Давай, Алекс, как это называется? – Билл щелкнул пальцами.

– Семья.

– Точно! Ты бы на моем месте не вспотела, как скотина, а смогла бы обнять Алекс. Ты не видишь, но она сейчас улыбнулась. Все потому, что я заговорил о тебе. С днем рождения, Тара. Оставайся всегда… – Взгляд Билла метнулся куда-то. Он быстро переглянулся с Алекс и на что-то нажал.

– Ройс?

– На нас напали, – донеся голос Ройса.

– Блядь. С днем рождения, Тара! Я люблю тебя!

Внутри себя я выдохнул. Значит они не врали о нападении.

– И это снова я. – На экране возникла Пэйдж, а позади нее стоял Джекс. – Мы с придурком поспорили. Короче, Ройс кинул нас и поехал на свадьбу. Смотри. – Пэйдж перевела камеру на залитые кровью стены. – Это кетчуп разведенный с водой. Джекс уверен, что Ройс не поверит. А я считаю, что поверит. На кону банковская карта.

– Ройс идиот, но не настолько, – проворчал Джекс, – сама потом будешь убирать.

– Без комментариев! – Попросил Ройс, не отрываясь от экрана.

– Джекс хочет поздравить тебя с днем рождения. Оставлю вас наедине.

Пэйдж отдала камеру Джексу и ушла. Прежде чем начать говорить, он несколько раз убедился, что остался один.

– Ты не представляешь, как она меня заебала, – это прозвучало не искренне, наверное, поэтому Пэйдж не вырезала этот кусок. – И не представляешь, как сильно я хочу вернуться домой.

Последнее слово далось ему с трудом. Джекс тяжело сглотнул и несколько секунд молчал, будто не мог подобрать нужных слов.

– Я никогда не жалел о своем решение. – Зная прошлое Тары, я сразу же понял, о чем он говорит. – В этом цирке клоунов ты единственный адекватный человек. И я бы не за что не отказался от тебя. Дьявол, я надеюсь, что только Соколы смотрят это ебанное видео. Иначе я перережу Пэйдж глотку.

Я хотел увидеть реакцию Джиджи и Реджины, но продолжал смотреть в экран.

– Спасибо, что не сдалась тогда. Я всегда напоминаю себе об этом. С днем рождения. Я буду не против, если ты обнимешь меня.

Заплаканная Тара вскочила и пробралась к Джексу. Пэйдж украдкой вытерла слезы, но я успел заметить их. Как и она заметила то, что я пялился. Поэтому показала мне средний палец и опустилась на коленки Билла.

Джекс крепко прижимал к себе крохотную Тару. И это не выглядело так, будто он хотел как можно скорее отпустить ее.

Он нуждался в ней.

А я нуждался в той искренности, которую он излучал сейчас. Я хотел, чтобы он был со мной таким же открытым, каким был с Тарой.