Ройс обиженно прижал ладонь к покрасневшей щеке. Меня трясло от злости на него и на себя. Он был одет в нашу форму, а значит, в очередной раз одурачил одного из солдат. Эмоции вырывались наружу, и я никак не могла сохранить хладнокровие. Обида в купе с яростью вылилась во второй удар, но на этот раз он успел перехватить кулак.

– Я всего лишь хочу поговорить! – Прошипел он, словно меня это волновало. Я не стала выдергивать руку, вместо этого врезала ногой ему живот. Мое колено едва не хрустнуло от столкновения с каменной глыбой. Мышцы его живота напряглись, Ройс даже не дернулся. Напротив, мягко вывернул мою руку и прижал к своей груди. Вторая рукой он обхватил мою талию, лишая возможности выбраться из захвата.

Очередная манипуляция впилась в мою грудь когтями. Я тряхнула головой, сбрасывая с себя его чары. Предательские мурашки прокатились по коже. Он снова попытается перетянуть меня на свою сторону. Он снова солжет, зная, что я способна повестись на его слова. И меня раздражал этот факт. Вот почему Рэй считал эмоции – слабостью.

– Джиджи, – тихо позвал Ройс. – Пожалуйста, выслушай меня.

Ройс разжал пальцы с моего запястья. Кожа под ними горела, словно я обожглась кипятком. Но сильнее вспыхнула шея, когда губы Ройса коснулись ее в невесомом поцелуе. Остатки терпения лопнули, как воздушный шарик. Я двинула головой ему в нос. Ройс, ослепленный своими желаниями, не сразу сообразил произошедшее и ослабил хватку. Возникшее пространство позволило перебросить его через плечо.

Не успела я вытащить нож, как Ройс отполз за диван, будто тот мог как-то спасти его. Я едва не рычала от ярости, которая заполонила собой каждую клеточку в теле. Разум твердил сообщить о нем Рэю. Сердце велело вонзить лезвие в его горло. Я прислушалась к нему.

– Да выслушай меня!

– Именно это я и делала целую неделю! – Рявкнула я, метнув нож. Ройс пальцами обхватил лезвие, лишний раз подтверждая, какой дурой я была.

Перед глазами снова помутнело. Рукава пиджака неприятно липли к коже. Я обливалась потом, не понимая, какого черта организм решил подвести меня именно сейчас.

Пистолет продолжал валяться на полу. Я бросила на него быстрый взгляд, однако не успела сделать навстречу и шага: Ройс перепрыгнул через диван и сбил меня с ног. Он крепко прижал мои руки к полу, а коленями сдавил бедра, не давая сдвинуться с места. Кончик его носа коснулся моей щеки. Горячее дыхание обдало кожу.

– Ты выслушаешь меня, и я уйду, – низким мрачным тоном заявил Ройс. Я не собиралась сдаваться, пускай и каждая попытка терпела поражение. – Никто из Соколов вам не угрожает. Никто из Соколов вас не тронет. Угроза не исходит от нас. Мы хотим предложить сотрудничество.

Он всматривался в мои глаза так пристально, что мне захотелось отвернуться. Шкатулка с эмоциями вновь распахнулась, будто Ройс намеренно колотил по ней кулаками.

Очередная. Гребанная. Манипуляция.

Взгляд ореховых глаз опустился на мои губы. Тело вопреки всему оцепенело. Нас разделяли считанные дюймы. Сердце, как бешеное, колотилось в груди, словно собралось проломить ребра и выскочить наружу. Ройс легко склонил голову. Его губы коснулись моих, спрашивая разрешения.

Я была на грани обморока. Фальшивого обморока. Тяжелый вздох, сорвавшийся с губ вместе с обмякшими конечностями, заставил его ослабить хватку. Озадаченный взгляд скользнул по моему лицу.

Этих секунд было достаточно, чтобы вырвать руки и скинуть его с себя.

Я не рассчитала траекторию, и теперь Ройс оказался возле пистолета. Пальцы сомкнулись на рукоятке, дуло было направлено на меня.

Это больше походило на правду. И именно это движение захлопнуло шкатулку с эмоциями и упрятало ее в недра сознания.

Он больше не сможет добраться до нее.

Я ожидала, что прежде чем он спустит курок, перед глазами пронесется вся жизнь. Ожидала, что в памяти вспыхнет лицо Рэя, его редкая улыбка и не менее редкий смех. Или же моменты с Броуди, когда мы засиживались в моей комнате и разговаривали о чем-то, не связанном с работой. Но ничего не всплывало. Странно, но я не испытывала страха, хотя он всегда поселялся в ребрах, когда кто-то другой целился в меня.

Интересно, что испытывали все те, кого я убила? Те, кто не молил о пощаде. Те, кто упрямо смотрел в глаза и ждал выстрела.

Цеплялись ли они за остатки достоинства?

Потому что именно за него цеплялась я.

– Когда мы придем, не отказывайтесь от нас, – холодно попросил он. – Убеди Рэя принять нашу помощь.

Я ни черта не понимала. Боль разрывала голову, пот продолжал стекать по спине, а очередная порция тошноты подкатила к горлу.

– Присоединитесь к нам. – С этими словами Ройс перевернул пистолет так, что теперь дуло была направленно на него, и протянул его мне. Я не подошла. Это очередная манипуляция. Он создавал иллюзию выбора, но при этом пуля не способна была убить его. Только меня.

– Я выстрелю.

– Я знаю. – Улыбнулся Ройс, но быстро взял себя в руки и прочистил горло. – Зефирчик, мы правда не причиним вам вреда. Я говорю тебе, потому что знаю: ты единственная можешь достучаться до черствого сердца Рэя. Мы придем, когда настанет время. Не отказывайтесь от нас. И для начала выслушайте.

– Что за чушь ты несешь? – Выплюнула я.

Взгляд Ройса на мгновение стал растерянным, а после глаза округлились.

– Черт, кажется, мою вылазку спалили. – Он всучил пистолет мне в руку и ринулся к окну. – Обдумай мои слова, зефирчик, и не позволяй Рэю управлять твоей жизнью.

С этими словами он выпрыгнул в окно и убежал. А я тупо стояла в центре чужой гостиной и продолжала сжимать пистолет. Голова все еще кружилась, ноги словно налились свинцом. Усталость последних дней накрыла гигантской волной. Я убрала пистолет, быстро привела себя в порядок. В ухе раздалось шипение, а следом заговорил Броуди:

– Джиджи, все в порядке?

– Да. Возвращаюсь.

На негнущихся ногах я поплелась обратно в особняк Фрателли, игнорируя то, как глухо в груди стучало сердце после встречи с Ройсом.