Пролетели три луны. Урук-Син совсем освоился в Храме Мудрости. Он продал свой новый дом и купил двухэтажное строение недалеко от Храма, где поселил Нибаду, готовую вот-вот подарить ему сына или дочь. В Храме была оборудована обсерватория, так что Урук-Син, пожелав спокойной ночи своей жене и дождавшись, пока она уснет, отправлялся в Храм, чтобы, уединившись наверху, наблюдать за движением светил.

Днем он следил за тем, как проходят занятия в клинописной мастерской Храма, а вечером к нему приходили слушатели. Он снова и снова пересказывал свою историю и делился шестью секретами богатства. Хотя были они очень просты, далеко не все ученики могли овладеть ими сразу. Кто-то не был способен к сосредоточению ума, чему учила первая премудрость. Для другого тяжелее всего было справиться со своевременной выплатой долга. Третьи испытывали трудности с тем, чтобы разумно тратить деньги, как предписывала поговорка о здоровом сердце. Всех терпеливо наставлял Урук-Син, разбирая с каждым его ситуацию. Но как бы нелегко ни давалась учеба, все ученики замечали: когда они применяют секреты Аккада, их жизнь налаживается. Появляются дополнительные деньги, их ум становится более открытым для новых путей и новых заработков.

И каждый день Урук-Сину приносили поговорки. Их было так много, что Наставнику пришлось взять себе помощника. Один из учеников клинописной мастерской записывал на табличках премудрости, которыми была обильно пересыпана речь вавилонян. Поначалу Урук-Син терялся: как из всего множества поговорок выбрать те, что содержат глубокую мудрость? Но сама жизнь (а может, и дух старого Аккада) помогла ему.

В один из вечеров к нему подошел Шукал, торговец скорняжными изделиями. Урук-Син хорошо знал его еще с тех пор, как управлял мастерской Ашура. Пояса и ремни из гибкой свиной кожи, прочные сандалии из грубой кожи вола, которыми торговал Шукал, были отменного качества и стоили недорого. Но хотя лавочник и торговал честно, он едва сводил концы с концами. Доходы его были почти такие же, как расходы на покупку изделий у мастеров и плату помощникам. Домой он приносил жалкие гроши, которых не хватало даже на то, чтобы досыта накормить жену и детей. Шукал честно пытался прибегнуть к шести секретам богатства, которым научил Урук-Сина старый Аккад. И действительно, это помогало на какое-то время. Но проходила неделя – и Шукал возвращался в привычную колею, как телега, которая едет по разъезженной дороге и не может свернуть в сторону.

– Чтобы понять, в чем причина, нужно понаблюдать за твоими деньгами, Шукал, – сказал ему Урук-Син, когда лавочник в очередной раз стал жаловаться Наставнику на то, что секреты богатства ему не помогают. – Сделаем вот что. Завтра я пришлю в лавку одного из подмастерьев, которые работают в нашей клинописной мастерской. Этот юноша очень наблюдателен и обладает отличной памятью. Он будет находиться в твоей лавке весь день и посмотрит, как ты ведешь дела. Позволяй ему заглядывать всюду, и пусть он вместе с тобой считает выручку. Это честный малый: он не украдет твои деньги и никому, кроме меня, не будет рассказывать, что увидел.

И на следующее утро, едва на базаре начали открываться первые лавки, подмастерье пришел к Шукалу. Он крутился там весь день до самого вечера: то помогал разгружать верблюда, на котором привезли новую партию товара, то раскладывал товар, то просто сидел и смотрел, как Шукал принимает покупателей. К концу дня подмастерье вернулся в Храм и доложил Урук-Сину обо всем, что видел.

– Шукал – хороший торговец, – сообщил подмастерье. – Он выбирает отличный товар, и с покупателями ведет себя как знающий человек, которому можно довериться. Каждому клиенту Шукал подбирает именно тот товар, который нужен, и никогда не пытается сбыть с рук некачественную вещь, которая залежалась в лавке.

– Подсчитал ли ты, на сколько монет продал сегодня товара Шукал? – спросил Урук-Син.

– Подсчитал. Ровно на пятьдесят монет.

– А к концу дня сколько монет осталось в ящике, куда Шукал складывает деньги, вырученные за товар?

– Двадцать пять монет.

– Вот так-так! – изумился Наставник. – Куда же делась половина выручки?

– Лавочник Шукал – очень добрый и безотказный человек, – объяснил подмастерье. – Он может продать товар в долг, никогда не откажет сынишке в паре монет на новую игрушку. А еще я видел, как он дал пять серебряных кругляков своему приятелю, проигравшемуся в кости.

– Шукал дает деньги на игру? – еще больше удивился Урук-Син. – А не знаешь ли, случилось ли это только сегодня, или такое бывало и раньше?

– Бывало и раньше, – уверенно сказал подмастерье. – Давая деньги приятелю, Шукал качал головой и говорил: «Завязал бы ты, приятель, с этим делом. Сколько я буду тебя выручать? Ну бери: знаю, что твои дружки по игре в кости жестко обходятся с теми, кто не платит долги. Но завтра не садись играть, слышишь?»

– И что приятель? – спросил Урук-Син.

– Обещал, что больше не сядет.

– И конечно, назавтра эта история повторится заново, – покачал головой Наставник. – Спасибо, друг, ты хорошо потрудился. Возьми, вот твоя награда за день. – Урук-Син протянул ему мешочек с медью – обычную плату, которую получали подмастерья в клинописной мастерской.