Едва рассвело, Урук-Син пешком отправился в дом Аккада. В этом было преимущество его положения: старший жрец – не дворцовый сановник и не обязан был везде и всюду появляться лишь на коне или верблюде. Служитель богов имел право ходить пешком или ехать в паланкине, как ему заблагорассудится. Тот же Анки много ходил по городу, беседовал с торговцами и лавочниками, заходил в дома уважаемых людей… Вот и Урук-Син пошел в гости к самому богатому человеку в Вавилоне.
Аккад доживал последние дни. И это Урук-Син понял с первого взгляда. Старец и сам не стал отрицать, что ждет смерти.
– Ты пришел за последним советом, Урук-Син, – выговорил он чуть слышным голосом. – И я дам тебе его. На этот раз у нас нет времени на то, чтобы я отправил тебя в мастерскую Ашура или даже к храмовым клинописцам. Прямо здесь и сейчас ты займешься начертанием таблички с мудростью, которую я еще успею тебе передать. Это будет мой последний закон богатой, свободной и счастливой жизни.
– Но, учитель! – воскликнул Урук-Син. – Мудрость, которой ты хочешь со мной поделиться, всего лишь шестая по счету. А ты говорил, что их двенадцать. Значит, ты должен прожить еще несколько лет!
– Остальные секреты ты будешь постигать сам, Урук-Син. Давай не будем терять драгоценные минуты. Сейчас мальчик принесет тебе глину и стило: садись возле меня и пиши.
Урук-Син приготовил всего одну плитку: так наказал ему Аккад. И вот какую пословицу начертал он на свежей глине:
Год за годом ем чеснок, и все время в горле дерет.
– Что скажешь ты об этой истине, ученик мой? – еле дыша, спросил мудрец. – Нужно ли тебе толкование умирающего Аккада или ты уже сам обо всем догадался?
Едва сдерживая слезы, Урук-Син ответил:
– Думаю, учитель, на этот раз я все понял сам. Поговорка говорит, что не стоит заниматься тем, что противно душе.
– Ты прав, ученик мой. – Слабая улыбка заиграла на губах Аккада. – В жизни есть только два пути: путь страданий и путь радости. Путем страданий, путем насилия над собой приходится идти каждому человеку в бедственные моменты жизни. Вдова продает себя в храм, чтобы суметь вырастить детей. Торговец устраивается гребцом на судно, если лавка его сгорит. Ты и сам сменил шелковые одежды на тунику ученика клинописца и выпачкал руки в глине. Потому что тебя заставила это сделать судьба.
– Ни разу я не пожалел об этом, учитель!
– Знаю, знаю… Но не перебивай меня, выслушай последнее слово. Когда тебя заставляет судьба, приходится насиловать свое сердце и идти путем страдания. Но если у тебя есть выбор – всегда выбирай путь радости. Скоро такой выбор у тебя появится. Иди по пути радости: это мое завещание. И еще – возьми табличку с молитвой. Она не последняя из моих молитв. Но новые молитвы отныне ты будешь слагать сам. Ученик мой, я умираю! И в эту последнюю минуту говорю тебе: твоя учеба у меня закончена. Дальше ты будешь учиться у самой жизни. И запомни главное: не держи мою мудрость в себе. Делись с другими людьми теми тайнами, что я открыл тебе. И посвящай их в свои собственные тайны, те, что тебе предстоит постичь самостоятельно.
С этими словами он сделал свой последний вдох и закрыл глаза навсегда.
Так умер Аккад, Самый Богатый Человек в Вавилоне, Мудрец и Наставник Храма Мудрости.
Урук-Син, поняв, что его любимый учитель отошел в мир иной, залился слезами. Старший жрец позвонил в медный колокольчик, вызывая слугу. Тот возник на пороге комнаты мгновенно. На лице слуги не было ни удивления, ни грусти: старый Аккад дал соответствующие наставления всем, кто прислуживал ему. Слуга передал Урук-Сину табличку с молитвой. Старший жрец низко поклонился телу своего дорогого учителя и отправился в храм, чтобы дать распоряжение о почетных похоронах самого богатого человека в Вавилоне.
По пути в храм Урук-Сину пришлось завернуть в сад, где он когда-то снимал жилище у владельца верблюжьих стад. Он был не в силах справиться со своими чувствами: волна горя накрыла его. Урук-Син сел на ступеньку своего старого дома (за найм было уплачено на год вперед, так что в доме никто не жил) и заплакал. Он хотел вытереть слезы и сунул руку в карман за платком. И наткнулся на табличку с молитвой. Урук-Син достал последний дар своего наставника и начал читать.
Сердце мое, ты блуждаешь во мраке, ты полно тревоги и не видишь выхода. Я дам тебе надежду, сердце мое, и эта надежда – в твоей глубине, в сердце духовном. Оно источник жизни и света, и истины, и я ищу его руководства на моем многотрудном пути.
Сердце мое, ты занято тем, что разъедает душу, что лишает ее вдохновения и сил. Труд лишь тогда улучшает мир, когда он приносит радость и смысл. Этот труд стал для тебя бременем, сердце мое, которое ты не можешь больше нести. Сердце мое, ищи тот путь, где ты будешь здорово и радостно, где каждый шаг будет прибавлять сил, а не отнимать их.
Сердце мое, дай мне мудрость понять, какой путь – мой. Оставь дорогу, разрушающую душу. Открой духовные глаза на новые возможности и пути, ведущие к истинному счастью и гармонии. Избавься от страхов и сомнений, укрепи свою веру в то, что каждому предначертан путь света. Оставь дорогу тьмы, иди к источнику творчества и вдохновения.
Будь смиренным, сердце мое, чтобы принимать перемены и не бояться нового. Жизнь постоянно меняется, это ее работа! Перемены могут пугать тебя, сердце мое, потому что ты не знаешь будущего. От этого рождается неуверенность. В такие молитвы обращайся к небесному зову, сердце мое. Слушай духовный зов, следуй за ним и доверяй плану небес. Душа моя, исцелись от разочарований и усталости. Наполнись любовью, благодарностью и надеждой. Пусть жизнь моя станет отражением любви и благодати. Отпусти прошлое и встречай будущее, доверяясь высшему замыслу. В переменах находи новые возможности, научись видеть в них благословение небес. Мудрым будь, о сердце мое, чтобы идти вперед с верой и надеждой.