Есть такая быличка55: ехала семья – муж, жена и маленький ребенок с ними. Захотели они развести костер, а огонь никак не занимается. Жена и так старается, и эдак – ни в какую, не берет огонь ни дрова, ни бересту. Тогда муж рассердился, схватил топор и начал им костровище рубить. И кричит:

– А я все равно в другом месте разведу!

Бросили тут, поехали в другое место, но и там не могут – огонь совсем не разгорается. Легли спать так. На другой день стали костер разводить – и опять никак. Потом ехали, ехали, долго ехали и попали снова на то место, где он огонь рубил. А там сидит женщина в красном платке и плачет. У нее по лицу кровь течет.

– Зачем ты меня так изрубил? – спрашивает. – Теперь ты больше нигде не разведешь огонь, пока не отдашь мне свою дочь.

А дочь у них была совсем маленькая, еще без имени. Жена заплакала, не хочет отдавать, а муж, раз он изрубил огонь, должен был рассчитаться. Поставил он люльку с ребенком на костер, костер сразу и разгорелся. Взяла она к себе девочку.

Жуткая история. Изрубить Огня-Деву – неслыханно! Такую выходку если и можно искупить, то только самым дорогим, конечно.

И это им еще повезло: хорошо, что он, когда костровище рубанул, духов нижнего мира не впустил; от них, небось, вообще не отделались бы. За пятном от костра и очага глаз да глаз. Это, говорят, к Куль-Отыру прямой ход. Лишних костровищ не чини, обходись старыми. А у тех раз огонь не разгорался, видимо, не пошла дыра в нижний мир.

Еще Огня-Дева железа не любит, с металлом у нее сложные отношения. Рассказывают, бывало, полезет жена сдуру ножом в очаг – ну, мало ли, упало что, надо подцепить. По глупости, по забывчивости. Едва кольнет огонь, а уже извиняться, задабривать приходится. Платочек красный поднести, а то и шкурку лисью попросит – Огня-Дева красное любит. Да и вообще, девица капризная. А уж если в глаз ей этим железом ткнешь – насовсем уйдет. Потому на Урале железной кочерги никогда не было.

Если разобидится Огня-Дева, тяжело придется. Огнем делятся неохотно, каждый свой очаг разводит, бережет. А уж если дадут соседям уголек, то взаймы, чтобы вечером назад вернули. И возвращают с поклонами и благодарностями. Хозяйка очаг не должна разбазаривать.

Огонь – женская стихия. Тот, с топором который, зачем сам полез? Не его это дело с огнем разговаривать. Как ему шепот огня расслышать? Вот есть жена, она с очагом и должна беседу вести. Нежно – дрова приготовила, на мелкие щепки их разобрала и в очаг подала. Слушает огонь, взгляд его угадывает, игру его чует – так это делается. А если с огнем не справляется, если очаг развести не умеет – что это за жена такая? Женщина без огня – лягушка холодная.

Об этом тоже есть сказочка56: жила зайчиха в избушке, жила она одна, днем пропадала где-то. Как-то раз приходит домой, а в избушке кто-то маячит. Она испугалась, а дух в избушке и кричит:

– Я тебя зарублю!

Зайчиха плачет день и ночь, вдруг по лесу шуршит кто-то – это лиса бежит навстречу, спрашивает:

– Что плачешь, кто тебя обидел?

– У меня в избу кто-то пришел.

Пошли они вдвоем, а тот снова кричит:

– Я вас топором зарублю и ножом зарежу!

Ушли лиса и заяц в лес, плачут. Идет волк навстречу:

– Что плачете?

– У зайчихи в избе кто-то не пускает. Мы вдвоем пошли, тоже не пускает.

Пошли втроем в дом, опять их дух прогнал. Уже трое плачут. Слышат, кто-то лес ломает – выходит медведь. Рассказали ему, медведь с ними пошел. Дух только успел сказать, мол, топором зарублю, ножом… Как медведь дверь всю изломал.

А там сидит лягушка, у нее деревянный топор и деревянный нож. Вот чем она их и пугала. Так они ее съели.

Зайчихой ведь Калтащ иногда оборачивается57, а Огня-Дева – это ее сестра. И Солнца-Дева, кстати, тоже их сестра родная. Случалось, что Калтащ и сама могла огнем явиться. А лягушка – это без-огня-женщина, привидение. Земли-мать Калтащ все любят-почитают, она всех бережет, детей подает и тепло хранит, ведь где тепло, там обязательно женщина есть, хозяйка. А лягушка холодная между кочек на мертвом болоте одна живет.

Мужчинам порой тоже приходится с огнем управляться, но только в особом деле – на плавке металла. Там женщинам быть нельзя. Но для медного таинства не простой домашний очаг нужен, а долгий постоянный жар. Для него огонь должен быть с самого верхнего неба, от Солнца-Девы – так тогда говорили.

Как горняки-литейщики справляются – поди дознайся с них. И все же на поселениях слыхали, что есть у металлургов покровительница58 – Камня-Пламени-Хозяйка, кузнецы зовут ее Бабушкой. Требовательная; ей дорогие приношения нужны, простым красным платком не отделаешься. А берет она подношения только от самого красивого молодого мастера, который еще женщин не знал. Да и все мастера чистыми быть должны, задолго до плавки женщин не касаться, с нижним миром не якшаться. Иначе не спустится с неба огонь, не разойдется жар, не соблазнится Бабушка.