Возникновение ОУН. ОУН в эмиграции: Е. Коновалец и спецслужбы Германии. ОУН в Польше: Бандера и террор. Убийство Коновальца и раскол ОУН. Идеология ОУН: основные документы. Портрет идеального украинского нациста. Интегральный национализм.

В 1929 году создается менее военизированная и более политическая ОУН (Организация украинских националистов), которую также возглавил Евгений Коновалец. Если проводить исторические аналогии, то УВО виделось штурмовыми отрядами, аналогичными СА, а ОУН – политической партией по типу НСДАП.

«Без сомнения, Донцов воспитал бандеровцев. Во время 1-го сбора (1929) в Вене, на котором и была создана ОУН, видные националисты Юлиан Вассиан, Степан Ленкавский, Степан Охримович заявляли о принятии организацией мировоззрения Донцова. Несколько иная концепция была представлена Дмитрием Андриевским, Дмитрием Демчуком и другими, но она не была принята. Для подтверждения этой мысли автор перефразирует известные слова Владимира Маяковского: “Говорим – Ленин, а на уме – партия; говорим – партия, а на уме – Ленин”. Итак – говорим украинский национализм Дмитрия Донцова, а на уме – идеология ОУН». «Разница только в том, что Дмитрий Донцов никогда не был членом ОУН, зато был он духовным отцом этой организации», – пишет историк Виталий Масловский.

Таким образом, ОУН изначально разделилась на тех, кто находился в эмиграции, вместе с кандидатом в фюреры Коновальцем и его всевластным адъютантом Мельником, и тех, кто действовал в подпольных условиях.

Все пути нацистов вели к Гитлеру, и вскоре после прихода НСДАП к власти руководство ОУН вербуется военной разведкой – абвером. Историк Масловский приводит следующие свидетельства: «Начальник отдела немецкой контрразведки полковник Гемпш достиг письменного соглашения (с теперешним руководителем ОУН – полковником Коновальцем), на основании которого украинская организация получила материальную поддержку, за что передавала отделу контрразведки добытые сведения о польской армии. Впоследствии организация взялась также за подготовку борьбы и диверсионных задач. Регулярная месячная поддержка доходила до 900 марок».

Работа на немецкую разведку изначально была системной – украинские нацисты рассматривались как возможные диверсанты с опорой на местное население. В эти же годы вышли основные труды Донцова и Сциборского, в которых они приносят клятву верности нацизму и фашизму.

«…в конце 1932 года капитан Патциг, Коновалец, Ярый… на специальном совещании достигли соглашения относительно возобновления сотрудничества, обеспечивающего нам вооруженную помощь ОУН в случае войны с Польшей», для чего «…сумма месячных субсидий была назначена… в начале апреля 1933 года… Регулярно выдавали 7000 марок в месяц. Кроме того, бывали отдельные платежи для специальных заданий. Морской флот предоставил несколько тысяч марок для диверсионных целей», – находим мы у Масловского.

Если в эмиграции ОУН действовала как легальная политическая организация, то на территории Польши она очень быстро скатилась к банальному терроризму. В 1934 году взошла звезда Степана Бандеры, участвовавшего в организации убийства главы МВД Польши во время визита во Львов. В целом в начале 1930-х годов по городу Львову прокатилась волна политических убийств и покушений, ответственность за которые на себя взяла ОУН. На своем первом этапе ОУН было сугубо городским, львовским явлением, так же как НСДАП – мюнхенским региональным движением вплоть до путча 1923 года. Вместе с Бандерой на первых ролях выступал менее известный деятель ОУН Николай (Мыкола) Лебедь, вскоре создавший украинский аналог СС – СБ (службу безопасности) ОУН. Наиболее зверские преступления совершала именно СБ ОУН, которая была террористической стаей внутри террористической организации, с целью контроля над автономными бандформированиями.

Дерзкие политические убийства и происхождение (сын священника-униата, капеллана «сечевиков») сделали Степана Бандеру легендарным политзаключенным: польская власть, естественно, посадила его в тюрьму, откуда его освободили нацисты в 1939 году. На фоне популярности практика Бандеры падал авторитет находящихся в эмиграции лидеров ОУН, все больше превращавшихся в мелких марионеток нацистов и теоретиков.

Однако все перевернула смерть Евгения Коновальца от рук советского разведчика Павла Судоплатова. Будучи, как и Донцов, уроженцем Мелитополя, Судоплатов долго внедрялся в ОУН под видом молодого националиста, планировавшего по легенде развертывание широкой диверсионной деятельности в УССР. Долгие годы убийство Коновальца считалось нераскрытым, все подробности появились только в мемуарах самого Судоплатова, вышедших уже в 1990-х годах.

Легендарный советский разведчик так вспоминает политические причины своего задания: «Нам стало известно, что Коновалец лелеял планы захвата Украины в будущей войне. В Берлине Лебедь встречался с полковником Александером, предшественником адмирала Вильгельма Канариса на посту руководителя германской разведслужбы в начале 30-х годов, и узнал от него, что Коновалец дважды виделся с Гитлером, который предложил, чтобы несколько сторонников Коновальца прошли курс обучения в нацистской партийной школе в Лейпциге».

Итак, советская разведка объявила охоту на кандидата в украинские фюреры, для чего была проведена блестящая спецоперация в 1938 году в Роттердаме, когда Судоплатов вручил Коновальцу в подарок бомбу под видом коробки конфет. По иронии судьбы подстрекатель террора и создатель политических банд пал жертвой профессионально организованного теракта. Однако прежде, чем удалось совершить удачное покушение, агент Судоплатов несколько лет входил в доверие к руководству ОУН и общался с ним. Эта спецоперация находилась под контролем на высшем политическом уровне. Павел Судоплатов так описывает свою встречу со Сталиным, после которой было принято решение о ликвидации: «Сталин, кивнув, спросил меня об отношениях между политическими фигурами в украинском эмигрантском движении. Я вкратце описал бесплодные дискуссии между украинскими националистическими политиками по вопросу о том, кому из них какую предстоит сыграть роль в будущем правительстве. Реальную угрозу, однако, представлял Коновалец, поскольку он активно готовился к участию в войне против нас вместе с немцами. Слабость его позиции заключалась в постоянном давлении на него и возглавляемую им организацию со стороны польских властей, которые хотели направить украинское национальное движение в Галиции против Советской Украины». Судоплатов так приводит аргументы Сталина: «Это не акт мести, хотя Коновалец и является агентом германского фашизма. Наша цель – обезглавить движение украинского фашизма накануне войны и заставить этих бандитов уничтожать друг друга в борьбе за власть».

Смерть Коновальца спутала все карты, поскольку нацистская организация требовала фюрера – расчет Сталина оказался верен. Бандера к тому времени стал неформальным авторитетом и политзаключенным № 1, а формальным наследником – ближайший соратник и заместитель Коновальца – Мельник. Именно тогда, в 1938 году, произошел раскол на ОУН(м) и ОУН(б) – соответственно мельниковцев и бандеровцев.

В этом расколе кроется важная манипуляция с историей, которая способствует смещению нормы в массовом сознании. Этим расколом с последующим арестом Бандеры и помещением его в концлагерь объясняется якобы антифашистский характер бандеровцев. Мол, мельниковцы – это коллаборационисты и отпетые гитлеровцы, а вот бандеровцы были одновременно и против коммунистов, и против нацистов. Эта абсурдная с точки зрения истории, но убедительная с точки зрения пропаганды версия служит задачам исторического оправдания классического украинского нацизма до сих пор. В части современной нацификации мы подробно рассмотрим то, как нацифицировалась история в средней школе и вузах.

В целом, начиная с момента убийства Коновальца, вся история ОУН-УПА становится историей локального коллаборационизма, который проявлялся повсюду, куда приходили германские нацисты. Даже на территории РСФСР в нынешней Брянской области была создана русская нацистская Локотская республика. Идеология ОУН сама по себе объясняет, что такое украинский нацизм. Стоит немного разобрать основополагающие документы главного инкубатора украинского нацизма, откуда эта зараза за 80 лет разрослась до размеров СВО.

Идеологемы ОУН, сформулированные в 1930-е годы, сначала являлись основополагающими доктринами подпольного движения, а с 2005 года, когда Бандера и Шухевич стали героями Украины по указу Ющенко, превратились в идеологию государства. Поскольку к созданию идеологии украинского нацизма приложили руку униатские священники, влияние религиозного подхода чувствуется уже в самом главном документе – Декалоге (10 заповедях) украинского националиста.

Итак, в чем же заключаются главные идеологические посылы эталонного украинского нацизма в исполнении ОУН, которая, в свою очередь, опиралась на запутанные и кровожадные мысли Донцова и гиммлеровский расизм Сциборского.

«Десять заповедей украинца-националиста (декалог)

1. Добьешься Украинской Державы или погибнешь в борьбе за нее (поклонение государству. – Авт.).

2. Не позволишь никому запятнать славу и честь твоей Нации (иррационализм и пафос – Авт.).

3. Помни о Великих Днях наших Усилий (псевдоисторизм. – Авт.).

4. Будь горд тем, что Ты наследник борьбы за славу Владимирова тризуба (мистическая псевдонаучность. – Авт.).

5. Отомстишь за смерть Великих Рыцарей (чистки / повседневный геноцид. – Авт.).

6. О деле не говори с кем можно, только с кем нужно (пафосный бандитизм. – Авт.).

7. Не колебайся выполнять самое опасное поручение, если этого потребуют интересы дела (пафосный бандитизм. – Авт.).

8. Безоглядной борьбой воспринимаешь врагов твоей нации (чистки / повседневный геноцид. – Авт.).

9. Ни просьбы, ни угрозы, ни пытки, ни смерть не заставят Тебя предать тайну (пафосный бандитизм. – Авт.).

10. Будешь стремиться к увеличению силы, богатства и территории Украинской Державы (поклонение государству. – Авт.)».

Как можно убедиться, ОУН – это типичное фашистское движение, которое под пафосным стилем изложения содержит вербовку в ОПГ, где под видом политических идеалов предлагают убивать врагов и поклоняться несуществующей украинской державе, являвшейся в тот момент идеалистической фикцией, поскольку существовала Украинская ССР – государство дееспособное и полноценное. Для украинского нацизма идея несуществующей мифической украинской державы – это не просто миф, а центральный идеологический инструмент постоянного геноцида и чисток.

Историк Масловский так воспроизводит очертания этой идеальной державы украинского нацизма: «Устройство Украинского государства основывается на принципах национальности. Нациократия – это власть нации в государстве…

Основные принципы нациократии: национальная солидарность, надклассовость, антипартийность.

Только социально-творческие элементы украинской нации будут… достойными участия в управлении государством.

Во главе государства встанет призванный организованной волей нации Глава Государства – Провiдник (Фюрер, вождь) Нации. Он олицетворяет суверенность и единство нации, стоит во главе ее вооруженной силы и руководит государством через назначенные им и ответственные перед ним органы исполнительной власти.

Существование политических партий будет запрещено законом. Единственной формой политической организации населения государства будет ОУН как основа государственного строя и фактор национальной жизни.

Свое отношение к национальным меньшинствам государство ставит в зависимость от их отношения к освободительным усилиям Украины и ее государственности».

Тут важно следить за руками. Поскольку никакой «державы» в помине нет, то ее базовые функции («надзирать и наказывать», по Мишелю Фуко) пока что выполняет ОУН. Поэтому явочным порядком нацистская организация подменяет собой государство, где власть автоматически принадлежит фюреру – провiднику в украинской версии. Так ОУН превращается в легальную стаю, которая не просто убивает и сеет террор, но и борется за некую украинскую державу, признаков которой ни в чем не наблюдается.

Вот главные черты украинского национализма, выделяемые самими оуновцами.

«Идею украинского национализма характеризуют:

1. Исключительность. Украинский национализм на своих землях признает только украинскую власть. Идею единственно правильную, направляющую…

2. Яркость. Поступаем так, что цели наши ясны и просты, то есть путем революционной борьбы за достижение Украинской власти.

3. Всеобъемлемость. Украинский национализм охватывает целостность и жизнь нации. Ни один участок не безразличен ему… В воспитании национализм охватывает человека всецело, его душу наставляет на потребности нации…

Черты национализма:

1. Догматизм. Это наши неизменные правды, каких никто и никогда не поколеблет…

2. Фанатизм. Это безграничная вера в идею, фанатизм воспламеняет посвященных на борьбу…

3. Иллюзионизм. Представления в образах, которые в действительности не существуют, иллюзионизм побуждает нас на борьбу…

4. Романтизм. Проявляется как фактор.

5. Аморальность. Чрезвычайная преданность какому-то делу и беспощадная борьба с врагами…

6. Творческое насилие. Это нетерпимость против всего, что хочет нашего упадка…

7. Инициативное меньшинство. Инициативу Державы в нации имеет только инициативное меньшинство, а массы – никогда.

8. Гераклизм. Это решимость жертвовать нынешним счастьем за вечное счастье…»

Тут, конечно, авторы ОУН опять манипулируют, так как подмешивают к национализму убийства и насилие, которые в нем по умолчанию не содержатся, поэтому перечисленные идеи и черты правильно считать описанием украинского нацизма, а не национализма.

Давайте представим себе абстрактного человека, наделенного всеми этими чертами. Итак, идеальный украинский нацист – это фанатичный и догматичный романтик-иллюзионист, принадлежащий к аморальному инициативному меньшинству, применяющему творческое насилие(креативные убийства и теракты), и на этом основании считающий себя героем, подобным Гераклу.

Перед нами попытка создать такое же идеальное орудие убийства, человека-хищника, социального людоеда, как и эсэсовец, которого пытались вывести в Германии.

«К кому апеллировал национал-социализм? Прежде всего к людям с ярко выраженным, но ненаправленным стремлением к морали. Привлечь такой тип людей, организовать его в элитарный строй он старался в первую очередь через СС. Кодекс “внутренних ценностей”, беспрерывно проповедовавшийся для членов этого ордена и находивший свое романтическое подкрепление в ночных празднествах при свете факелов, охватывал, по мнению Генриха Гиммлера, верность, честность, послушание, твердость, добропорядочность, бедность и храбрость», для того чтобы «под влиянием таких императивов был воспитан тип бесчувственного экзекутора, требующего от самого себя “холодного, даже каменного поведения”, как написал один из них, и “переставшего ощущать человеческие чувства”. Жесткость по отношению к себе давала ему внутреннее оправдание быть жестким и с другими, а буквально требуемой способности шагать по трупам предшествовало умерщвление собственного “я”», – пишет И. Фест.

Если отбросить в сторону иррациональное поклонение абстрактному идеальному государству и не менее абстрактной нации, то перед нами обычный член ОПГ. В отличие от остальных идеологий, у нацистов нет места для политических дискуссий. Концепция фюрерской власти внешне схожа с большевистским вождизмом, но отличается по сути. Советская модель власти предполагает самоорганизацию общества с помощью советов по горизонтали и управление государством с помощью партии по вертикали. Советы, как и первичные партийные ячейки, – это место для острых дискуссий и конкуренции, где борются за власть партийные секретари. Внешнему наблюдателю борьба за власть в обкомах и райкомах партии казалась возней, но в действительности там разворачивалась серьезная конкуренция и ломались судьбы. У либералов дискуссии переносятся в парламенты, сенаты и прочие законодательные органы. У нацистов они могут разворачиваться только по вопросу, как эффективнее убивать врагов нации и воплощать директивы фюрера.

Для чего же необходимы такие жертвы? Кто главный враг, во имя которого украинцу надо стать аморальным убийцей? В идеологии ОУН все очень просто – Москва и русский народ.

Приведу слова историка Масловского:

«В декабре 1940 г. ОУН-бандеровцев издала “Манифест Организации Украинских Националистов” под предводительством Степана Бандеры».

«Разваливая навсегда ужасную тюрьму народов – Московскую империю, – творим новый справедливый строй и кладем основы нового политического уклада мира…»

«Несем новый строй Восточной Европе и подмосковной Азии…»

«Государства, которые ведут борьбу с Москвой и не относятся враждебно к Украине, трактуем как природных союзников…»

Именно внутренней организацией власти, основанной на совместных убийствах, беспрекословном подчинении, отсутствии дискуссии и обете молчания, ОУН и другие нацистские партии похожи скорее на разветвленную ОПГ, а не на публичную организацию. Можно сказать, что нацистская организация – это ОПГ, мимикрирующая под партию. Если принять во внимание, что идеальный оуновец – это бандит, то неудивительно, что местным фюрером стал террорист и убийца Степан Бандера, а не агент нацистской разведки Андрей Мельник.

Историк Масловский цитирует брошюру ОУН, где объясняется, что принадлежность к этой политической банде не должна вызывать угрызений совести, потому что нацизм – это «естественное» движение: «Таким движением является украинский национализм, у немцев – гитлеризм, в Италии – фашизм. Эти движения являются естественными, потому что они – естественное творение и дар самого народа. Эти все движения похожи между собой, потому что наивысшей целью и идеалом ставят добро их нации».

Итак, украинский интегральный национализм является региональной версией нацизма, который, в свою очередь, является антирусской версией фашизма. Будучи глубоко вторичным, украинский нацизм 1.0 не выдерживает никакой критики, потому что рассчитан на догматическое сознание малообразованного населения под сильным влиянием униатской церкви.

Историк Масловский так объясняет интеллектуальный уровень того идейного шлака, которым засоряют головы уже трем поколениям школьников постУкраины: «Интегральный (“всеобъемлющий”, “всеобщий”) национализм на самом деле не был творением самого Донцова. Вообще все, что было в его трудах, было заимствовано, а вернее, собезьянничано, списано с зарубежных авторов – Шопенгауэра, Ницше, Барреса, Гюйо, Сореля, Морраса, Бергсона, Шпенглера и многих других. Настоящим создателем идеологии интегрального национализма во Франции был Шарль Моррас, выходец из Прованса, одной из отсталых провинций (что и побудило Донцова так часто употреблять термин “провансальство” из уважения к своему идейному мэтру – в украинском языке не нашел подходящего слова)».

Таким образом, оуновский нацизм настолько интеллектуально скудоумен, что читать тексты Донцова здравомыслящий человек с высшим образованием просто не сможет в силу их глубокой вторичности и невнятности.