Да здравствует африканский общественный транспорт – public bus! Из сказки в реальность!

До Кигомы добираться непросто: нужно сделать пересадку в деревне Бванга. Деревня интересная, как и все маленькие африканские деревни, по крайней мере, для меня. Но разгуливать и фотографировать не было времени: быстрый осмотр традиционного дома снаружи и традиционного туалета внутри – и вот я уже в другом автобусе, куда удалось впихнуть свое небольшое тельце и большой рюкзак, словно в Москве в час пик. Но здесь немного по-другому: африканцы вежливые, очень внимательные к мзунгу, они не только поместили мой рюкзак в багажное отделение, но и подвинулись, усадив меня на табурет сзади водителя. Место в автобусе найдется всем!

Вот так и ехала, скрючившись и поджав ноги под себя. Несмотря на то что автобус иногда подпрыгивал, табурет со мной не сдвигался, потому что сзади и спереди, как, впрочем, и с других сторон, был тесно утрамбован народ и сумки и тюки, поэтому не могло мое вип-сиденье перемещаться ни само собой, ни по желанию кого бы то ни было. Ноги вытянуть невозможно: некуда. Надо ждать остановки, чтобы выйти и размять то, что затекло. Я впадаю в бессознательное состояние, стараясь не обращать ни на что внимания, но это не всегда удается. Люди выходят на своих остановках, вытаскивая из-под моего табурета свой багаж, затем заходят новые люди. Около меня на полу мальчик прогрызает бутылку с оранжевой жидкостью типа фанты. Хорошо, что я в ботинках. Они наконец высохли! Немного жарко, зато ноги после поездки будут целы – ведь по ним часто ходят, как, впрочем, и по сумкам.

Наконец остановка! Я вышла размять ночи и вдохнуть свежего прохладного (по африканским меркам) воздуха. Там же удалось купить всего за 500 танзанийских шиллингов связку маленьких бананов и кока-колу на обед. Суахили понимаю. Английский напрочь забыт.

Перекусив, пробралась по ногам и сумкам к своему табурету и поехала дальше. Становилось жарко…

На следующей остановке я вывалилась из автобуса почти без чувств и долго сидела на скамейке с отсутствующим видом, пытаясь прийти в себя. Африканцы, видя, что мне очень плохо, не подходили ко мне и не приставали с расспросами.

Имейте в виду, если вдруг захотите повторить эту часть маршрута, то вы рискуете «выпасть» из вашего путешествия на пару дней. Автобус едет полный день, и придется сидеть непонятно на чем, а вернее – на чем получится… Может быть, даже на полу, если табурета не найдется.

Когда народ частично вышел, я поняла причину своего ужасного самочувствия – перегрев, потому что табурет стоял над двигателем автобуса. Я ушла со своего места, встала в проходе и ехала несколько часов стоя, несмотря на уговоры африканцев сесть на свободное сиденье. Мне было легче переносить тряску и духоту, стоя на ногах…

Вечер. Я в отеле… В полубессознательном состоянии после этого автобуса, ноги не ходят, а рюкзаки стали цвета африканской земли и воняют машинным маслом. Лежу на кровати и нет желания вообще двигаться. А вещи надо стирать. Все вещи… ботинки и рюкзаки…

Утро. Прихожу в себя. Вчера ночью с температурой и головной болью постирала вещи… Опять у меня аллергия на африканскую пыль и болит поясница от табурета. Пойду откашливаться… Поет муэдзин… словно сквозь сон… Аллах акбар… Значит я еще жива. А если жива, то все хорошо. Что это – аллергия или инфекция… не важно уже… А что было? Целый день в африканском автобусе.

День. Деньги катастрофически кончаются, несмотря на то, что отель стоит всего 20 тысяч танзанийских шиллингов за комнату, на еде экономлю, почти не пью пива, коньяги и мартини, а по городам и деревням хожу пешком. Я всё еще жива, несмотря на то, что в Кигому ехала почти в двигателе, перегрелась и наглоталась пыли – вычищать ее придется неделю. Как минимум.

Хорошо помню, как вчера в автобусе в полуобморочном состоянии, что часто бывает со мной в жаркое время года (а на экваторе оно всегда такое), я пыталась наблюдать за людьми вокруг. Сначала в автобусе ехал парень в погонах и с автоматом, потом его сменил парень в джинсах и бронежилете, тоже с автоматом. Потом солдат стало побольше. Народ уступал им места рядом с водителем – на переднем сиденье. Возможно, это охрана: рядом граница с Конго. А оттуда прибывает много беженцев, мигрантов и просто нелегалов.

Город Кигома – достаточно большой город, имею в виду, большой для Восточной Африки. Расположен на красивом чистом озере Танганьика, где можно искупаться, но, чтобы попасть на все хорошие пляжи, нужно заплатить шиллинги.

А сначала необходимо позаботиться о билетах, чтобы забронировать хорошие места и вовремя уехать обратно, до столицы Танзании – Додомы. Этот город хоть и намного меньше, чем Дар-эс-Салаам или Мванза, но все же столица, поэтому заехать хочется. Просто посмотреть. Я себя еще очень плохо чувствовала после автобуса, поэтому не выбирала, каким транспортом отправиться дальше и пошла на железнодорожный вокзал.

Вокзал в городе Кигома

Я не удивилась, узнав, что с билетами небольшие проблемы. Во-первых, оказалось, что первого и второго класса нет, только третий с сидячими местами, а во-вторых, ехать предполагалось 24 часа. Это как минимум. После попыток убедить непонятно в чем персонал вокзала, они все ж согласились продать билеты в купе, предназначенное для «своих людей», если будут свободные места, и попросили прийти в воскресение. Что ж, если не будет таких билетов – мне придется ехать сидя, но все равно это лучше, чем автобус, – пыли меньше.

Я с ужасом вспомнила поезд «Тазара», но персонал вокзала уверил меня, что здесь, в Кигоме, поезд комфортнее, и сколько мест – столько билетов, а сколько билетов – столько мест, поэтому давка и толпа, а также вход-выход через окно исключены. Сколько стоит купе для персонала – не знаю.

После вокзала я прогулялась по городу, вдоль озера. А к вечеру у меня опять начались симптомы вчерашней болезни – перегрева и аллергии. А может быть, это был африканский вирус, например малярия. Профилактические таблетки помогают не во всех случаях, поэтому у меня было с собой средство для лечения этой болезни, купленное недавно в аптеке Дар-эс-Салаама. Это если совсем поплохеет. Но хорошо, что не пригодилось.

Вернувшись в свой шикарный отель в виде домиков, расположенных на террасах холма, я убедилась, что рюкзаки, ботинки и одежда сушатся, и рано легла спать. Завтрак из тостов с джемом и чай был включен. Молотый кофе я так и не нашла нигде в городе, поэтому вечером просто купила начатую банку растворимого кофе у персонала отеля – чтобы лучше уснуть. И начиная с этого момента за завтраком в ресторане отеля всегда был только чай, а кофе был на столе у меня в комнате. После завтрака.

Меню ресторана висело на моей двери и состояло в разных вариациях из курицы, мяса и рыбы, как гарнир предлагался рис, жареная картошка и угали, был также суп из курицы – просто бульон. За ужином в первый день пребывания в Кигоме я поняла, что курица мне уже опротивела и я с радостью наблюдала, как ее доедает кошка у меня на балконе. После этого я упала и уснула, утомленная неизвестной болезнью, персоналом вокзала и длительными прогулками вдоль озера Танганьика от отеля к отелю, от пляжа к пляжу.

Несмотря на мое неважное самочувствие, первый день был насыщен событиями. Было разведано о двух отелях на побережье. Самый крутой находится на холме и охраняется забором, током и охранниками. Газоны подстригаются челюстями пяти зебр, вечером сюда прибегают с соседнего отеля обезьянки, а от ресепшена до ресторана можно доехать на бесплатной спецмашине с водителем. На этой машине меня прокатили до ресторана, где я выпила кофе – настоящий! – даже что-то поела, наверное, салат. Не помню, что именно. Точно не чипси маяи.

Владельцы отеля, судя по всему, люди из ЮАР. Кстати, к зебре близко лучше не подходить – лягнет, мало не покажется. Если зебра все же пытается напасть и угрожает копытами, надо взять с земли камень и… то ли бросить его в зебру, то ли ударить по голове – такое, видимо, прокатывает со всеми животными. Таков совет от персонала отеля. Хотя я не представляю, как это можно проделать с таким большим и быстрым животным. И еще один совет. Если вы убегаете от зебры и она вас догоняет, то нужно спрятаться за ближайшее дерево и не двигаться, притворившись частью его ствола.

После кофе я почувствовала себя чуть лучше и смогла собрать остаток сил, чтобы пойти в следующий отель, попроще, который находится дальше от города, представляет собой бунгало и кемпинг. Если первый отель – для тех, кто хочет чувствовать себя где угодно, но только не в Африке, то второй отель – для тех, кто ищет уединения, тишины и близости с природой. Такси быстро доставит туристов, проехав огромное расстояние от центра города до лесов, где много диких обезьян. Но интереснее дойти пешком, не спеша, отвлекаясь на осмотр деревень и фотографирование местного населения. Опять дети бежали следом, проявляя живой интерес к мзунгу. А я опять дала им свой фотоаппарат, чтобы они фотографировали сами себя. Наигравшись в фотографа, дети отстали на окраине деревни. Начинался лес. Среди леса и был кемпинг, а дальше, на берегу озера – отель с бунгало. Пляж для гостей, которые не живут в отеле, платный, но если купаться не на песочке, а за скалой, то есть за камнями, где нет песка, то деньги платить не надо. Так объяснил персонал отеля.

Дети на озере Танганьика

Обратно в центр я добиралась на маршрутке. Как и в Дар-эс-Салааме, даладала по городу стоит 300 танзанийских шиллингов (на тот момент средний курс доллара: 1 доллар США = 1580 танзанийских шиллингов). Как и в Букобе, в моем отеле по вечерам живая африканская музыка – то вечеринка у кого-то, то свадьба. И так до полуночи. Но меня радует не только громкая музыка по вечерам, но и пение муэдзина по утрам – чувствую себя все еще живой, несмотря на высокую температуру (моего тела, я имею в виду, а не окружающего воздуха).

Планы на ближайшие дни в Кигоме очевидны: исследовать окрестности. На второй день – другой конец города, другой берег озера, а на третий – соседний большой город со странным названием – Уджиджи. Он появился раньше Кигомы и был одним из центров работорговли. Рабов привозили из Конго и отправляли в страны Востока и побережья Индийского океана.

Утром я еле пришла в себя, но вспомнила, что осталась лишь неделя до конца путешествия по следам доктора Ливингстона. Два дня уйдет на переезд из одного конца страны в другой – с запада на восток.

И вот я иду пешком в другой конец города, по берегу, где нет дорогих отелей, в которых забываешь, что ты находишься в бедной Африке, и воображаешь, что гуляешь где-то на Гавайях. В другом конце Кигомы совсем другая жизнь: женщины стирают одежду, мужчины разгружают что-то в порту. Вдоль озера тянутся хижины рыбаков, разноцветные лодки, а детишки, побросав свои развлечения на берегу, устремляются за мзунгу, не давая отдыха белым ушам. «Мзунгу, мзунгу, гив ми ма-а-а-ни».

Тем, кто хочет нормального отыха в Кигоме, турагенства предлагают увлекательную поездку в национальный парк Гомбе понаблюдать за самыми умными обезьянами – шимпанзе. Если заказывать тур в отеле, то стоит такое удовольствие всего 300 долларов США, и наверняка это вместе с платой за вход (100 долларов США на человека).

Если кто не хочет наблюдать своих «предков», те могут пообщаться с современным населением Африки – homo sapiens. Люди в порту загружают и выгружают ящики. Сюда приезжает народ из Конго, наверное, и беженцы тоже. Что здесь происходит ночью, представить трудно, а узнавать лично и наверняка – не очень хочется.

За деревней через холм (всего час пути) какие-то площадки для домов, какие-то фундаменты… А если спуститься по крутой тропинке вниз, то там пляж еще не обустроен какими-нибудь предпринимателями. Камни вместо песка, но купаться можно. Вода в Танганьике чистая, для страховки можно в бутыль кинуть спецтаблетку – и можно пить. Пока шла по деревне и обратно с пляжа, дети вслед мне без продыху кричали: «мзунгу, мзунгу, пига пикча, на мими». В переводе означает примерно: белый, сфоткай и меня тоже… Шум, гам, вопли, изредка из-за угла: «гив ми мани». Жара, солнце… Хорошо, что кока-колу привозят на лодках и продают… Холодную. Можно постараться не обращать внимания, а если ответить: «миуси», то есть «черный», поднимется хохот и обсуждение этого факта на суахили. Это веселит танзанийцев, а почему именно – не ясно.

Озеро Танганьика

В деревне есть кинозал, наверное, как и в Азии, кто-то купил плоский телевизор и показывает народу футбол. «Арсенал» и «Риал Мадрид», а также африканские футбольные команды, наверное, в записи. А может быть, спутниковое телевидение. К сожалению, не удалось сходить ни на один показ. На стене дома даже программа передач написана мелом.

На обратном пути я случайно забрела на рынок и, купив помидоров для украшения скромного ужина в отеле, повернула к дороге, но, присмотрев себе маленькие манго, которые лежали на столе в виде нескольких пирамид, спросила цену. Женщина ответила что-то странное. Я попыталась уточнить: за одну штуку или за килограмм, но не поняла ее ответ (африканский вирус завладел моим мозгом!). Тогда я просто протянула ей требуемую мелкую купюру. Она осторожно уложила манго в огромный пакет. Я ее поблагодарила и ушла. Каково было мое удивление, когда она догнала меня и сунула в руку сдачу, которой хватило бы еще на один такой же пакетище манго. Так что она назвала мне цену не за штуку, не за килограмм, а за целую пирамиду чудесных сладких плодов!

Я не могла тащить на себе несколько килограммов манго. Неизвестная африканская болезнь отнимала последние силы. Меня лихорадило, а глаза гноились… Обратно из деревни в город решила ехать на такси, потому что даладала отправляется, только когда полностью заполнится под завязку. Если будете в Африке (разве что кроме арабских стран), никогда не садитесь в раздолбанную машину, так как в противном случае рискуете за свои же деньги задохнуться. Все выхлопы вместе с вонью бензина и масла валили в салон – стёкла, естественно, на заднем сиденье не опускались. Водитель решил схитрить и сказал, что те деньги, которые он попросил, – это за довоз до развилки, а если дальше в город – то нужно заплатить ему столько же. Я не стала спорить. Счастьем было выйти на полпути и доползти к отелю с тяжелым пакетом. Потому что в машине у меня было чувство, что я уже почти умерла.

В полубреду я заказала ужин, надеясь обрести вместе с пищей силы, и отключилась. Комары ночью, как обычно, пробрались через москитную сетку, но я не обратила на них внимания, находясь почти без сознания, забыв помазаться противомоскитным кремом местного производства. Поэтому ночью маленькие вампирчики опять попили моей кровушки.