Автобус из Иринги в самый крупный город Танзании шел восемь часов. В окно был виден национальный парк Микуми с африканскими животными и остатками обеда семейства кошачьих – скорей всего львов. Невозмутимые зебры жевали траву, а медлительные жирафы – листву с колючих кустов акации, не обращая внимания на автобус. Осторожные антилопы испуганно поднимали голову и смотрели в сторону дороги. Фотографировать было трудно – автобус ехал очень быстро.

В Микуми хорошо съездить на выходные – тем, у кого очень мало времени для знакомства с Танзанией. Здесь есть и слоны, и буйволы, и носороги, и даже гепарды и львы – короли саванны. Как я убедилась позже, кроме времени и денег необходима большая удача, чтобы встретить в национальном парке некоторых животных: они уходят далеко от туристических троп или прячутся, но не от людей, а от жаркого солнца.

В окне мелькала саванна, буйволы, жирафы, зебры – такая своеобразная ненавязчивая реклама для парка Микуми. Серенгети и Нгоронгоро далеко, а животные – вот они все, рядом. Почему бы не съездить, несмотря на то, что Микуми рекомендуют посещать в сухой сезон – с марта по ноябрь?

Саванна

Около Дар-эс-Салаама несколько национальных парков, и каждый из них уникален по-своему. Но я решила отложить сафари до приезда моих друзей, которые скоро должны были прилететь – к новогодней ночи.

Саванна сменилась деревней, затем поля постепенно превратились в город. Джамбо, прекрасный солнечный Дар-эс-Салаам! Карибу!

Сначала нужно было купить билеты в город Килва Масока. Это место на берегу океана, рядом с руинами крепости, сохранившейся со времен арабского завоевания. Я приехала как раз на тот автовокзал, откуда отходили автобусы на побережье.

Увидев мзунгу, местные парни просто проходу не давали – то носильщик с тележкой домогался багажа, то таксист хотел куда-то подвезти по московским ценам, то еще какой-то пьяный народ… Один парень пристал и спрашивал, не американка ли я (странный вопрос!). Но, увидев, что по-английски я говорю не лучше его, а по суахили даже хуже, отстал было на минуту, но пристал снова. Видимо, за отсутствием в поле его зрения американок, я тоже вызывала интерес. Я спросила по-суахили, чего он хочет. Он ответил, что поговорить немного. Волшебное слово «полиция» на этот раз не подействовало. Он начал выносить мне мозг о политике, в частности, о Каддафи. Тут мне вспомнились календари странной направленности – с портретами Каддафи и Бен Ладена – такой календарь был в тот момент в моем рюкзаке. Я сказала, что знаю о Каддафи. С осторожностью молчу о моем отношении к той войне – как впрочем, к войнам вообще.

А на голове у подвыпившего парня арафатка – клетчатый бело-черный арабский платок. И он все рассказывал и рассказывал по-английски уже, что, мол, был Каддафи – не было проблем. И снова спросил, не американка ли я. Я сказала, что русская – то есть уруси. Он обрадовался и добавил: если американка, мол, даже не смей подходить ко мне и не дотрагивайся. Я сказала, что о’кей, но я не американка. Типа знаю о войне, что типа все плохо там стало, как впрочем, любая война приносит людям только несчастье, и тому подобное. Парень сменил гнев на милость, даже познакомил со своей сестрой и маленьким племянником.

Какое дело танзанийцу до вооруженных конфликтов в другой стране?

Слушать его было интересно, ведь парень знал английский, хотя и , то есть минимум. Скудный, и в то же время очень содержательный монолог о войне он дополнял красноречивыми жестами и эмоциональной мимикой. Однако время поджимало, надо было найти, где покушать и провести ночь. кидого сана

Автобус в Килву отправлялся утром с этого же автовокзала, поэтому ехать в центр не было смысла. Гестхаус надо искать поблизости.

Словно угадав мои мысли, подошел танзаниец и предложил помочь, конечно же, за деньги, но ему удалось выпросить тысячу шиллингов, хотя вначале хотел в пять раз больше. Для сравнения, скажу, что 200 мл коньяги (танзанийской водки) стоят две тысячи шиллингов. А тысячи тому парню даже на чипси маяи не хватит. Только на пиво. Или только на порцию жареной картошки, без яичницы.

«Так за что же парень выпрашивал деньги?» – спросите вы. За то, что показал гестхаус около автовокзала. И ресторан тоже.

Путеводители вообще такие районы не рекомендуют, а вернее, настойчиво убеждают мзунгу не появляться там после наступления темноты. Но мне интересно, как живут жители окраин мегаполиса после заката.

Итак, темный ресторан-бар. Посетители этого заведения никогда не видели здесь электричество. На столах свечи. Все пьют пиво. А может быть, что и покрепче. Английский никто не понимает, да и вряд ли здесь звучала когда-либо английская речь, как и любая другая, кроме суахили.

Приходит официант. Он нисколько не удивился, увидев за столиком мзунгу. Хотя, честно признаться, в темноте я не могла заметить ярко выраженных эмоций. Официант останавливается около меня. Я уже знаю названия многих блюд, и не только чипси маяи. Я не прошу меню, я просто заказываю ужин.

И вот принесли чипси куку, то есть жареную картошку с курицей – шикарный ужин. Конечно же, свечи на столик мзунгу поставить не потрудились. А я не попросила – не знаю как по-суахили «свечи» или «свет». А танзанийцам и без света прекрасно видно белую кожу мзунгу. Но мне было неясно, кто сидит за соседними столиками и что принесли мне на стол, поэтому я предусмотрительно захватила фонарик. Я вообще стараюсь фонарик всегда носить с собой – кто знает, где и в какое время суток мне понадобится свет. Я осветила тарелку: действительно, принесли то, что я заказала. Чипси куку. Не чипси маяи.

Хорошо покушав, запив это пивом, я расплатилась отдельно за еду, отдельно за пиво (так часто принято в Танзании, да и во многих мусульманских странах тоже, что за еду и выпивку отвечают разные продавцы) и отправилась спать – в то место, где никогда (я в этом уверена) не останавливались белые, да и азиаты тоже… навряд ли.

Утром еще до восхода я покинула гестхаус, проползла мимо закрытого ресторана в сторону автовокзала, через мрачные переулки и подворотни, в которых путеводитель не рекомендует появляться никому. Тем более мзунгу.

А метрах в двухстах чернел силуэт дорогого отеля…

В автобусе оказалось, что купленный за 25 тысяч шиллингов в офисе автобусной компании билет стоит 18 тысяч шиллингов – такая сумма написана на билете. Мало того – еще требовали заплатить за багаж 4 тысячи шиллингов. Это было возмутительно! Волшебное слово «полиция» сначала подействовало. Автобус поехал, и про конфликт как будто забыли. «Главное увезти мзунгу. Подальше от полиции», – наверное, думал водитель.

Ох, зря туристы не любят африканские автобусы. Европейцы готовы арендовать машину, иногда даже с водителем, лишь бы не переживать за себя и свой багаж. Не буду отрицать, что воры – обычное дело для Танзании, но с попытками воровства я сталкивалась только на рынках да в одном отеле около национального парка (там уборщица особенно тщательно убралась, как будто что-то целенаправленно искала, и если любопытный читатель хочет узнать, что же пропало из моих вещей, скажу: пачка с несколькими пакетиками чая для желудка – желудочно-кишечный сбор, купленный в московской аптеке).

Однако автобусы в Танзании нормальные. И дороги тоже. Это как правило. Но иногда бывают исключения, правда, очень редко. Мне посчастливилось быть свидетелем этого невероятного случая! Вы не поверите! Да и я тоже с трудом верю! Вообще, думаю, Африка может конкурировать с Индией за право обладания эпитетами – «невероятная» и «непредсказуемая».

Дорогу южнее Дар-эс-Салаама размыло, и не просто размыло, а почти уничтожило стихийное погодное явление, называемое здесь сезоном коротких дождей.

Автобус трясло, наклоняло, людей подбрасывало иногда до потолка. И увязший в грязи автобус тоже встретился по дороге – совсем как на просторах моей необъятной родины. Может быть, поэтому на туристических сайтах пишут, что общественные автобусы опасны и рекомендуют пользоваться транспортом класса lux и vip? Но, несмотря на пессимистические прогнозы европейских, американских и австралийских путеводителей, наш автобус доехал без приключений до развилки, где через несколько минут появилось такси – учуяв мзунгу. А может быть, таксисты всегда там ловят народ, съезжающий с основной трассы. Всего 2 тысячи шиллингов – и я в центре города Килва Масока.