Увидев Айхылу, понял Шульген, что див коварно его обманул. Испугался он, что Айхылу может его выдать, заметался, не зная, что делать. Тогда и сказал он, что див и его заточил в подземелье, да только Шульген от него убежал.

Заподозрила неладное Хумай, ведь она помниала, что Шульген пришел вместе с Заркумом по доброй воле. Пошла она в подземелье к Заркуму, расспросить его.

Увидел это Шульген, перепугался насмерть. Боялся он, что теперь и Заркум расскажет о том, что Шульген предал Урала. Охваченный страхом, отправился он к брату и стал просить его отдать волшебный посох падишаха Азраки.

– Я тоже хочу прославиться, – твердил он, как безумный. – Тебя все знают, а надо мной все смеются.

Жалко стало Уралу своего несчастного брата, пробовал он уговорить Шульгена остановиться, предлагал вместе пойти, но Шульген не слушал его, знай твердил свое. И тогда Урал-батыр отдал ему волшебный посох падишаха.

Исказила лицо Шульгена безумная радость, выбежал он прочь из дворца. В стороне от людей, в чистом поле он ударил посохом о землю и скрылся из глаз.

В ту минуту земля расступилась, из недр ее хлынул мощный поток, во мгновение ока затопивший всю округу.

Пришла вода и в подземелье, в котором томился Заркум, куда пришла расспросить его Хумай. Сбил Хумай с ног могучий поток подземных вод, а Заркум, сразу смекнув, что кто-то привел в действие посох, превратился в огромную рыбу и проглотил ее.

Вся земля погрузилась во тьму, случилось тогда затмение, потому что само Солнце перестало светить, потеряв свою дочь – Хумай, и люди с ужасом поняли, что они лишились не только земли под ногами, но и света и тепла. Крик вырвался из их груди, но крик этот был заглушен могучим топотом копыт – то был Акбузат!

Заслонил он дорогу потоку, бросился в него. Зашипела вода, преградил Акбузат путь Заркуму. Желая спастись во чтобы то ни стало, выпустил Заркум из своей пасти Хумай, превратился в водяную крысу и с потоками уплыл далеко в море, подальше от грозных копыт Акбузата.

А великий конь бережно доставил Хумай во дворец. Очнувшись, она тут же позвала Урала и рассказала ему все, что узнала от Заркума.

– Мой брат оказался врагом, – только и сказал Урал. На сердце у него была печаль.

Высох бушующий поток, не хватило у него сил противостоять Акбузату, вновь появилось на небе солнце, ведь Хумай была спасена.