После отстранения от боевых действий Гота и Гудериана, Гитлер решил сделать ставку на энергичных и преданных делу нации генералов. Командующим группы «Север» был назначен генерал-полковник Клейст, который умел буквально прогрызать оборону противника и достигать победы.

  Пост командующего южной группы войск получил Эрнст Роммель, имевший удачный опыт войны с противником в условиях пустыни, за что получил прозвище «Лев пустыни». Ещё одним важным плюсом среди прочих достоинств генерала было умение одерживать победы над противником, имевшим численное превосходство.

  Командиром горного корпуса под условным обозначением «Кабул» Гитлер утвердил генерал-лейтенанта Фердинанда Шернера. Герой прорыва греческой оборонительной «линии Метаксаса» был известен как жесткий и требовательный к подчиненным командир, готовый пойти на многое ради выполнения полученного приказа.

  Что касалось командующего соединением «Ормуз» то оно временно было вакантным. Планировавшийся на это место полковник Вальс погиб в авиационной катастрофе и фюрер пока не определился с заменой.

  Таковы были планы германского командования, которые ещё только предстояло осуществить к моменту получения кодового сигнала «Матильда», тогда как реальные действия по борьбе с англичанами уверенно набирали обороты.

  Первым таким шагом было объявление «тотальной войны на море» с целью установления полной экономической блокады Великобритании. Об этом доктор Геббельс торжественно объявил, выступая в Королевской опере, в преддверии очередной годовщины Пивного путча.

 - Британские плутократы считают, что их географическое положение способно спасти их от разящего удара германских вооруженных сил, но они жестоко заблуждаются. Славные солдаты немецкого народа и его фюрера действительно не умеют ходить по морю как по суше, однако в этом нет такой необходимости. Наши славные подводники способны полностью перекрыть все морские пути снабжения Британии. Ни один корабль, ни один транспорт не смогут прорваться через заслон из наших подлодок, в результате чего в Англии скоро начнется настоящий голод.

  Продовольственные запасы британской империи находятся в плачевном состоянии. С первого октября кабинет министров пошел на урезание продовольственного пайка выдаваемого населению. Посмотрим, насколько хватит сил и терпения господина Черчилля, когда военно-морской флот рейха начнет действовать во всю свою силу!?

  Для выполнения приказа фюрера командующий подводными силами адмирал Денниц бросил все свои лучшие экипажи. Из них были сформированы специальные команды – «волчьи стаи», которые должны были плотным кольцом охватить Британию.

  Самый мощный заслон был поставлен на юго-западном направлении между полуостровом Бретань и Ирландией. Именно там шел основной поток судов из британских колоний в метрополию. Другой заслон был создан на северо-западном направлении между Ирландией и Гебридскими островами, и должен был нарушить поставки, идущие по «ленд-лизу» из Америки.

  Третий, самый малочисленный заслон контролировал часть акватории между Оркнейскими островами и норвежским портом Берге. Он закрывал северо-восточное направление вместе с пока ещё независимой Исландией.

  Появление на океанских просторах «волчьих стай» не замедлило сказаться на потерях королевского торгового флота. За первую неделю подопечных адмирала Денница было уничтожено двадцать три корабля везших в Англию продовольствие, сырье и вооружение. При этом топились все корабли, плывущие в британские порты независимо от флага, под которым они шли.

  Другой радостной вестью для Гитлера был доклад рейхмаршала Геринга об увеличении числа боевых самолетов в районе побережья Ла-Манша. Пользуясь тем, что нет активных военных действий на советско-германской границе и завершением боевых действий на Ближнем Востоке и Африке, Геринг начал переброску части истребителей и бомбардировщиков в Германию и северную Францию. Это позволяло укрепить ПВО Западной Германии, в частности Рура, где находились главные производственные заводы страны, и усилить защиту столицы. Британские бомбежки во время переговоров с Мацуока сильно действовали на нервы фюрера, отвыкшего в тиши Вольфшанце от завывания воздушных сирен.

  Вместе с этим, с авиационных заводов рейха сходили новые самолеты, пополняющие ряды Люфтваффе. Докладывая фюреру, Толстый Герман пафосно заявил, что если дело пойдет так и дальше, то в апреле следующего года можно буде возобновить массированные воздушные удары по Англии, как это было летом сорокового года.

  Также, откровенно порадовал Гитлера министр вооружения Шпеер.  Мало кому известный молодой архитектор, взялся за порученное ему дело с необычайной прытью и энергией. В начале ноября он сообщил фюреру, что начата модернизация штурмового орудия Штуг III, а также средних немецких танков Т-III, Т – IV.

  Лобовая броня штурмового орудия увеличена до 80 мм, а вместо короткоствольной 74 мм пушки, устанавливается длинноствольное орудие того же калибра с большей начальной скоростью снаряда. Что касается танков, то третий тип получил увеличение брони до 50 мм и длинноствольную танковую 50 мм пушку, четвертому предполагалось увеличить лобовую броню до 80 мм и оснастить длинноствольной 75 мм пушкой.

  Одновременно танковым фирман был передан заказ на создание нового среднего танка, нового тяжелого танка и истребителя танков. Все это было направлено для создания могучего меча против «сталинского зверинца», чей вид привел в шок и трепет полковника Кребса и заставил отменить вторжение в Россию.

  Но не только перевооружению танковых сил рейха, был посвящен доклад Шпеера. Верно ухватив идею тотальной войны на море, он настоял на временной заморозке постройки любимых игрушек фюрера линкоров и тяжелых крейсеров, чтобы увеличить число подводных лодок необходимых для блокады Британии.

  Учитывая, что фюрер слыл ретроградом в вопросах флота подобное решение можно назвать прорывным и снять шляпу перед Альбертом Шпеером, который смотрел дальше и глубже своего предшественника. Неизвестно как, к каким убеждениям и фактам он прибег, но министер сумел убедить Гитлера в необходимости скорейшей достройке немецкого авианосца «Цепеллин» и начало строительство второго «Штрассера».

  Но и это было не его все в программе. Сумев найти лазейку в уже утвержденном Четырехлетнем плане развития, Шпеер настоял на начале строительства самолета-снаряда, с помощью которого можно было бы производить бомбежку Лондона. Благо нужные разработки этого вида оружия уже имелись.

 - Учтите, господин министр, - это под вашу личную ответственность. Если через год окажется, что это химера, а не оружие, вы возвратите все деньги отпущенные на этот проект. Лично, вы и до последнего пфеннига – пригрозил Гитлер министру, подписывая приготовленный им документ.

  Однако самым действенным и важным шагом в начале ноября – было удаление «Гибралтарской занозы». После падения Мальты и ухода британского флота из Александрии Гибралтар потерял свое прежнее стратегическое значение, однако по-прежнему оставался важным элементом британской обороны. Контролируя выход из Средиземного моря, находившиеся в Гибралтаре английские корабли, не позволяли итальянскому флоту выйти на просторы Атлантики и принять участие в блокаде Британии.

  Кроме этого Гитлер прекрасно осознавал символическое значение Гибралтара для англичан и как сильно подорвет их боевой настрой известие о его падении.

 - Мы захватили Джерси, заняли Мальту, теперь на очереди Гибралтар, после падения которого, никто не посмеет отрицать, что часть Британии находится под нашим контролем – заявил фюрер, давая добро на проведение операции «Гиперион».

  Состав группы «Н», что сторожила «гибралтарский замок» был весьма внушителен. В неё входило: два авианосца «Формидебл» и «Фьюриос», линкор «Вэлиент», легкие крейсера «Орион», «Перт», «Глостер», «Аякс» и эсминцы «Джуно», «Ягуар», «Дэфендер» под командованием адмирала Уиппела. Сбить его было очень и очень непросто. Итальянский флот после его избиения в Таранто боялся высунуть нос, а немецкий фюрер держал в гавани на самый крайней случай, предпочитая действовать субмаринами.

  Выкуривание англичан из «Скалы» было поручено авиации. По приказу Геринга была создана специальная воздушная группа «Африка» под общим командованием генерала Рихтгофена. В её состав входили истребители и пикирующие бомбардировщики Ю-87 с самыми лучшими пилотами рейха. Кроме них в состав группы входила эскадрилья бомбардировщиков «Дорнье 17», но у неё была особая миссия. Именно она начала боевые действия против британского флота и как оказалось весьма удачно.

  В ночь с 7 на 8 ноября она вылетела из французского Орана, держа боевой курс на Гибралтар. Подобная щепетильность была вызвана позицией каудильо Франко, который продолжал придерживаться нейтралитета в борьбе великих держав. Не желая ссориться с испанским союзником, Гитлер приказал действовать с территории подвластной правительству Виши, с которым немцы не были столь щепетильны.

  Налет бомбардировщиков был очень удачным и оказал влияние не только на дальнейшие военные действия, но и на политику. На минах сброшенных немцами первыми подорвались крейсер «Перт» и авианосец «Фьюриос». От мощного удара несчастный «Перт» переломился пополам и затонул со всем своим экипажем в шестьсот человек.

  Бывший линейный крейсер, получив пробоину в носовой части корпуса, сумел удержаться наплаву, но возникший крен делал взлет самолетов с его палубы невозможным. Из-за быстро нарастающего крена, в море упало два самолета находившиеся в этот момент ближе всех к месту подрыва.

  Внезапный мощный взрыв вызвал панику среди членов экипажа. Решив, что корабль может потерять остойчивость матросы в панике стали сбрасывать самолеты в воду. Находившиеся на палубе летчики пытались помешать этому, но озверевшая от страха толпа сбили их с ног и затоптала. Только решительные действия старшего помощника капитана Джеймса Хьюго, при помощи оружия помогли навестить порядок на палубе корабля. Варварское уничтожение истребителей было остановлено, но как авианосец «Фьюриос» уже не мог быть использован. Полученные им повреждения, в условиях Гибралтара исправить было невозможно.

  Решив, что «Перт» и авианосец стали жертвами нападения немецких субмарин сумевших проникнуть в акваторию порта, на охоту на них устремились эсминцы «Дэфендер» и «Ягуар». Однако не успели они приблизиться к месту гибели «Перта», как прозвучал новый взрыв в щепки разнесший «Дэфендер». После этого всякое движение в акватории порта прекратилось, ибо стало ясно, что противник применил новый вид мин.

  Прикованные к одному месту корабли стали прекрасными целями для пикирующих бомбардировщиков, в числе которых был один из удачливых пилотов Германии Ганс Рудель. Удача всегда сопутствовала ему в бою, не отвернулась она от пилота и в этот раз. Одна из сброшенных им бомб упала рядом с бортом линкора «Вэлиент» вызвав течь в борту корабля и полностью уничтожив боевой расчет одного из бортовых орудий.

  Страх перед новым попаданием возобладал вверх над разумом, и капитан принял роковое решение, приказав покинуть место стоянки и выйти в открытое море. Выполняя его приказ, линкор двинулся к внешнему молу, но не успел пройти и минуты, как мощный взрыв потряс его могучий корпус в районе носовой орудийной башни главного калибра. К счастью для англичан боеприпасы от взрыва не сдетонировали, и застыв на месте, линкор стал вести отчаянную борьбу за свою живучесть и с наседающими на него немецкими самолетами.

  Другой относительной удачей немецких асов было повреждение авианосца «Формидебл». Одна из сброшенных бомб угодила в его кормовую часть и вызвала сильный пожар. Другой фугас угодил точно в центр авианосца, пробил палубу, угодил в ангар, но к огромной радости англичан не взорвался.

  Наблюдая со стороны можно было подумать, что на авианосной группе Гибралтара можно поставить крест, но британские летчики имели иное мнение. Успев поднять в воздух всю свою ударную группировку в лице восемнадцать истребителей «Сифайр» и пять «Фулмар» они отчаянно дрались с противником от начала и до конца. Только благодаря их мужеству ни один корабль, находящийся в Гибралтаре в этот день не был потоплен. Своими самоотверженными действиями они не только защитили их от попадания вражеских бомб, но ещё сами смогли повредить или сбить пять машин противника, потеряв только две своих.

   В этот день британские летчики вышли победителями, но их действия подлили масла в огонь. Получив рапорта участвовавших в налете летчиков, генерал Рихтгофен направил срочную телеграмму Герингу с требованием немедленно перенести место базирования своей группы в Танжер.

 - Если мы хотим как можно быстрее выполнить приказ фюрера о взятии Гибралтара, местонахождением наших самолетов должен быть Танжер. В противном случае наши потери будут неоправданно большими, а противник получит возможность продержаться до подхода новых сил – написал в телеграмме Рихтгофен, который как в воду глядел. Едва только пришла весть о нападении немцев на Гибралтар, британское Адмиралтейство стало срочно формировать ударную группировку кораблей для похода к берегам Испании.

  С мнением Рихтгофена полностью согласился фельдмаршал Кессельринг, командующий всеми воздушными силами рейха в Средиземноморье, отправивший телеграмму аналогичного содержания рейхсмаршалу. В свою очередь Толстый Герман устроил Гитлеру форменную истерику и тот, плюнув на высокую дипломатию, разрешил перебросить в Танжер две эскадрильи истребителей и одну эскадрилью бомбардировщиков. Благо Танжер имела статус международной территории, так как на него в свое время претендовала Испания, Англия и Франция.

  Переброска авиации из Орана в Танжер, пусть даже в столь малых размерах дала свои результаты. Уже во время следующего налета линкор «Вэлиент» получил новые повреждения, несмотря на отчаянные попытки британских летчиков защитить его. Асы Геринга трижды поразили его прямым попаданием, и не менее шести бомб упали в опасной близости от корабля. Когда немцы улетали, несчастный линкор был объят огнем и дымом, и только самоотверженные действия команды помогли погасить пламя.