«…Недостаточно серьезное отношение военного ведомства ко всем мероприятиям, связанным с подготовкой войны с Финляндией. Предполагалось, что война с финнами будет скоротечна и, во всяком случае, не представит больших трудностей для нашей армии».
И вместе с тем особо и неоднократно, он подчеркнул:
«…Ставка Главного военного совета действовала во время войны по указаниям и под руководством товарища Сталина».
Таким образом как будто забыв про то, кем он сам был до и во время этой злополучной войны - он своими словами говоря, попытался переложить всю ответственность на И.В. Сталина.
Тем не менее, это ему пролезло – хотя и от слова «пока»2.
Ну а теперь, непосредственно к «телу».
***
14-17-го апреля 1940-го года в новом здании Наркомата обороны СССР, прошло «Совещание по итогам Финской войны» на котором были приглашены по списку составленном Начальником Генерального штаба РККА Борисом Михайловичем Шапошниковым лица, чтоб выявить круг проблем - которые следовало незамедлительно решать для устранения выявившихся в ходе войны недостатков в Красной Армии.
Всего в Совещании принимало участие 73 представителя высшего военного руководства Наркомата обороны СССР, 115 командиров армии, авиации и флота в звании от комбрига и выше - так или иначе причастных к боевым действиям, 18 представителей от военных академий и столько же от Главного управления государственной безопасности НКВД СССР.
Из высшего партийного руководства страны на Совещании присутствовал Андрей Андреевич Жданов – член Политбюро ЦК ВКП(б), Первый секретарь Ленинградского обкома партии и, конечно же Иосиф Виссарионович Сталин - которого надеюсь, представлять не надо.
За три дня Вождь выслушал множество интересных и на его взгляд полезных предложений от товарищей командиров, непосредственно участвовавших в недавних боевых действиях. Наиболее дельные он занёс в свою записную книжку, которая всегда была при нём.
Выступивший в последний день 17-го апреля на Совещании И.В. Сталин, в частности сказал в своей завершающей речи3:
«Я хотел бы, товарищи, коснуться некоторых вопросов, которые либо не были задеты в речах, либо были задеты, но не были достаточно освещены…
…Вопрос, что же особенно помешало нашим войскам приспособиться к условиям войны в Финляндии? Мне кажется, что им особенно помешала созданная предыдущая кампания психологии в войсках и командном составе - шапками закидаем. Нам страшно повредила польская кампания4, она избаловала нас. Писались целые статьи и говорились речи, что наша Красная Армия непобедимая, что нет ей равной, что у нее все есть, нет никаких нехваток, не было и не существует, что наша армия непобедима. Вообще в истории не бывало непобедимых армий. Самые лучшие армии, которые били и там, и сям, они терпели поражения. У нас, товарищи, хвастались, что наша армия непобедима, что мы всех можем шапками закидать, нет никаких нехваток. В практике нет такой армии, и не будет…
…Вот с этой психологией, что наша армия непобедима, с хвастовством, которые страшно развиты у нас — это самые невежественные люди, т.е. большие хвастуны — надо покончить. С этим хвастовством надо раз и навсегда покончить. Надо вдолбить нашим людям правила о том, что непобедимой армии не бывает. Надо вдолбить слова Ленина о том, что разбитые армии или потерпевшие поражения армии очень хорошо дерутся потом. Надо вдолбить нашим людям, начиная с командного состава и кончая рядовым, что война — это игра с некоторыми неизвестными, что там в войне могут быть и поражения. И поэтому надо учиться не только как наступать, но и отступать…
…Так вот что помешало нашему командному составу сходу вести войну в Финляндии по-новому, не по типу гражданской войны, а по-новому? Помешали, по-моему, культ традиции и опыта гражданской войны. Как у нас расценивают комсостав: а ты участвовал в гражданской войне? Нет, не участвовал. Пошел вон. А тот участвовал? Участвовал. Давай его сюда, у него большой опыт и прочее.
Я должен сказать, конечно, опыт гражданской войны очень ценен, традиции гражданской войны тоже ценны, но они совершенно недостаточны. Вот именно культ традиции и опыта гражданской войны, с которым надо покончить, он и помешал нашему командному составу сразу перестроиться на новый лад, на рельсы современной войны.
Не последний человек у нас товарищ командир, первый, если хотите, по части гражданской войны, опыт у него большой, он уважаемый, честный человек, а вот до сих пор не может перестроиться на новый современный лад. Он не понимает, что нельзя сразу вести атаку без артиллерийской обработки. Он иногда ведет полки на ура. Если так вести войну, значит загубить дело, все равно, будут ли это кадры или нет, первый класс, все равно загубит. Если противник сидит в окопах, имеет артиллерию, танки, то он бесспорно разгромит…».
Рассказав об недостатках мешающим нашей армии успешно воевать – «люди, которые живут традициями гражданской войны, дураки, хотя они и хорошие люди», товарищ Сталин объяснил присутствующим как он видит их решение:
«…Создание культурного, квалифицированного и образованного командного состава. Такого командного состава нет у нас, или есть единицы.
Мы говорим об общевойсковом командире. Он должен давать задания, т.е. руководить авиацией, артиллерией, танками, танковой бригадой, минометчиками, но если он не имеет хотя бы общего представления об этом роде оружия, какие он может дать указания? Нынешний общевойсковой командир, это не командир старой эпохи гражданской войны…Сейчас командир, если он хочет быть авторитетным для всех родов войск, он должен знать авиацию, танки, артиллерию с разными калибрами, минометы, тогда он может давать задания. Значит, нам нужен командный состав квалифицированный, культурный, образованный.
Дальше. Требуются хорошо сколоченные и искусно работающие штабы. До последнего времени говорили, что такой-то командир провалился, шляпа, надо в штаб его. Или, например, случайно попался в штаб человек с «жилкой», может командовать, говорят, ему не место в штабе, его на командный пост надо.
Если таким путем будете смотреть на штабы, тогда у нас штаба не будет. А что значит отсутствие штаба? Это значит отсутствие органа, который и выполняет приказ, и подготавливает приказ. Это очень серьезное дело. Мы должны наладить культурные, искусно действующие штабы. Этого требует современная война, как она требует и массовую артиллерию и массовую авиацию…
…Для современной войны нам нужны политически стойкие и знающие военное дело политработники. Недостаточно того, что политработник на словах будет твердить партия Ленина — Сталина, все равно что аллилуйя-аллилуйя. Этого мало, этого теперь недостаточно. Он должен быть политически стойким, политически образованным и культурным, он должен знать военное дело. Без этого мы не будем иметь хорошего бойца, хорошо налаженного снабжения, хорошо организованного пополнения для армии.
…Затем требуются для современной войны хорошо обученные, дисциплинированные бойцы, инициативные. У нашего бойца не хватает инициативы. Он индивидуально мало развит. Он плохо обучен, а когда человек не знает дела, откуда он может проявить инициативу, и поэтому он плохо дисциплинирован. Таких бойцов новых надо создать, не тех митюх, которые шли в гражданскую войну. Нам нужен новый боец. Его нужно и можно создать: инициативного, индивидуально развитого, дисциплинированного.
Вот все те условия, которые требуются для того, чтобы вести современную войну нам — советским людям, и чтобы победить в этой войне. Хорошо, что наша армия имела возможность получить этот опыт не у германской армии, а в Финляндии с Божьей помощью.
Но, что наша армия уже не та, которая была в ноябре прошлого года, и командный состав другой и бойцы другие, в этом не может быть никакого сомнения. Уже одно появление ваших блокировочных групп5, это верный признак того, что наша армия становилась вполне современной армией…».
Бурные аплодисменты, все встают, крики «Ура!», возгласы:
«Ура товарищу Сталину!».
Участники совещания устраивают в честь тов. Сталина бурную овацию.
Когда всё стихло, слово взял Заместитель Наркома обороны СССР командарм 1-го ранга Кулик:
- Я думаю, товарищи, что каждый из нас в душе, в крови, в сознании большевистском будет носить те слова нашего великого вождя, товарища Сталина, которые он произнес с этой трибуны. Каждый из нас должен выполнить указания тов. Сталина. Ура, товарищи!
Вновь крики возгласы: «Ура!», «Ура тов. Сталину!».
Бурные аплодисменты, участники совещания все встают и устраивают в честь товарища Сталина бурную овацию.
Когда в зале стихло, командарм 1-го ранга Кулик предложил:
- Товарищи! Предлагаю из числа воевавших в Финляндии товарищей командиров избрать Комиссию при Главном Военном Совете, которая сформулирует свои предложения, вытекающие из прошедшего обмена опытом боевых действий против Финляндии и указаний товарища Сталина. Предлагаю на Комиссии последовательно отработать следующие вопросы: учебно-методические, организационные, штатные, вооружения, тыла и снабжения, а также дополнение и изменение существующих приказов, уставов, положений и наставлений. В комиссию предлагаю включить следующих товарищей…
Кулик уткнулся в бумаги, перечисляя:
- …Ворошилова (Председатель), Тимашенко, Кулика, Мехлиса, Щаденко, Шапошникова…
Пока Заместитель Наркома обороны особо не торопясь перечислял предполагаемых членов Комиссии при ГВС КА по итогам Финкой войны, сидящий с краюшку президиума Вождь вдруг отчётливо понял, что её созданием, его собственные предложения по созданию «культурного, квалифицированного и образованного командного состава» и «хорошо сколоченных и искусно работающих штабов» - просто-напросто забалтываются.
Он повертел в руке свои блокнотик с записями, засунул его в карман и с досадой подумал:
«Похлопали в ладоши, погорланили «Ура!» и забили… Забыли. А раз не будет в Красной Армии нового командира и штаба, все предложения этой Комиссии – филькина грамота. Даже если их ввести в приказном порядке, они исполняться не будут».
Одна надежда на его прозорливый до гениальности политический ход – которым он не без основания гордился:
«Однако вовремя мы с Адольфом «Пакт о ненападении» заключили! Пусть европейцы воюют друг с другом - а мы постоим в сторонке, посмотрим. А там глядишь и революционная ситуация в странах Запада сложится… Чем чёрт не шутит!».
Как и в 1914-м - начата и продолжается война за передел мира. Но в этот раз Советский Союз не будет воевать за чужие интересы, подобно Российской Империи. Тем более, он не в состоянии это делать – что показала Финская война.
Но вот помочь уставшим от войны и восставшим против своих правительств «братьям по классу»…
Это другое дело!
В накуренном зале (он и сам внёс в это свою лепту своей трубкой) было душно. Не имеющему в отличии от товарищей командиров богатырского здоровья Сталину, стало плохо и он попросил Начальника охраны:
- Товарищ Власик! Откройте пожалуйста форточку.
Тот исполнил просьбу Вождя и сел на своё место – сбоку и несколько поодаль, откуда было удобно наблюдать за всем происходящим.
Глядя как в открытую форточку вытягиваются клубы дыма, Вождь «одной шестой части земной суши» вдруг понял с беспомощной тоской:
«Всё зря! Ни одно из этих предложений не будет выполнено. Пожалуй, моё присутствие здесь лишнее…».
И только хотел было встать и попрощавшись уйти, как вдруг заметил что в открытую форточку влетел ярко святящийся шарик – размером с теннисный мяч и не спеша направился в его сторону. С понятным беспокойством оглянувшись по сторонам, он вдруг с удивлением понял, что этот шар никто не видит, кроме него.
Жестом подозвал главного охранника и показав рукой:
- Товарищ Власик… Вы видите «это»?
Тот, недоумённо захлопав глазами в указанном направлении:
- Что именно, товарищ Сталин?
Святящий шар подлетел уже совсем вплотную и не заметить его, было просто невозможно…
Если это материальный предмет, конечно.
Пришлось ответить:
- Да, так… Ничего. Показалось.
После того как Власик с тщательно скрываемым недоумевающим видом сел на место, оказавшийся прямо напротив глаз светящийся шарик вдруг беззвучно взорвался и, товарищ Сталин на пару секунд ослеп и потерял сознание…
А вот здесь:
ВНИМАНИЕ!!!
Реальная история кончилась, началась альтернативная.
Глава 2. Что это было?!
Нильс Бор:
«Да, эта теория безумна. Но весь вопрос вот в чем: достаточно ли она безумна, чтобы оказаться истинной?!».
Джордж Байрон:
«Это странно, но это истина, ибо истина должна быть странной. Более странной, чем фантазия».
Томас Гексли:
«Всякая истина рождается как ересь и умирает как предрассудок.
…Когда он вновь пришёл в себя, то это был уже не тот Сталин. Нет, в него вовсе не вселилось сознание нашего всезнайки-современника из XXI века - поклонника фантастической литературы про так называемых «попаданцев»…